РСКД/Sparta

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Sparta / Спарта
Реальный словарь классических древностей (Фридрих Любкер, 1854 / Филологическое общество, 1885)
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Saba — Συσσιτια. Источник: Реальный словарь классических древностей (1885), с. 1305—1307 ( РГБ · индекс ) • Список сокращений названий трудов античных авторов • Другие источники: БЭАН : МЭСБЕ : ЭСБЕ


Sparta, 1) топография, см. Laconica. 1 — 2) история. В земле Лаконской жили первоначально лелеги, потом пришли ахеяне из одного царского рода, родственного с Персеидами, место которых позднее заступили Пелопиды. При завоевании Пелопоннеса дорянами Лакония, самая неплодородная и незначительная область, вследствие обмана при метании жребия, досталась несовершеннолетним сыновьям Аристодема, Эврисфену и Проклу, потомков которых называли двоевластвующими царскими династиями Агиадов (по Агиду, сыну Эврисфена) и Эврипонтидов (по Эврипонту, внуку Прокла). Главным городом скоро сделалась Спарта, около древних Амикл, которые, как и остальные ахейские города, потеряли свои политические права. Рядом с властвующими дорянами и спартиатами население страны состояло из ахеян, удержавшихся за свою личную свободу и недвижимую собственность, но без политических прав, περίοικοι, и илотов, в наказание лишенных своих земельных участков и обращенных в крепостных. Долгое время Спарта ничем не выделялась между дорическими государствами. Внешние войны она вела с соседними аргивскими и аркадскими городами, а внутри постоянно возгоралась вновь распря дорической аристократии с царской властью. Только со времен Ликурга и после него последовало ее возвышение. 2 Так как в основание его законов легло знание народного характера, то Спарта с этих пор сделалась главнейшей представительницей доризма, лучшие основные черты которого следующие: внутренняя глубина души, от которой зависит настойчивая и решительная деятельность, твердое пребывание в установившихся формах, понимание дисциплины и нравов предков. Вновь пробудившийся дух прежде всего обнаружился в окончательном покорении остатков ахейских жителей царями Харилаем, Телеклом, Алкаменом, затем в борьбе против родственной Мессении, которая, как кажется, первоначально возникла из спора о денфелиатской пограничной земле. С окончанием двух войн (743—723 и 685—668 гг. до Р. Х.) удалось окончательно покорить страну, после чего древние жители были лишены своих земельных владений и обращены в илотов. Что и внутри страны за это время не было спокойствия, доказывает насильственная смерть царя Полидора, расширение полномочий ефоров, имевшее целью ограничение царской власти, и высылка парфенян (вероятно, полуахейское смешанное племя), которые под начальством Фаланфа основали в 707 г. до Р. Х. Тарент. Но когда Спарта после тяжелых войн победила аркадян и, особенно когда, скоро после 660 г. до Р. Х., принудила Тегею признать первенство ее и по договору, который сохранялся на поставленной у Алфея колонне, заставила заключить почетный вооруженный союз, с тех пор она считалась в глазах иностранных народов первым государством Греции, Ἐλλάδος προστάτης. Hdt. 1, 66. 69. 3 Это преобладание спартанцев выражалось преимущественно в том, что они старались свергнуть тиранов, которые с 7 в. до Р. Х. появлялись почти во всех греческих государствах. Hdt. 5, 92. Thuc. 1, 18. Они способствовали изгнанию Кипселидов из Коринфа и Писистратидов из Афин, освободили Сикиону, Фокиду и несколько островов Эгейского моря от их деспотов и оказывали сопротивление могущественному Поликрату Самосскому; этим они приобрели себе в отдельных государствах партию благодарных и знатных приверженцев. Долее всего соперничал со С. за первенство Аргос. Но когда спартанцы, в 550 г. до Р. Х., завоевали долго оспариваемую пограничную область Кинурию с городом Фиреей и царь Клеомен ок. 520 г. до Р. Х. нанес аргивянам решительное поражение при Тиринфе, с тех пор Аргос держался вдали от всех предприятий, которыми руководила Спарта. Прежде всего, кажется, спартанцы заключили союз с Элидой, а затем с Тегеей, и мало-помалу с помощью договоров они привлекли на свою сторону также и остальные пелопоннесские государства. Эта συμμαχία состояла в том, что Спарта имела главное руководство на войне и была средоточием для собраний и совещаний; но этим самым она не посягала на независимость отдельных государств, так как автономия союзных государств строго сохранялась (Thuc. 5, 74); также они вовсе не платили Спарте φόρος, не имели постоянного союзного совета, но созывались в Спарту смотря по надобности (παρακαλεῖν). 