Иванушка-дурачок (Андерсен; Ганзен)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Иванушка-дурачок
автор Ганс Христиан Андерсен (1805—1875), пер. Анна Васильевна Ганзен (1869—1942)
Язык оригинала: датский. Название в оригинале: Klods-Hans, 1855. — Источник: Собрание сочинений Андерсена в четырёх томах. — 2-e изд.. — СПб., 1899. — Т. 1.. Иванушка-дурачок (Андерсен; Ганзен) в дореформенной орфографии



[452]

Была старая усадьба, а у старика-владельца её было два сына, да таких умных, что и вполовину было бы хорошо. Они собирались посвататься к королевне; это было можно, — она сама объявила, что выберет себе в мужья человека, который лучше всех сумеет постоять за себя в разговоре.

Оба брата готовились к испытанию целую неделю, — больше времени у них не было, да и того было довольно: предварительные знания у них, ведь, имелись, а это важнее всего. Один знал наизусть весь латинский словарь и местную газету за три года — одинаково хорошо и с начала, и с конца. Другой основательно изучил все цеховые правила и всё, что должен знать цеховой старшина; значит, ему ничего не стоило рассуждать и о государственных делах — думал он. Кроме того, он умел вышивать подтяжки, — вот какой был искусник!

— Уж я-то добуду королевскую дочь! — говорил и тот, и другой.

И вот, отец дал каждому по прекрасной лошади: тому, что знал наизусть словарь и газеты, вороную, а тому, что обладал цеховым умом и вышивал подтяжки, белую. Затем братья смазали себе уголки рта рыбьим жиром, чтобы они быстрее и легче двигались, и собрались в путь. Все слуги высыпали на двор поглядеть, как баричи сядут на лошадей. Вдруг является третий брат, — всего-то их было трое, да третьего никто и не считал: далеко ему было до своих учёных братьев, и звали его попросту Иванушкой-дурачком.

— Куда это вы так разрядились! — спросил он.

— Едем ко двору «выговорить» себе королевну! Ты не слыхал разве, о чём барабанили по всей стране?

И ему рассказали в чём дело.

— Эге! Так и я с вами! — сказал Иванушка-дурачок.

Но братья только засмеялись и уехали.

— Отец, дай мне лошадь! — закричал Иванушка. — Меня страсть забрала охота жениться! Возьмёт королевна меня — ладно, а не возьмёт — я сам её возьму!

— Пустомеля! — сказал отец. — Не дам я тебе лошади. Ты и говорить-то не умеешь! Вот братья твои, те — молодцы!

— Коли не даёшь лошади, я возьму козла! Он мой [453]собственный и отлично довезёт меня! — И Иванушка уселся на козла верхом, всадил ему в бока пятки и пустился вдоль по дороге. Эх, ты, ну, как понесся! — Знай наших! — закричал он и запел во всё горло.

А братья ехали себе потихоньку, молча; им надо было хорошенько обдумать все красные словца, которые они собирались подпустить в разговоре с королевной, — тут, ведь, надо было держать ухо востро.

— Го-го! — закричал Иванушка. — Вот и я! Гляньте-ка, что я нашёл на дороге!

И он показал дохлую ворону.

— Дурак! — сказали те. — Куда ты её тащишь?

— В подарок королевне!

— Вот, вот! — сказали они, расхохотались и уехали вперёд.

— Го-го! Вот и я! Гляньте-ка, что я ещё нашёл! Такие штуки не каждый день валяются на дороге!

Братья опять обернулись посмотреть.

— Дурак! — сказали они. — Ведь, это старый деревянный башмак, да ещё без верхней половинки! И это тоже подаришь королевне?

— И это ей! — ответил Иванушка.

Братья засмеялись и уехали от него вперёд.

— Го-го! Вот и я! — опять закричал Иванушка-дурачок. — Нет, чем дальше, тем хуже! Го-го!

— Ну-ка, что ты там ещё нашёл? — спросили братья.

