О Своде законов гражданских (Сперанский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Пояснительная записка к Своду законов гражданских, адресованная Николаю I
автор Михаил Михайлович Сперанский
Дата создания: 1828. Источник: Commons-logo.svg Сканы, размещённые на Викискладе
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


[586] Представляя вашему императорскому величеству свод существующих законов по гражданской части и отчет о содержании его начальника ІІ-го отделения статс-секретаря Балугьянского[1], считаю долгом изложить кратко: 1) существо сей работы; 2) сравнительное отношение ее к иностранным уложениям; 3) действительную ее пользу и употребление.

О существе свода.

Гражданское наше законодательство, начиная с первого Уложения, обнимает с лишком 176 лет. Все указы и постановления, на сем пространстве времени рассеянные, привесть в один состав, дать им систематическую связь, так, чтоб они представляли одно целое, одну книгу, как бы одним приемом и в одно время сочиненную, без повторений и противоречий — в сем состояло дело свода и существо задачи, ІІ-му отделению в начале 1826 года данной.

Два условия к разрешению ее были необходимы: 1) общий план и 2) изыскание материалов и изложение их по сему плану. [587]

I. План. В нем два существенные свойства: полнота объема и ясность, — полнота, чтоб не упустить ничего, к составу гражданских законов принадлежащего; ясность, чтоб все было на своем месте без смешения и повторений.

Объем плана определен в самом начале работы, по соображению с лучшими иностранными, как древними, так и новыми сочинениями, и по сравнению с уложениями: французским, прусским и австрийским. Когда по плану сему работа была окончена, то при поверке и при сравнении главы с главою оказалось, что не только ничего не пропущено, но много у нас есть предметов, коих нет в других уложениях. Причины сему показаны будут ниже.

Ясность плана. Расположение главных предметов во всех уложениях сходно; но расположение в подробностях во всех разнообразно. В нашем плане принят распорядок, который, по свойству наших законов, казался более удобным. Впрочем, сей распорядок всегда легко можно переменить и исправить перемещением глав и разделов.

II. Изыскание материалов и изложение их по плану. Здесь дело состояло: 1) в том, чтоб определить с достоверностью все количество материалов; 2) отделить из них то, что принадлежит вообще к гражданским законам, и из сего уже извлечь то, что, после многих перемен, ныне как закон действует и имеет свою силу.

Определение и удостоверение в материалах. Для сего сперва из равных архивов собраны реестры всех узаконений, по сим реестрам отысканы самые узаконения; таким образом полнота их удостоверена всеми возможными способами.

Извлечение. Из сего общего состава всех законов, по предметам государственным, казенным, полицейским и уголовным, отделены сначала те, кои принадлежат к составу законов гражданских. Сим положено начало делу; но если бы от сего начала вдруг поступить в извлечению законов действующих, то произошло бы неминуемо смешение, и никогда цели достигнуть было бы невозможно: на один и тот же случай представляется 5, 6, 10 законов, в разные времена изданных: какой из них должно считать действующим и какой отмененным, и чем именно отмененным? Из сего открылась [588]необходимость разделить все законодательство на периоды, осмотреть каждый период отдельно, и в каждом определить, какие законы в нем были действующими по каждому предмету; чем и как они отменились в последующем периоде; что в нем осталось из предыдущего и что прибавлено вновь, и таким образом довесть все до времени настоящего. Следовательно, надлежало составить два свода: один исторический, в коем изложены законы со всеми их изменениями, и другой свод законов существующих. После сего, если бы вопросили: почему тот или другой закон поставлен в числе действующих, и точно ли он есть действующий; нет ли другого в отмену? или же, напротив, если бы вопросили: почему тот или другой закон не поставлен в числе действующих; где и когда он отменен? на все сии вопросы ответ готов в своде историческом и не может быть с достоверностью сделан, как только посредством сего свода; следовательно, он есть основанием всему делу. Столько-то справедливо замечание Монтескье: qu'il faut éclairer l'histoire par les loix et les loix par l'histoire[2]. Очевидно, впрочем, что первый свод труднее последнего; но последний дельнее, полезнее для употребления. Первый представляет, как законы наши образовались, возрастали, изменялись; а последний представляет то, что в них осталось и есть неизменно. На составление первого свода употреблено 15 месяцев; второй совершен в 6 месяцев.

Особенное прилагаемо было попечение, чтоб в своде не было противоречий и, кажется, цель сия достигнута. Но есть два рода противоречий: одни в законе, а другие в самых началах, на коих он основан. Так, например, много было противоречий в законах о выкупе родовых имений; в своде все они соглашены и подведены под один последний закон единообразный; но в основании сего самого закона есть противоречие: дозволено выкупать проданное родовое имение за цену купли в течение двух лет; между тем, другим законом, каждому купившему имение, хотя бы оно было и родовое, дозволено обращать его в залог неограниченно. По сему закону, купивший родовое имение всегда может заложить его втрое выше цены его, и, следовательно, выкуп сделать невозможным. Таким образом между законом о дозволении выкупа и законом о дозволении [589]залога есть очевидное противоречие; но противоречии сего никаким сводом исправить невозможно: тут самый закон требует исправления.

Сравнение настоящего свода с иностранными уложениями.

В двух равных отношениях можно установить сравнение настоящего свода с иностранными уложениями: 1) по пространству предметов, 2) по внутреннему их достоинству.

Пространство. Свод содержит в себе 7,341 статью. В сих статьях, составленных более нежели из 20,000 разных указов, заключается:

1) Все то, что в иностранных законодательствах именуется собственно гражданским уложением (code civil, Bürgerliches Gesetzbuch).

