ЭСБЕ/Шиитство

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Шиитство
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Шенье — Шуйский монастырь. Источник: т. XXXIXa (1903): Шенье — Шуйский монастырь, с. 617—619 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Шиитство или шиизм — после суннизма наиболее распространенная ветвь мусульманства, которая, впрочем, сектантски религиозный характер приняла только постепенно, а первоначально была просто одной из четырех политических партий, существовавших во времена Омейядов. Правительственную и господствующую партию составляли сторонники Омейядов, признававшие, что имамат (верховенство в халифате) по праву принадлежит Омейядам; против этого спорили, каждая в свою пользу, мединская партия (сподвижники пророка и антихалиф ибн-Зобейр), хариджиты (требовавшие имамата избирательного) и шииты, стоявшие за то, чтобы имамат, или халифские права, наследственно сохранялись в династии самого пророка Мухаммеда, т. е. в роду Али. Следовательно, принадлежать к Ш. означало сперва быть приверженцем Алидов, и понятие «Ш.» не вызывало ни в ком мысли о неправоверии или уклонении от догматов общепринятого, официального мусульманства. Такие случаи, как (при Османе) провозглашение Али — египетским обращенным евреем Абдаллахом ибн-Сабой — живым воплощением Божества, были на первых порах исключительными. Слово «Ш.» (mî’a) по-арабски значит «дружина», «пособники»; среди новейших ориенталистов существует, впрочем, наклонность выводить название Ш. от предполагаемого греч. слова σχὶα[1].

В настоящее время Ш. исповедуется лишь в очень немногих местах помимо Персии (так, среди арабов Йемена со II в. ислама до наших времен держится Ш. толка зейдитского); главным же образом это — религия Персии, где ее исповедуют и иранцы, и фанатичные иранские тюрки, а также религия персов русского Закавказья и английской (бывшей великомогольской) Индии; в Индии живет также глава радикальной шиитской секты исмаилитов, имеющей много тайных последователей среди горных таджиков русской Средней Азии и племени хезаре и некоторых других в Афганистане (где официальное господство имеет суннизм).

