Из путевого альбома (Чюмина)/1905 (ДО)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Ошибка Lua в Модуль:Другие_источники на строке 208: bad argument #1 to 'gsub' (string expected, got nil).

  1. «Какая тишь и красота…»
  2. «Туманъ сгущается въ долинѣ…»
  3. «Раздался мѣрный шагъ солдатъ…»
  4. Въ лѣсу
  5. Сикстинская мадонна

Цикл на одной странице


[93]
Изъ путевого альбома.
1.

Какая тишь и красота,
Какою вѣетъ стариною!
Вотъ башня съ древнею стѣною,
Аркады стараго моста.

Окно—подобіе бойницы,
И тутъ же—зелени кайма,
Повсюду—кровель черепицы
И островерхіе дома…

Окутана тумана ризой,
10 Слилася съ небомъ цѣпь холмовъ,
И затонула въ дымкѣ сизой
Громада кровель и домовъ.

Какъ отблескъ солнца на водѣ—
Такъ, сквозь туманныя волокна,
15 Порой сверкаютъ кое гдѣ,
Озарены закатомъ окна.

Что за покой, какая тишь!
Стихаютъ здѣсь порывы горя.
Внизу въ туманѣ море крышъ
20 Мнѣ кажется подобьемъ моря.

[94]


2.

Туманъ сгущается въ долинѣ;
Какъ синій дымъ, стоятъ лѣса,
Зари погасла полоса,
Все какъ и небо—темно сине.

Но огонекъ, сквозь синій мракъ,
Блеснулъ внезапно межъ листвою,
Такъ зажигается свѣтлякъ
Іюльской ночью межъ травою.

Внизу блеснули огоньки.
10 Одинъ, другой—надъ гущей вязовъ,
Какъ цѣпь разсыпанныхъ алмазовъ.
Отражены волной рѣки.

Они изъ тьмы сіяютъ ярко,
Какъ въ жизни сумрачной—мечта,
15 Волшебная двойная арка
Воздушно смѣлаго моста!

Тамъ жизнь кипитъ неутомимо,
И надъ земною суетой
Съ небесъ лишь мѣсяцъ золотой
20 Сіянье льетъ невозмутимо.


3.

Раздался мѣрный шагъ солдатъ.
По каменнымъ и гулкимъ плитамъ,

[95]

Сіяньемъ солнечнымъ залитымъ,
Шаги отчетливо звучатъ.

Сверкаетъ лучъ на каскахъ мѣдныхъ
И золотитъ ближайшій шпицъ;
Въ толпѣ не мало женскихъ лицъ—
И нѣжно-розовыхъ, и блѣдныхъ.

Рожокъ походный заигралъ—
10 И выступаютъ люди важно,
Межъ тѣмъ, какъ пѣснь звучитъ протяжно,
Какъ католическій хоралъ.

Ей чужды: удаль, тоска,
И жажда новой лучшей доли,
15 Она уноситъ противъ воли
Въ давно прошедшіе вѣка.


4.
Въ лѣсу.

Надо мною тихо вѣютъ
Тюрингенскіе лѣса
И привѣтливо синѣютъ
Межъ листвою небеса.
И напѣвъ особый слышенъ
Въ тихомъ шорохѣ вѣтвей:
Старый дубъ, могучъ и пышенъ,
О борьбѣ поетъ своей.
О печали шепчетъ ива

[96]

10 Полусонному ручью,
И лепечетъ сиротливо
Ясень исповѣдь свою.
Шелестятъ въ раздумьѣ сосны,—
Имъ съ вечернею зарей
15 Дни любви, былыя весны
Вспоминаются порой.
Лишь одинъ зеленый ельникъ,
Наклонясь подъ гнетомъ думъ,
Имъ внимаетъ какъ отшельникъ—
20 И безмолвенъ, и угрюмъ.


5.
Сикстинская мадонна.

Съ благоговѣніемъ, какъ бы подъ сводомъ храма,
Безмолвно мы прошли покоевъ длинный рядъ;
Порою кое гдѣ поблескивала рама,
Созданья генія приковывали взглядъ.
Но какъ паломники, спѣшащіе къ святынѣ,
Шли дальше мы туда, къ единственной картинѣ.
И ты предстала намъ грядущей въ облакахъ—
Съ Христомъ, Божественнымъ Младенцемъ на рукахъ,
У ногъ маститый Сикстъ и юная Варвара,
10 А ниже—ангеловъ задумчивыхъ чета
Съ очами полными молитвеннаго жара,
Казалось мнѣ, что ихъ невинныя уста
Поютъ хвалу Тебѣ, Святая Красота,

[97]

Чей образъ дѣвственный, божественно прекрасный
15 И въ кротости своей невыразимо ясный,
Межъ небомъ и землей—единое звено
И связь ихъ лишь Тебѣ возстановить дано.