2) Все то, что в них разумеется под именем коммерческого уложения (code de commerce).

3) Все то, что в них составляет судебное уложение (code de procédure civile, Bürgerliche Gerichtsordnung).

И сверх того, в статьях свода заключаются:

4) Законы о состояниях; во французском уложении они слегка упомянуты; в австрийском они отнесены к законам политическим, и в одном только прусском изложены с подробностью.

5) Законы о совершении актов состояния, купли и продажи, залога, межевых и проч. Законы сии известны во Франции отдельно под именем уставов нотариата; в других же государствах они рассеяны в равных постановлениях.

6) Устав межевой; часть сия в других государствах составляет особенный отдел законов, и в уложение не входит.

7) Учреждение судебных мест отчасти только изложено в прусском судебном уложении; в других же не собрано и не приведено в единство.

Следовательно, сверх трех уложений: гражданского, коммерческого и судебного, свод заключает в себе еще четыре устава, в полном собрании гражданских законов необходимые, — четыре существенные части, к одному целому принадлежащие.

Внутреннее достоинство. Совсем другие и противные сему заключения представляются при сравнении внутреннего [590]достоинства нашего свода с иностранными уложениями. В своде есть те же главы и те же разделы, как и в уложениях, есть даже их и больше, но в сих главах и в сих разделах недостает весьма многих существенных статей, не определено многих весьма важных случаев. Так, например, у нас, как и везде, есть глава о духовных завещаниях; но у нас она вся заключается в 90 статьях, а во французском уложении она составляет 161, в австрийском — 175, в прусском — 616, и все сии статьи не суть лишние какие-либо подробности, но правила важные, необходимые. Другой пример: глава об опеке и попечительстве у нас составляет 35 статей, а во французском уложении — 126, в австрийском — 97, в прусском — 1,007. Подобные сему примеры можно указать, если не в каждой главе, то почти в каждом разделе.

Следовательно, сколько объем свода нашего обширен и полон, столько составные его части недостаточны и скудны.

Сие и быть иначе не могло. Гражданские законы нигде не были произведением умозрения. Они везде возникали от дел и случаев. Следовательно, чем более дел, чем жизнь государства была продолжительнее, чем круг его действия обширнее, тем гражданские его законы обильнее, тем состав их полнее. Сто семьдесят пять лет гражданского нашего законодательства[3] есть эпоха весьма краткая в сравнении с другими[4]. Прибавить к сему должно, что другие народы вступили в гражданскую жизнь с великим наследством; мы, напротив, мы ничего почти не наследовали от римлян, и весьма мало от греков. Все богатство наше в сем роде есть наше собственное, благоприобретенное. Справедливее можно дивиться тому, чтó мы имеем, нежели тому, чего у нас нет. Дополнить недостающее, довершить недоконченное, дать каждому предмету законодательства надлежащую его полноту и пространство, — есть дело уложения. Оно будет тем лучше, чем своды, на коих оно основано, будут совершеннее. [591]

Польза свода и употребление.

Польза свода может быть двоякая по двум равным предположениям:

Первое предположение. Рассмотрев сей свод и удостоверясь посредством особой комиссии в его точности, ввести его в употребление. В одной книге (около 500 листов) судебные места нашли бы не только все то, чего теперь они должны искать в кипах указов, но нашли бы и более и скорее, а что всего важнее, нашли бы не они одни, но вместе с ними то же самое нашли бы и истец, и ответчик; исчезли бы от сего все выписки ив законов, часто неверные, и еще чаще произвольные, исчез бы промысел или искусство подбирать законы. Ссылка на статью в своде была бы равно ясна и решительна и для судей, и для подсудимых.

Выгода сия очевидна, но, рассматривая ее ближе, открываются вслед за нею важные неудобства. Когда законы сами в себе недостаточны, тогда ясность их обнаруживает еще более их недостатки. Все пропущенное, все неопределенное становится очевиднее. Сим ослабляется уважение, которое всегда должно сохранять к законам, даже и к недостаточным. Сверх сего, недостатку закона часто пособляют толкованием; но ясного толковать нельзя; следовательно, при ясных, но недостаточных законах большая часть дел осталась бы не решенною, и законодательная власть нашлась бы в необходимости непрестанно входить в разбор дел тяжебных и судебных и издавать дополнения.

Второе предположение. Принять сей свод основанием к составу уложения. Он, действительно, может служить таковым основанием. Надлежит только каждой главе и каждому разделу дать надлежащее пространство, разрешить случаи, в них неопределенные, пополнить недостатки, и в некоторых только предметах, впрочем, немногочисленных, составить проекты нужных изменений. Кажется, труд сей в течение настоящего года может быть окончен.

Между тем в течение сего года составлен будет подобный сему свод законов уголовных и законов судебной полиции. Быть может, что достанет времени на состав и [592] уложения уголовного. Таким образов, в 1829 году все дело может быть окончено, и столетние начинания в три первые года царствования вашего императорского величества получат совершение. М. Сперанский.

14-го января 1828 г.

Примечания[править]

  1. В отчете Балугьянского об этом своде, который он назвал сводом земских законов по гражданской части, помещено краткое обозрение сего труда, основания, пространство и исполнение его. А. Б.
  2. «Следует искать объяснения истории в законах, а объяснения законов — в истории» (О духе законов, книга XXXI, глава II). — Примечание редактора Викитеки.
  3. Началом действующего у нас законодательства приемлется Соборное Уложение 1649 года.
  4. Законодательство многих европейских держав начинается с VII-го века, и, следовательно, объемлет XII почти столетий.



PD-icon.svg Это произведение находится в общественном достоянии во всём мире, поскольку автор умер по крайней мере 100 лет назад.