4 Распространить эту власть над Пелопоннесом не было в намерениях Спарты. (Hdt. 6, 108), но общая опасность во время Персидских войн привела все государства, кроме Аргоса, под начальство Спарты. С устранением ближайшей опасности спартанцы поняли, что им не под силу продолжать войну с персами вдали от своих пределов, и, когда Павсаний и Леотихид опозорили спартанское имя, они должны были допустить, чтобы Афины в 476 или 472 г. до Р. Х. приняли на себя дальнейшее руководство на войне, а сами ограничились Пелопоннесом. Но с этих пор стали часто появляться поводы к соревнованию и столкновению между Спартою и Афинами. Когда Спарта пострадала от землетрясения и восстания илотов и мессенян, в 465 г. до Р. Х., произошел разрыв (в 461 г.), а в 457 г. спартанское войско появляется в Элладе под предлогом защиты Дориды от фокеян, в действительности же, чтобы воспрепятствовать дальнейшим успехам афинян. Благодаря перемириям 451 и 445 гг. спор на время прекратился. Но Афины распространяли все дальше свое могущество, и вследствие этого, еще до истечения первой половины срока, на который было заключено последнее перемирие, возгорелась решительная борьба, известная под названием Пелопоннесской войны, в 431 г., которая окончательна сломила могущество Афин и снова доставила гегемонию Спарты. Но там в то время прочные основы законодательства Ликурга были нарушены преимущественно Лисандром и Эпитадеем (см. сл.); из стремления неграждан к полноправию возникло восстание Кинадона, в 397 г. до Р. Х., которое, правда, не удалось. Упроченную в Греции власть Агесилай пытался распространить и на Малую Азию и успешно сражался против персов, пока персидские деньги не вызвали Коринфской войны, в 395 г. до Р. Х. 5 После нескольких неудач, преимущественно поражения на море при Книде (394 г.), Спарта, желая воспользоваться успехами оружия своих противников, уступила по Анталкидову миру великому царю Малую Азию, признала его посредником и судьей в греческих делах и таким образом, под предлогом свободы всех государств, обеспечила за собой первенство в союзе с Персией. Только Фивы не подчинились этим условиям и лишили Спарту преимуществ постыдного мира; Афины с победой при Наксосе (376 г.) составили новый союз, и С. в 372 г. формально уступила гегемонию. Еще большее несчастье постигло ее в дальнейшей войне с Фивами. Неприятели показались перед городом даже на горе, и, хотя они скоро должны были удалиться, все-таки Эпаминонд нанес окончательный удар городу восстановлением Мессении (369 г.) и основанием Мегалополя, и в 365 г. спартанцы должны были позволить своим союзникам заключить сепаратный мир с Фивами. С этого времени Спарта внутри и вне быстро пошла к упадку, а вследствие обеднения и обременения долгами граждан законы обратились в пустую форму. Союз с фокеянами, которым они послали помощь, но не оказали действительной поддержки, вооружил против них Филиппа Македонского, который появился в 334 г. в Пелопоннесе и утвердил независимость Мессении, Аргоса и Аркадии, но, с другой стороны, не обратил внимания на то, что не были отправлены послы в Коринфское собрание. Iust. 9, 5. 