Склоняться к Ш. персы стали с I же века хиджры, пользуясь им как средством протеста против существующего арабского (тогда омейядского) правительства, да и вообще против арабской нации победителей. Еще шииты-персы, собравшиеся вокруг Мохтâра (685—687) для борьбы против Омейядов и Зобейритов, воспользовались предлогом мести убийцам Хосейна (Гусейна), чтобы, при взятии столицы Ирака Куфы, истребить множество арабов. Массовый прилив персидского элемента в ряды Ш. начался, собственно, после поражения Мохтâра, когда шииты, подобно Зобейритам и отчасти хариджитам, были усмирены деятельным омейядским халифом Абдальмаликом и вытеснены из Месопотамии на чисто персидскую почву, в Хорасан. Здесь, на далекой окраине, усвоенное местными персами Ш. (т. е. приверженность к Алидам) прониклось у многих из них в течение второй половины царствования династии Омейядов разными воззрениями доисламской религии Ирана (учением о воплощении Божества в человеке, о грядущем Мессии — махди и т. п.). Спорадически высказанная уже раньше боговоплотительная ересь Абдаллаха ибн-Сабы, имамопоклонная ересь Кайсâна и др., до тех пор в западной половине халифата находившие очень мало последователей, здесь, среди массы хорасанских шиитов, развились в целые секты, с множеством адептов. Тем не менее даже в Хорасане не все еще шииты приняли тогда вместо политической окраски религиозную персидско-еретическую. В остальных частях халифата Ш. и подавно оставалось еще течением не специально-персидским, а политическим общеарабским или, вернее, общехалифатским, и такого своего характера оно не могло окончательно потерять до тех пор, пока продолжал существовать арабский халифат. Историю Ш. в I в. хиджры, при Омейядах, и неожиданное официальное его возвышение при святоше Омаре II (717—720) — см. Омейяды. Из числа первых (могущественных) халифов аббасидских некоторые относились к Ш. очень благосклонно, особенно известный друг персов аль-Мамун (813—833), а среди населения персидских провинций халифата Ш. все больше и больше делалось любимым вероисповеданием, причем по-прежнему вырабатывало из себя и при Аббасидах разнообразные ветви — и политические, и религиозные. Политические разветвления появлялись вследствие разногласия между шиитами по поводу того, кто из самих Алидов наиболее имеет прав на имамат; преобладающая часть шиитов признавала такое право за прямым потомством Али по Хосейну с уклонением имамских прав, после 7-го потомка, в сторону младшей линии (а так как эта цепь потомков прекратилась, около 873 г., на 12-м имаме, то такие шииты, составляющие и теперь огромное большинство и чтящие память 12 имамов, называются «двунадесятники», «иснаашариййе»); другие стояли за принадлежность имамата потомству старшего сына Али — Хасана; третьи находили, что в потомстве Хосейна 7-м имамом должен считаться не младший брат и преемниками не его дети, а старший, Исмаил, со своими детьми (отсюда имя этих шиитов — «исмаилиты») и т. д. По отношению к воззрениям собственно-религиозным одни тогдашние шииты (например, зейдиты) оставались довольно близкими к суннитам; другие, менее умеренные, не ограничивались признанием исключительных прав Али на халифат и воззрением на трех первых халифов, как на узурпаторов, но отвергали вместе с тем и ту общемусульманскую сунну, которая возводилась ко временам и к авторитету первых трех халифов и содержалась в сборнике Малика и других уважаемых всеми мусульманами хранителей преданий; у некоторых же, наиболее крайних («голâт»), продолжали еще больше, чем при Омейядах, прививаться к мусульманству разные вольнодумные и еретические зороастрийские и индо-персидские догматы. Такие, особенно радикальные, шииты организовали на своих иранских окраинах даже восстания против Аббасидов, как это сделал хорасанский чудотворец Моканна (убит в 779 г.) при Махоие и азербайджанец Бабек (казнен в 837 г.) при Мамуне и Мотасыме. В течение IX века, когда в халифате происходил распад, в некоторых его пунктах достигли политической власти и потомки Али: сперва одна ветвь, еще в конце VIII века, утвердилась среди берберов в северной Африке, в Марокко (идрисиды, 788—985); потом другая ветвь, давно уже укрывавшаяся в прикаспийских провинциях, основала там и политическое княжество (табаристанские Алиды, 864—928, в Гиляне и Дейлеме — еще дольше); третья ветвь Алидов, ставшая во главе шиитов зейдитского толка, приобрела власть в Йемене (имамы-рассиды и их потомки, 893—1872). Между тем шиитская ветвь исмаилитов (см.), до тех пор ничем не выделявшаяся и мало чем (кроме вопроса об Исмаиле) отличавшаяся от обыкновенных «двунадесятников», получила (около 864) новую, хитрую и радикальную организацию и быстро сделалась могущественной политической силой в Передней Азии (карматы, см.); при ее содействии в начале Х в. был основан шиитский фатимидский халифат, который к 969 г. стал простираться от Атлантического океана до Сирии и (991) Евфрата. Багдад (с 945 г.), вместе с его бессильным аббасидским суннитским халифом, находился в то время в руках султанов-буидов, которым принадлежала и западная половина Персии и которые явно исповедовали Ш.; по соизволению одного из буидов, на дверях багдадских мечетей в 961 г. начертано было проклятие против обидчиков Али; там же в Багдаде слезно и торжественно, ради демонстрации против суннитов, стали справлять во время месяца мохаррема годовщину страстей дома Али. Таким образом, между X—XI вв. Ш. имело официальный перевес в значительной части мусульманского мира, кроме восточной половины Ирана, где Махмуд Газневидский подвергал его гонению, и Кордовского халифата, где сохранял свои права суннизм. Около середины XI века водворением тюрков-сельджуков было восстановлено торжество суннизма в Азии, а в 1169 г. Салах-эд-Дином был ниспровергнут ненавистный для багдадских халифов египетский халифат фатимидский и отменено в нем Ш.; но и Салах-эд-Дин не мог ничего поделать против новой исмаилитской секты ассасинов, которая возникла при Сельджукидах, утвердилась на Каспийском море и в Сирии и Ливане и достигла таинственного, сказочного могущества. Монголы, совершившие нашествие с Хулагу-ханом, сокрушили и разорили крепости ассасинов (1256). Для обыкновенного, нерадикального Ш. владычество терпимых монголов оказалось, однако, благоприятным; к началу XIV в. хулагиды обратились в ислам, и через несколько лет хулагид Олцзайту (иначе Мохаммед Xoäâ-бендé, 1304—1316) принял Ш. в качестве государственного персидского исповедания, первый из государей всей Персии (буиды владели только ее частью). После Олцзайту, когда Иран распался вследствие междоусобий, Ш. было оттеснено удельными правительствами на задний план; только с воцарением династии Сефевидов (1499), возводившей свой род к одному из 12 имамов, оно окончательно было объявлено государственным исповеданием вновь восстановленной персидской державы и остается таким до наших дней. Официально принято было Ш. «двунадесятников», а не исмаилитов, которые с тех пор хранят свою веру в тайне. О Ш. при Сефевидах — см. Персия.

