Аравитяне хорошо видели слабость Армении, и потому последняя неудача только усилила их раздражение и жажду мести. Следствием этого было новое их вторжение в Армению при самом вступлении на престол халифа Абд-Альмелека. На этот раз аравитяне хотели навсегда покончить с Арменией, лишить ее всех средств к восстаниям и с этими намерениями прибывший вновь назначенный остикан Кашем сменил Абд-Аллаха. Усмиренные оружием армяне заметили не без удивления, что новый правитель оказал им во многих случаях полную справедливость, разорял города и села только при сопротивлении оружием и никогда — после выражения подчиненности. Доверие армянских князей и нахараров к Кашему возрастало со дня на день, а Кашем, в свою очередь, со дня на день усиливал размер своих обещаний. Но вот однажды он созвал главнейших нахараров на совещание в Нахичевань. Под предлогом предосторожности в спорах он их сначала обезоружил, потом под предлогом благочестия пригласил их побывать в церкви, которую за ними тотчас же заперли и подожгли со всех сторон. Сожжение армянских князей 704Спаслись от этой казни два-три князя, не доверявшие добродетели аравийского остикана, край же весь был теперь занят без сопротивления.
После Кашема прошел целый ряд остиканов[1]; гнет их не делался легче, все они мало заботились о стране и много заботились лишь о наживе. Из них Иезид, желая ограбить богатый монастырь святого Григория Багреванской области, прибыл однажды туда на ночлег. Утром, на заре, монахи этого монастыря были поражены новостью, что один из невольников остикана, с вечера живой и здоровый, теперь найден в овраге мертвым. Следы удушения были очевидны, и Иезид обвинил монахов в преступлении. Над монахами разразилась казнь, монастырь же, по праву возмездия, был ограблен на законном основании. Другой остикан, Хузима, пленившись поместьями патриарха Иосифа в окрестностях города Двин, не получил их в дар и предложил за них плату. Не помогло и это предложение. Тогда Иосиф немедленно был обвинен в каких-то замыслах и брошен в тюрьму. В знак великодушия остикана заключенный патриарх был избавлен от палочных ударов — ограничились только наложением оков. На другой день в присутствии многих свидетелей, три мешка были насыпаны золотом и отправлены к заключенному в виде условленного платежа за поместья. Невольникам же, относившим золото, велено было возвратиться с тем же золотом, но тайно, чтобы кто-либо не мог заметить обмана, и покупка совершилась.
Подобное правление остиканов[2] вызывало в Армении частые восстания с оружием в руках, но без решительного успеха.
Низвержение Омайядов 750Между тем Омайады были низвержены Абул-Аббасом, родоначальником династии Абассидов, которые основали свою столицу в Багдаде, на берегах Тигра. Халифы этой династии не ставили завоевания непременною целью своего царствования и, отличаясь любовью к просвещению, покровительствовали науке, искусствам, ремеслам и особенно земледелию. Все эти занятия требовали мира и мирных сношений, а потому религиозный фанатизм аравитян стал значительно ослабевать. При этих халифах род Багратуни, особенно разбогатевший после присвоения имущества нахараров, погибших в нахичеванской церкви, достиг большого значения. Халифы верили в преданность рода Багратуниев, окончательно уверовали, когда Заал Багратуни отправил в Багдад перса Бабана, восставшего против халифата и искавшего поддержки в Армении, но еще за год до того благоволение халифов к роду Багратуни уже возросло до такой степени, что владетель Таронской области Баграт Багратуни Остикан 835Баграт Багратуни был назначен остиканом Армении[3].
Нахарары, казалось, ждали только этого случая, чтобы начать свои бесконечные споры еще с большим против прежнего ожесточением и вместе с тем нарушить исполнение условий своей зависимости от аравитян. Назначение Абу-Саада 848Халиф Мутаваккел принужден был действовать против них оружием и для восстановления своей власти в Армении назначил остиканом Абу-Саада, прибывшего с войском. Смерть Абу-Саада 851Главною заботливостью Абу-Саада было схватить Баграта Багратиона и отправить его скованным к халифу. Этим страна не была усмирена и на следующий же год жители Тарона первыми подняли возмущение, сам Абу-Саад был убит, войска его разбежались. Но как только удалился внешний враг, армяне тотчас же принялись за кровавые счеты между собой. Их не умудрял, по-видимому, никакой опыт, и им готовился новый тяжелый урок.
