Колокольчики и колокола (По; Бальмонт)/1921 (ДО)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
< Колокольчики и колокола (По; Бальмонт)
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Колокольчики и колокола
авторъ Эдгаръ Алланъ По (1809—1749), пер. Константинъ Дмитріевичъ Бальмонтъ (1867—1942)
Изъ Міровой Поэзіи (1921)
Языкъ оригинала: англійскій. Названіе въ оригиналѣ: The Bells. — Дата созданія: 1849. Источникъ: Commons-logo.svg К. Д. Бальмонтъ. Изъ Міровой Поэзіи — Берлинъ: Изд. Слово, 1921. — С. 80—83.

Редакціи

 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедія




[80]
Колокольчики и Колокола

1

Слышишь, сани мчатся въ рядъ,
Мчатся въ рядъ!
Колокольчики звенятъ,
Серебристымъ легкимъ звономъ слухъ нашъ сладостно томятъ,
Этимъ пѣньемъ и гудѣньемъ о забвеньи говорятъ.
О, какъ звонко, звонко, звонко,
Точно звучный смѣхъ ребенка,
Въ ясномъ воздухѣ ночномъ
Говорятъ они о томъ,
10 Что за днями заблужденья
Наступаетъ возрожденье,
Что волшебно наслажденье — наслажденье нѣжнымъ сномъ.
Сани мчатся, мчатся въ рядъ,
Колокольчики звенятъ,
15 Звѣзды слушаютъ, какъ сани, убѣгая, говорятъ,
И, внимая имъ, горятъ,
И мечтая, и блистая, въ небѣ духами парятъ;
И измѣнчивымъ сіяньемъ
Молчаливымъ обаяньемъ,
20 Вмѣстѣ съ звономъ, вмѣстѣ съ пѣньемъ о забвеньи говорятъ.

[81]


2

Слышишь, къ свадьбѣ звонъ святой,
Золотой!
Сколько нѣжнаго блаженства въ этой пѣснѣ молодой!
Сквозь спокойный воздухъ ночи
Словно смотрятъ чьи-то очи,
И блестятъ,
Изъ волны пѣвучихъ звуковъ на луну они глядятъ,
Изъ призывныхъ дивныхъ келій,
Полны сказочныхъ веселій,
10 Наростая, упадая, брызги свѣтлыя летятъ.
Вновь потухнутъ, вновь блестятъ,
И роняютъ свѣтлый взглядъ
На грядущее, гдѣ дремлетъ безмятежность нѣжныхъ сновъ,
Возвѣщаемыхъ согласьемъ золотыхъ колоколовъ.

3

Слышишь, воющій набатъ,
Точно стонетъ мѣдный адъ!
Эти звуки, въ дикой мукѣ, сказку ужасовъ твердятъ.
Точно молятъ имъ помочь,
Крикъ кидаютъ прямо въ ночь,
Прямо въ уши темной ночи
Каждый звукъ,
То длиннѣе, то короче,
Выкликаетъ свой испугъ, —
10 И испугъ ихъ такъ великъ,
Такъ безуменъ каждый крикъ,
Что разорванные звоны, неспособные звучать,

[82]

Могутъ только биться, виться, и кричать, кричать, кричать!
Только плакать о пощадѣ,
15 И къ пылающей громадѣ
Вопли скорби обращать!
А межь тѣмъ огонь безумный,
И глухой и многошумный,
Все горитъ,
20 То изъ оконъ, то по крышѣ,
Мчится выше, выше, выше,
И какъ будто говоритъ: —
Я хочу
Выше мчаться, разгораться, встрѣчу лунному лучу,
25 Иль умру, иль тотчасъ — тотчасъ вплоть до мѣсяца взлечу!
О, набатъ, набатъ, набатъ,
Если бъ ты вернулъ назадъ
Этотъ ужасъ, это пламя, эту искру, этотъ взглядъ,
Этотъ первый взглядъ огня,
30 О которомъ ты вѣщаешь, съ плачемъ, съ воплемъ, и звеня!
А теперь намъ нѣтъ спасенья,
Всюду пламя и кипѣнье,
Всюду страхъ и возмущенье!
Твой призывъ,
35 Дикихъ звуковъ несогласность
Возвѣщаетъ намъ опасность,
То ростетъ бѣда глухая, то спадаетъ какъ приливъ!
Слухъ нашъ чутко ловитъ волны въ перемѣнѣ звуковой,
Вновь спадаетъ, вновь рыдаетъ мѣдно-стонущій прибой!

[83]


4

Похоронный слышенъ звонъ,
Долгій звонъ!
Горькой скорби слышны звуки, горькой жизни конченъ сонъ,
Звукъ желѣзный возвѣщаетъ о печали похоронъ!
И невольно мы дрожимъ,
Отъ забавъ своихъ спѣшимъ.
И рыдаемъ, вспоминаемъ, что и мы глаза смежимъ.
Неизмѣнно-монотонный
Этотъ возгласъ отдаленный,
10 Похоронный тяжкій звонъ,
Точно стонъ,
Скорбный, гнѣвный,
И плачевный,
Выростаетъ въ долгій гулъ,
15 Возвѣщаетъ, что страдалецъ непробуднымъ сномъ уснулъ.
Въ колокольныхъ кельяхъ ржавыхъ,
Онъ для правыхъ и неправыхъ
Грозно вторитъ объ одномъ: —
Что на сердцѣ будетъ камень, что глаза сомкнутся сномъ.
20 Факелъ траурный горитъ,
Съ колокольни кто-то крикнулъ, кто-то громко говоритъ,
Кто-то черный тамъ стоитъ,
И хохочетъ, и гремитъ,
И гудитъ, гудитъ, гудитъ,
25 Къ колокольнѣ припадаетъ,
Гулкій колоколъ качаетъ,
Гулкій колоколъ рыдаетъ,
Стонетъ въ воздухѣ нѣмомъ,
И протяжно возвѣщаетъ о покоѣ гробовомъ.




Примечания

См. также переводы Бальмонта, Фёдорова и Брюсова.