Наступившая при Сефевидах бюрократизация Ш. и постоянная борьба Персии с соседними тюрками-суннитами (османами и узбеками) обратила официальное Ш. в клерикальную и нетерпимую религию, чуждую прежнего вольнодумства; однако искренне предан этому новому Ш. только иранизованный тюркский элемент, а значительное количество природных персов находит душевное успокоение в суфизме (см.) и бабизме (см.), кое-кто в исмаилитстве; жители же Курдистана, Луристана, Кирмана и др. мест северо-западной Персии считаются шиитами только внешне, а на самом деле обычно принадлежат к тайной секте «ахл-и хакк» или «людей истины» (происхождения, вероятно, радикально-исмаилитского и не без влияния ереси Абдаллаха ибн-Сабы), которая верует в периодические воплощения Божества и известна у правоверных шиитов под именем «Алиилахи», т. е. «обоготворителей Али», — название это, однако, неправильно, потому что Али у «людей истины» есть не более чем одно из прежних воплощений Бога, смененное дальнейшими воплощениями. Боготворителями Али скорее можно назвать обыкновенных шиитов, по крайней мере, народную массу; да и все шииты вообще ставят Али очень высоко, выше самого Мохаммеда, и считают посещение могил 12 имамов за такой же хадж, как и путешествие в Мекку. Ненависть к памяти первых трех халифов, особенно Омара, внедрена в шиитов с невероятной силой и исступленно проявляется в страстное десятодневие («ашура») месяца мохаррема, когда, в воспоминание страстей дома Алиева, происходят мистерии «теазие» и на Омара изливаются ожесточенные проклятия и сочиняются самые непристойные пасквили. Если исключить это преклонение перед Али и 12 имамами и изуверскую ненависть к памяти первых трех халифов, то серьезных отличий между шиитами и суннитами не окажется вовсе (оставляя в стороне мистиков-суфиев, бабидов, исмаилитов, «людей истины»). Даже в обрядах нет существенной разницы: она в этом отношении не больше, чем между христианством православным и римско-католическим. Догматика, в основе своей, одна и та же; только учение о предопределении не получило у шиитов того фаталистического толкования, какое ему придано в современном суннизме. Пять столпов ислама одинаково признаются и Ш., и суннитами; только со времен Сефевидов предпочитается пилигримство в Кербелу, где погиб имам Хосейн, и к гробницам прочих имамов, а не в Мекку, где шииты часто подвергаются оскорблениям от турок. Отвергая сунну и хадисы четырех правоверных школ суннитских (ханифитов, шафиитов и проч.), шииты для обоснования своего богословия и юриспруденции (шиитского фыкха) опираются на свои собственные хадисы и свою сунну, которые, однако, значительно менее достоверны и носят следы более явной, более поздней и более фантастической подделки, чем хадисы и сунна, легшие в основу богословия и фыкха суннитских школ. Старейшие шиитские сочинения мы имеем от III в. хиджры = IX в. после Р. Х. (см. Броккельманн, «Gesch. d. arab. Litt.», I, 185—186); их сохранилось крайне мало, даже от вв. IV—V, а было несравненно больше, как видно из перечня Тусия («Tusys List of Shy’ah books and Alam al-Hoda’s notes on Shy’ah biography», ed. by «Bibliotheca Indica», Калькутта, 1853—1855).

