Переселение в Елисейские поля (Гейне; Линдегрен)/ДО

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Переселеніе въ Елисейскія поля
авторъ Генрихъ Гейне (1797—1856), пер. А. Н. Линдегренъ (?—1911)
Языкъ оригинала: нѣмецкій. Названіе въ оригиналѣ: Himmelfahrt («Der Leib lag auf der Todtenbahr…»). — Источникъ: Полное собраніе сочиненій Генриха Гейне / Подъ редакціей и съ біографическимъ очеркомъ Петра Вейнберга — 2-е изд. — СПб.: Изданіе А. Ф. Маркса, 1904. — Т. 6. — С. 190—193.. Переселение в Елисейские поля (Гейне; Линдегрен)/ДО въ новой орѳографіи


Переселеніе въ Елисейскія поля.


[190]

На катафалкѣ блѣдный трупъ лежалъ,
А духъ умершаго на небо улеталъ;
Юдоль покинувъ навсегда земную,
Искалъ себѣ обитель онъ иную.

И вотъ эдема передъ нимъ врата,
Но въ нихъ калитка крѣпко заперта.
Душа съ тоской взмолилась тутъ, вздыхая:
Отверзите, молю, мнѣ двери рая!
Пройдя тернистый, долгій жизни путь,
10 Стремлюся я скорѣе отдохнуть
На шелковомъ, изъ пуха, мягкомъ ложѣ.
Вкусить блаженства жажду я, о, Боже!
И съ ангелами мнѣ недурно здѣсь порой
Заняться въ жмурки рѣзвою игрой.

15 Шаги послышались за райскими вратами.
Тамъ кто-то шлепалъ старыми туфлями,
Раздался звонъ ключей, сѣдой старикъ
Къ окну съ рѣшеткою своимъ лицомъ приникъ.
На зовъ души промолвилъ старецъ строго:
20 «Ишь, васъ шатается сюда какъ много!
Нивѣсть откуда лѣзетъ всякій сбродъ:
Бродяги, лодыри, отпѣтый все народъ!

[191]

Цыгане, поляки и готтентоты
Стучатся въ наши райскія ворота.
25 То въ одиночку, то валятъ гуртомъ
И впуска требуютъ настойчиво притомъ.
Всѣ обратиться въ ангеловъ желаютъ,
За подвиги свои себѣ блаженства чаютъ.
Эхъ! эхъ! Такъ и впустилъ, бездѣльники, я васъ
30 Въ чертоги райскіе, да къ ангеламъ сейчасъ!
Неужто мѣсто здѣсь для вашей гнусной братьи?
Обречены вы вѣчному проклятью,
Добыча сатаны! Прочь, прочь, ступайте въ адъ!
Оттуда ужъ не вырветесь назадъ!»

35 Но вдругъ ворчунъ перестаетъ браниться —
Знать, надоѣло старику сердиться —
И онъ пришельцу мягко говоритъ:
«О, бѣдная душа! Меня твой тронулъ видъ.
Исполню, такъ и быть, твое моленье,
40 Сегодня кстати ужъ мое рожденье.
Ты тѣмъ головорѣзамъ не сродни,
Но разспросить тебя я долженъ, извини,
Кто ты таковъ, гдѣ жилъ, откуда родомъ?
Да не былъ ли женатъ? прибавлю мимоходомъ,
45 Женатыхъ жариться не посылаютъ въ адъ,
Они не долго ждутъ у райскихъ вратъ;
Имъ на землѣ за брачное терпѣнье
Бываетъ часто всѣхъ грѣховъ прощенье».
— Изъ Пруссіи я, — молвила душа,
50 Скорѣй отвѣтитъ старику спѣша. —
Берлинъ, такъ городу родимому названье.
Тамъ въ Шпре рѣкѣ кадетское купанье;
Когда идутъ дожди, то въ ней вода
Въ достаточномъ количествѣ всегда.
55 Въ Берлинѣ я служилъ приватъ-доцентомъ
И философію читалъ студентамъ.
Женился я на барышнѣ одной,
Но нравъ у ней былъ ой-ой-ой!
Особенно, когда намъ не хватало хлѣба…
60 Потомъ меня на судъ призвало небо».

«Бѣда! бѣда! — привратникъ тутъ вскричалъ: —
Плохое жъ ремесло, пріятель, ты избралъ.
Къ чему оно? Вѣдь это, право, чудно!

[192]

Невыгодно оно и слишкомъ трудно.
65 Безбожное занятіе притомъ:
Богатства не внесетъ философъ въ домъ.
Его удѣлъ лишь голодъ и сомнѣнья,
И къ чорту попадетъ онъ въ заключенье.
Какъ не браниться съ бѣдной тутъ женой?
70 Надъ супомъ водянистымъ вой
Она навѣрно часто поднимала,
На немъ не видя блестки сала.
Въ обитель горнюю, однако, я сейчасъ
Впущу тебя. Хоть строгій данъ приказъ
75 Отъ этихъ вратъ гнать каждаго съ позоромъ,
Кто занимался философскимъ вздоромъ.
А если нѣмецъ онъ, безбожникъ, ну, тогда
Философу у насъ совсѣмъ бѣда.
Но, какъ сказалъ, для своего рожденья
80 Я дѣлаю сегодня исключенье.
Ступай скорѣй, я отворяю дверь
И въ безопасности полнѣйшей ты теперь
На небѣ день-деньской отъ самаго утра
Гуляй, покуда спать придетъ пора.
85 Фланируй безъ заботъ по камнямъ самоцвѣтнымъ,
На улицахъ, мечтамъ отдавшися завѣтнымъ,
Но только помни: даже невзначай
О философіи своей не поминай.
Компрометированъ, — что всякому понятно —
90 Твоею выходкой я былъ бы безвозвратно.
Когда-жъ услышишь духовъ свѣтлыхъ хоръ,
Къ нимъ обрати сейчасъ ты умиленный взоръ,
А если запоетъ кто поважнѣе,
То отъ восторга съ виду млѣй скорѣе.
95 Увѣрь пѣвца, что ты такихъ сопранъ
Не слышалъ на землѣ у смертныхъ Малибранъ,
Другихъ артистовъ, сравнивай съ Рубини,
И съ Маріо, и съ Тамбурини.
Титулы имъ ты не скупись давать,
100 «Превосходительствомъ» почаще величать.
Пѣвцы равны на небѣ, какъ подъ небомъ:
Имъ служитъ лесть всегда духовнымъ хлѣбомъ.
И въ дирижерѣ та же слабость есть.
Онъ также любитъ похвалы и честь…

105 «Меня не забывай. Когда тебѣ наскучитъ

[193]

Вся роскошь рая, или силинъ замучитъ,
Приди ко мнѣ въ картишки поиграть,
Различныя могу я игры показать —
Ландскнехта, штоса, фараона тайны…
110 Да, à propos! Когда-бъ случайно
Съ тобой въ обители небесъ
Вдругъ повстрѣчался самъ Зевесъ
И задалъ бы вопросы «Откуда ты, любезный?»
То мой совѣтъ тебѣ полезный —
115 Не называй Берлинъ; а лучше ужъ соври:
Ну, Мюнхенъ, Вѣну избери».