6 Во время отсутствия Александра царь Агид II, при помощи денег, полученных от Дария, пытался свергнуть македонское иго, но потерпел поражение от Антипатра при Мегалополе и был убит в 330 г. Что мало-помалу исчез также и воинственный дух, показывает укрепление города при нападениях Деметрия (296 г.) и Пирра (272 г.). Попытка Агида III (242 г.) произвести с уничтожением долговых книг новый раздел поземельной собственности и увеличить число граждан, упавшее до 700, оказалось неудачной вследствие своекорыстия богатых, и удалось это в 226 г. Клермену III только после насильственного уничтожения эфората. В это время для Спарты наступила, по-видимому, новая пора процветания, Клеомен был близок к тому, чтобы захватить власть над Пелопоннесом, как союз ахеян с Македонией привел Антигона Досона в Пелопоннес, и поражение при Селласии (222 г.) и скоро затем смерть Клеомена в Египте положили конец государству Гераклидов. Антигон, правда, великодушно оставил спартанцам их независимость; после царствования незначительных государей (Ликурга, Хилона) восстали пользовавшиеся дурной славой тираны Маханид, 211—207 гг., и Набид, 206—192 гг. Оба должны были уступить Филопэмену, который в 192 г. включил Спарту в Ахейский союз, но в 189 г. строго наказал восставших спартанцев и заменил Ликурговы учреждения ахейскими. Жалобы угнетенных были услышаны римлянами, которые долгое время поддерживали взаимные раздоры, пока не сочли своевременным покорить Грецию, в 146 г. до Р. Х. Спартанцы, однако, сохраняли свою свободу настолько, насколько Греческому государству возможно было пользоваться ей под верховной властью Рима (см. Ἐλευθερολάκωνες). Ликурговы учреждения сохранились даже до середины 5 в. от Р. Х. 7 — 3) Государственное устройство. Большое его сходство с критским государственным устройством объясняется общим обоим государствам дорическим происхождением и характером, а равно и тем обстоятельством, что важнейшие города Крита составляли спартанские колонии. Поэтому вопрос, насколько правдоподобно сказание о том, что Ликург заимствовал часть своих законов (ῥῆτραι) из Крита, не имеет существенного значения. В последнее время в некоторых учреждениях заподозрили даже финикийское влияние. Население разделялось на 3 класса: 1) спартиаты победители, в собственном смысле полноправные граждане. — 2) лично свободные периэки. — 3) порабощенные илоты (подробности см. под Ἐκκλησία, Helotes, Ὄμοιοι). Как среди спартиатов мало-помалу образовалось различие между ὄμοιοι и ὐπομείονες, об этом ср. Ὄμοιοι. Цель законодательства Ликурга состояла в том, чтобы вселять в граждан безусловное подчинение государственным интересам, развивать в них преимущественно способность к военной службе и затруднять всякое изменение древних учреждений. Отсюда вытекало разделение земель на нераздельные и неотчуждаемые участки, 9.000 для спартиатов, 30.000 меньших — для периэков, отсюда — учреждение общего воспитания (см. Educatio, 10 слл.), сисситии (см. Συσσίτια), запрещение заграничных путешествий, высылка чужестранцев (ξενηλασίαι), ограничение личной свободы и деятельности (ремеслами и торговлей могли заниматься только периэки; благородные металлы запрещено было принимать в уплату при торговле), подчинение граждан правительству, младших — старшим, которое облегчалось ввиду надежды безусловным повиновением когда-нибудь достигнуть права повелевать другими; всеобщее презрение к трусости, а также к безбрачию (ибо государство считало вправе требовать продолжения рода). — 8 Государственное устройство представляло смесь монархических, аристократических и демократических форм. Монархический принцип представляли оба царя, почести которых, тождественные с почестями царей героических времен, были больше, чем их власть; главное их право заключалось в командовании на войне, которое позднее ограничивали прикомандированные ефорами лица (см. Ἔφοροι). Аристократический элемент виден в герусии (см. сл.) — в течение долгого времени самое влиятельное учреждение С. Демократия нашла себе место в ἐκκλησία (см. сл.); ее главные представители были ефоры, возрастающая сила которых стесняла царей и аристократическую герусию и обозначает успех и рост демократического элемента (ср. Ἔφοροι). — О метэках ср. Helotes; о племенном и земельном разделении см. Φλή, 9; о военных учреждениях см. Exercitus, 1—3. Вообще, ср. Manso, Sparta (1800 слл.). K. F. Hermann, antiquitatum Laconicarum libelli IV (1841). O. Müller, die Dorier (2-е изд., 1844).