Литература. Г. ван Флотен (van Vloten), «Recherches sur la domination arabe, le chiitisme et les croyances méssianiques sous le khalifat des Omayades» (Амстердам, 1894); Э. Браун (Brown), «A literary history of Persia» (т. I, Л., 1902, стр. 220—247); Ст. Гюйяр, предисловие к «Un grand maître des Assassins» («Journal Asiat.», 1887); A. ф. Кремер, «Gesch. d. herrsch. Ideen des Isl.» (Лейпциг, 1868, ч. III, 372 и сл.); И. Гольдциэр, «Muhamm. Studien» (Галле, 1890, т. II, 110 и сл.) и «Beiträge zur Litt.-Gesch. d. Šî’a» (в «Sitz.-Ber. d. Wiener Ak.», 1874, т. 78, 439 и сл.); отчасти Г. Дюга, «Hist. des philos. et des théol. mus.» (П., 1878, 29—36). О современном положении Ш. см. Дж. Малькольм, «Hist. of Persia» (Л., 1815, т. II; французский перевод, т. IV); Гобино, «Trois ans en Asie» (П., 1857); Дози, «Essai sur l’hist. de l’isl.», последняя глава (Лейден, 1879); Уильз, «Современная Персия» (СПб., 1887; есть более позднее английское изд.); Кёрзон, «Persia» (Л., 1892); вообще много др. сочинений о Персии (см.). О шиитском праве — сочинение Керри (см. Право мусульман). Об особенностях ислама в Индии — сочинение Гарсена де Тасси. По-русски: А. Мюллер, «История ислама» (т. III, СПб., 1896); А. Крымский, «История арабов» (М., 1903, 196—198, 203—224), «Мусульманство» (M., 1899) и «История Персии» (печ.); А. Смирнов, «О расколе шиитов и исмаилитов в особенности» («Ученые Записки Императорского казанского университета», 1846, кн. 1, стр. 79—180); «Шераиуль-ислям, или Законы мусульман шиитского исповедания». Вып. I. «О торговле и залоге» шейха Абуль-Гкасима аль-Мухагкыг (СПб., 1862, изд. II отд. канцелярии Его Императорского Величества); Н. Ханыков, «О духовном управлении в Персии» («Кавказ», 1849, № 15); Н. Ив—ский, «О религии и администрации в Персии» («Петербургская Газета», 1869, №№ 99—101); M. Майсуров, «Несколько сведений о религиозных обычаях мусульман-шиитов и о причинах различия их с суннитами» («Кавказ», 1860, № 23); Ад. Берже, «О народных праздниках, постах и замечательных днях у мусульман-шиитов» («Кавказский Календарь на 1856 г.», отд. IV, стр. 582—608); А. К., «Что должен делать каждый дербентский мусульманин-шиит, чтобы счастливо провести весь новый год?» («Известия Кавказского отделения Императорского русского географического общества», 1872, т. I, № 1, 20—23); «Хождение в Кербелу и Неджеф, путеводные заметки богомольца из Тавриза» («Труды Восточного отделения И. Р. археологического общества», 1864, ч. 8, 353—383); И. Березин, «Кербеля» («Магазин Землеведения и Путешествий», 1858, т. V, 206—230); «Шах-Гуссейн, праздник у шиитов» («Русский Вестник», 1866, т. 65); под тем же заглавием — статьи Мирзы-Сафиева («Закавказский Вестник», 1853, № 51, стр. 173 и «Кавказ», 1875, № 19), Н. Истомина («Кавказ», 1861, №№ 41—42), Старожила («Кавказ», 1852, № 69; «Современные Известия», 1880, № 352), A. M. («Северная Пчела», 1830, №№ 112—113). См. еще Мистерии у персов, Суфийство, Бабизм. О нынешних исмаилитах среди российских горных таджиков — грая А. Бобринский в «Этнографическом Обозрении» (1902). О секте «людей истины» печатается исследование В. Ф. Минорского в изд. Лазаревского института восточных языков.

А. Крымский.

Примечания[править]

  1. Того же корня, что σχιζω — раскалываю, σχισμα — раскол.