«Красотой и мечтательнымъ видомъ
Ты, подобная нѣжнымъ сильфидамъ— Отвори мнѣ, о дѣва—краса.
Опустились ночные туманы 5 Пеленою своей на поляны, На луга и лѣса.
«Я не странникъ, чей опытъ и разумъ
Увлекаютъ красавицъ разсказомъ О святыняхъ и дальнихъ мѣстахъ; 10 Я не рыцарь въ блестящей кольчугѣ,
О которомъ въ стыдливомъ испугѣ Грезятъ юныя дѣвы въ мечтахъ.
«Ни сѣдой бородою пушистой,
Ни волною кудрей золотистой; 15 Не могу я участье привлечь,
Не ношу ни меча я, ни четокъ,
Нравъ мой робокъ, застѣнчивъ и кротокъ, Безъискуственна—рѣчь.
«Я—дитя голубого эфира, 20 Обитатель волшебнаго міра И невѣдомой людямъ страны,
Я рождаюсь съ лучами денницы,
Съ первой лаской весны чаровницы, Свѣтлоокой весны.
25 «Наблюдая за юной четою,
Я застигнутъ въ лѣсу темнотою,— О, не будь безучастной къ мольбѣ!
Въ этомъ мракѣ таится угроза…
Слишкомъ поздно! Закрылась та роза, 30 Гдѣ пріютъ нахожу я себѣ.
«Всѣ мои легкокрылыя братья
Въ эту пору укрылись въ объятья Нѣжныхъ лилій и царственныхъ розъ.
Только я осужденъ до разсвѣта 35 Здѣсь томиться во тьмѣ безъ просвѣта, Полной смутныхъ угрозъ.
«Посмотри какъ я малъ и безсиленъ!
Все пугаетъ меня: даже филинъ Заунывно кричащій въ дуплѣ. 40 Въ этотъ часъ на болотахъ унылыхъ,
На чернѣющихъ грозно могилахъ Зажигается пламя во мглѣ.
«Въ этотъ часъ на далекомъ кладбищѣ
Мертвецы покидаютъ жилище 45 И блуждаютъ, тоскою полны.
Непонятною силой влекомы,
Появляются карлы и гномы Изъ земной глубины.
«Я дрожу, я страдаю—за что же? 50 О позволь мнѣ на дѣвственномъ ложѣ Отогрѣться твоемъ,—и гурьбой
Будутъ рѣять до самой денницы
Обольстительныхъ грезъ вереницы Надъ тобой.
«Умоляю: не будь непреклонной;
Не боишься ли ты, что влюбленный Подъ личиною сильфа къ тебѣ
Пробирается ночью ненастной, 65 Изливая всю душу въ опасной И горячей мольбѣ?»—
Онъ заплакалъ,—но вдругъ изъ тумана
Чей то голосъ раздался нежданно, Онъ какъ будто бы вторилъ ему, 70 И красавица, внявъ безъ сомнѣнья
Безъискусственной силѣ моленья, Отворила окно,—но кому?..
См. также одноимённые страницы.