— Ах, просто и сказать нельзя! Вот обрадуется-то королевна!

— Тьфу! — сказали братья. — Да, ведь, это грязь из канавы!

— И ещё какая! — ответил Иванушка. — Первейший сорт, в руках не удержишь, так и течёт!

И он набил себе грязью полный карман.

А братья пустились от него вскачь и опередили его на целый час. У городских ворот они запаслись, как и все женихи, очередными билетами и стали в ряд. В каждом ряду было по шести человек, и ставили их так близко друг к другу, что им шевельнуться было нельзя. И хорошо, что так, не то они распороли бы друг другу спины за то только, что один стоял впереди другого.

Всё население страны собралось около дворца. Многие [454]заглядывали в самые окна, — любопытно было посмотреть, как королевна принимает женихов. Женихи входили в залу один за другим и, как кто войдёт, так язык у него сейчас и отнимется.

— Не годится! — говорила королевна. — Вон его!

Вошёл старший брат, тот, что знал наизусть весь словарь. Но, постояв в рядах, он позабыл решительно всё, а тут ещё полы скрипят, потолок зеркальный, так что видишь самого себя кверху ногами, у каждого окна по три писца, да ещё один старшина, и все записывают каждое слово разговора, чтобы тиснуть сейчас же в газету, да продавать на углу по два скиллинга — просто ужас! К тому же печку так натопили, что она раскалилась докрасна.

— Какая жара здесь! — сказал жених.

— Да, папаше сегодня вздумалось жарить петушков! — сказала королевна.

Жених и рот разинул — такой речи он не ожидал и не нашёлся, что ответить, а ответить-то ему хотелось как-нибудь позабавнее.

— Не годится! — сказала королевна. — Вон его!

Пришлось ему убраться восвояси. За ним явился к королевне другой брат.

— Ужасно жарко здесь! — начал он.

— Да, мы поджариваем сегодня петушков! — ответила королевна.

— Как, что, ка..? — пробормотал он, и все писцы написали: «как, что, ка..?»

— Не годится! — сказала королевна. — Вон его!

Тут явился Иванушка-дурачок. Он въехал на козле прямо в залу.

— Вот так жарища! — сказал он.

— Да, я поджариваю петушков! — ответила королевна.

— Чудесно! — сказал Иванушка. — Так и мне можно будет зажарить мою ворону?

— Можно! — сказала королевна. — А у вас есть в чём жарить? У меня нет ни кастрюли, ни сковороды!

— У меня найдётся! — сказал Иванушка. — Вот посудинка, да ещё с ручкой!

И он вытащил из кармана сломанный деревянный башмак и положил в него ворону. [455]

— Да это целый обед! — сказала королевна. — Но где ж нам взять подливки?

— А у меня в кармане! — ответил Иванушка! — У меня её столько, что девать некуда, хоть бросай!

И он зачерпнул из кармана горсть грязи.

— Вот это я люблю! — сказала королевна. — Ты скор на ответы, за словом в карман не лазишь, тебя я и возьму в мужья! Но знаешь ли ты, что каждое наше слово записывается и завтра попадёт в газеты? Видишь, у каждого окна стоят три писца, да ещё один старшина? А старшина-то хуже всех, — ничего не понимает!

Это всё она наговорила, чтобы испугать его. А писцы заржали и посадили на пол кляксы.

— Ишь, какие господа! — сказал Иванушка-дурачок. — Вот я сейчас угощу его!

И он, не долго думая, выворотил карман и залепил старшине всё лицо грязью.

— Вот это ловко! — сказала королевна. — Я бы этого не сумела сделать, но теперь выучусь!

Так и стал Иванушка-дурачок королём, женился, надел корону и сел на трон. Мы узнали всё это из газеты старшины — а на неё не след полагаться.



Примечания

  • Перевод сказки более известен под названием «Ганс Чурбан» (прим. редактора Викитеки).