Стихотворения Франца Преширна/Эпиграммы

Материал из Викитеки — свободной библиотеки

Перейти к навигации Перейти к поиску

[105]

Предисловие и оправдание.


......feriuntque summons
Fulmina montes


Пусть мыслит всякий, кто стрелой моей задет,
Что молния разит высокий лишь предмет.


Условие незолотого века.

Давно уж золотой настал бы век у нас,
Когда б на классика давал нам право класс[1].

Новый Пегас[2]

Вышняне, вы куда свою улитку дели?
«В Пегасы взять её поэты захотели».

[106]

«Пчёлкиным» эпиграмматистам

He всякий зверь — лисица заодно,
Не всякое злословие смешно.

«Пчёлкиным» баснописцам

В речах Эзоповых[3], отрытых на кладбище,
Не больше сладости, чем в разогретой пище.

«Пчёлкиным» слагателям гексаметров[4]

В гексаметре кто, не прибрав спондея
Иль дактиля, не прочь и от трохея,
Не знает, где пустить цезуру,
Пегаса тот впрягает в фуру.

На стихотворения «Пчелки» без ц и с[5]

„Все ц им из стихов исключены,
И с в них вовсе не играет роли".
Зато в них нет и никакой цены,
Зато они и безо всякой соли.

[107]

«Пчёлкиным» певцам времён года

Кто сам не знает, что̀ сказать,
Тот хвалит иль бранит погоду;
Кто не нашёл, что воспевать,
О временах он года пишет оду.

Лесничнику и Левичнику[6]

О, если б сладок был в стихах Лесничник!
О, если б прав мог быть в стихах Левичник!

Прежнему поэту, потом гомеопату[7]

Ты прежде был поэт, теперь — гомеопат:
Уж не досуга ты, а жизни супостат.

Издателю «Пчёлки»

Зачем Кастелец мух ловить пошёл?[8]
Он их продать замыслил вместо пчёл.

[108]

Водник[9]

Монах под маскою я был,
Охотно пел, охотней пил.

Равникарю[10]

Горенцев наших так испортил ты язык,
Что за молитвою ругается мужик.

На Ахацлевы песни[11]

Конечно, поневоле
Нет в песнях этих соли:
Зовёт индюшек: «пуры, пуры!»,
Зовёт сверчков он: «шуры, муры!».

Некоторым сочинителям духовных песен

Ваша духовная песнь и духовна и всё ж не духовна:
Праздности дух в ней есть, Божьего духа в ней нет.

[109]

Кремплю[12]

Ты не в мозги захватил, захватил ты словенщину в когти:
Дух от немечины слаб, когти свободны твои.

Копытарь

Голову с честью носил я учёную, всё поборая;
Лишь самомненье и смерть я побороть не умел.

Денничникам[13]

Добровский.

«Друг мой, идущий со света, мне верно скажи», так Добровский
В царстве теней вопросил мудрость Копытареву:
«Сербский, дубро́вницкий, что ли, язык иль скорее хорватский
Вводит в писания Гай с шайкой задорной своей?».

Копытарь.

«Гай-то Денничник, Денничная шайка? по-своему пишут;
Юго-славянских они суть янычары земель».

[110]

Хвастуны из четырёх многочисленнейших славянских народов[14]

Чех лишь, поляк, иллириец и русский — вот эти народы,
Свой обработав язык, смеют на нём и писать;
Белый хорват и словенец, русняк и словак и другие —
Псы меж славян: их удел лаять и лапы лизать.

Катон наизнанку[15]

Менее прочих славян и числом и почётом словенцы;
Славы и выгод не здесь можно писателю ждать.
Victrix causa diis placuit, sed victa Catoni:
Станко — словенский беглец, Враз — наизнанку Катон.

Настоящие стихотворения

Нам, как Прешерновым, было б не грех развернуться пошире[16];
Но уж из самых стихов видно, как тих наш отец.

Примечания переводчика[править]

  1. В подлиннике другая игра слов — между klasik и kvasi «болтает (вздор)». У горенцев l звучит как англ. w.
  2. Эпиграмма направлена против Ивана Циглера (Janez Cigler 1792—1869), священника в местечке Вышней Горе (Visnja gora). Жители его, вышняне, — словенские пошехонцы; между прочим о них рассказывают, будто они держат улитку на привязи. Циглер поместил в «Пчёлке» семь стихотворений. Но известен он не как поэт, а как народный писатель. Его роман «Счастье и несчастье» (Sreca in nesreca), вышедший в 1836 г., первый в словенской письменности, охотно читается до сих пор.
  3. Эзоп из Фригии считается древнейшим баснописцем.
  4. Относится к попыткам сочинения словенских гексаметров по греческому образцу, о которых см. предисл. стр. LXXXIV.
  5. На стихотворения Якова Жупана, написанные в виде наглядного возражения на упреки немцев словенскому языку за частое употребление звуков ц и с.
  6. Лесничник (от lesnika — дикое яблоко) — перевод фамилии Игнатия Гольцапфеля (1799—1868), поместившего в «Пчёлке» три стихотворения. Доктор Варфоломей (Jernej) Левичник (1808—1883), священник, автор поэмы «Католическая церковь», напечатал в «Пчёлке» также три стихотворения. Эпиграмма основана на игре слов или, скорее, понятий: 1) дикое яблоко кисло, 2) левичник значит левша.
  7. На Власия Поточника, священника, помещавшего кое-какие стихи в «Пчёлке», а на старости лет лечившего гомеопатией.
  8. Эпиграммы Кастельца в «Пчёлке», довольно безобидные, получили от самого автора заглавие «Мухи». «Ловит мух» значит по-словенски «предаваться бредням».
  9. См. предисл. стр. XIII—XV.
  10. Матвей Ра́вникарь (1776—1845), с 1830 г. епископ Триэстский, автор многих учебников и молитвенников. Насмешка Преширна несправедлива, так как Равникарь писал на хорошем и понятном языке, если не считать забытого словенцами, но употребляемого им причастия на -вший, которое Преширну казалось, вероятно, русизмом.
  11. Матвей Ахацель, математик и сельский хозяин, в 1833 г. издал сборник «Песни, известные в Хорутании и Штирии», где вместо песен народных поместил глуповатые вирши полуграмотных сочинителей. «Пура» по-словенски = индюшка, «мурин» = сверчок, кузнечик,
  12. Кремпль (1790—1844), священник, родом штириец, автор многих сочинений, из которых наиболее известна популярная история Штирии, писал па родном наречии, не заботясь о письменном языке, однако и не уснащая свою речь умышленно германизмами. Но — употребительные на его родине германизмы у него встречаются, а его имя значит «коготь», что соблазнительно для эпиграмматиста.
  13. См. предисл. стр. XVIII—XIX с примеч.
  14. См. предисл. стр. XX примеч.
  15. См. предисл. стр. XIX—XX с примеч. Эпиграмма основана на известном стихе Лукана Phars. I 128 (Честь победивших угодна богам, побежденных — Катону).
  16. В подлиннике гораздо остроумнее, потому что рге seren значит «задорный, дерзкий, надменный».