В числе приближенных халифа находился полководец Буга́, родом турок. Жестокий до свирепости, злобный ненавистник христианства этот бывший невольник достиг высокого иерархического положения личным мужеством, искусством в ратном деле и постоянным выражением беспредельной преданности халифам. Ему теперь поручили усмирить Армению, пересылать пленных нахараров в халифат не иначе как в оковах и всеми мерами принуждать армян к принятию магометанства. Нашествие Буга́ 854Буга́ во главе огромной армии быстро занял Армению, Албанию, Грузию и там, где он проходил, страна обращалась в пустыню. Казни и грабежи, следы его шествия, продолжались до тех пор, пока наконец Буга́, обремененный добычей и пленными, не возвратился в Багдад, Назначение Шекхи 855оставив вместо себя одного из своих сподвижников, Шекхи.
Поход Буга́ был так опустошителен, что доходы халифата с Армении грозили полным упадком на следующие годы. Халифы перестали посылать свои войска в Армению, и управление ее частями передано было по их назначению армянским ишканам (князьям), нахарарам и некоторым эмирам, под главным надзором правителя Адербейджана. Первым таким правителем Армении из Адербейджана был Али-Армени, родом армянин.
Между армянскими ишканами, захваченными в поход Буга́, находился также Сёмбат Багратуни, Хостован (исповедник). Халиф, зная влияние, которым пользуется в Армении род Багратуни и имея в виду назначить ее правителем Сёмбата, настаивал на его обращении в магометанство, но этот ишкан предпочел смерть и был замучен. Мутавакелл переменил обращение и с тою же целью, найти расположение у сына замученного Сёмбата, Ашота Багратуни, осыпал его разными милостями. Ашот князь князей 859За Ашотом были оставлены области его отца, а дружелюбное отношение к Али-Армени доставило Ашоту особый титул князя князей. Первенству этому, быть может, и завидовали, если не все, то некоторые удельные владетели, но личные достоинства Ашота пользовались в стране такою известностью, что все нахарары признали это первенство, даже в смысле главенства. В то же время росло благоволение и нового халифа Мотамета к Ашоту. Сначала по ходатайству Ашота были возвращены все пленные, выведенные из Армении жестоким Буга́, Ашот I царь 885а позже халиф облек Ашота в достоинство царя и прислал ему в дар корону, богатые царские облачения и быстрых коней. Греческий император Василий Македонянин, видя возрастающее влияние Ашота I в халифате, заключил с ним дружественный договор, также прислал ему корону и назвал его своим «возлюбленным сыном».
Ашот I без особого труда подчинил себе некоторые северные племена горских народов и как нельзя лучше воспользовался дружбою греческого императора и халифа, двух недавних врагов Армении. Все его внимание было поглощено заботами о земледелии, торговле, улучшении путей сообщения, постройке новых городов и разведении садов. Мирное состояние Армении влекло к ней переселенцев со всех сторон, и край стал оживать в самое короткое время. Смерть Ашота I 889Но благоденствие страны было нарушено преждевременною смертью Ашота I от случайного падения во время одного из путешествий.
Из трех сыновей Ашота I старший, Сёмбат I Кахадак (Мученик), носивший при отце его прежний титул князя князей, усмирял на севере каких-то недовольных, когда до него дошла весть о внезапной смерти отца. Он так огорчился, что облекшись в траурные одежды, отказался от всяких развлечений и не хотел оставлять своего города Ерасхавора, несмотря на усиленные убеждения патриарха Георгия. Только опасные замыслы Аббаса, дяди Сёмбата I, принудили нового царя обратиться к деятельности. Скоро началась война и, по обычаю того времени, взаимным разорением земель, но патриарху удалось склонить обе стороны ко взаимной уступчивости. За свою покорность Аббас требовал уступки двух крепостей и получил их — мир состоялся. Тем не менее честолюбивый Аббас, ни в чем не походивший на своего умершего брата, царя Ашота I, завидуя высокому положению своего племянника, не сдержал клятвы, данной при заключении мира. Ему было известно неравенство своих сил и сил Сёмбата I, но он также знал отвращение Сёмбата I от усобиц вообще, еще более от усобиц между близкими родными. Уже охваченный со всех сторон войском Сёмбата I, он не переставал отвечать на предложение мира голосом победителя. И расчет Аббаса оказался верным — в обеспечение прежних условий мира ему были доставлены в качестве заложников: сын Сёмбата I, тоже Сёмбат по имени, и племянник Ашот, сын третьего брата, Шапуха.
Между тем, адербейджанский правитель Авешин доставил Сёмбату I в знак утверждения в сане корону от имени халифа. Успокоенный с этой стороны армянский царь желал таких же отношений и с греческим императором Львом VI, в котором он действительно приобрел союзника, отправив к нему почетное посольство с богатыми дарами. Авешин смотрел на все это завистливым глазом и, не желая усиления Сёмбата I, решился самовольно на нечаянное нападение. Выступивши в поход, он невдалеке от собственных границ встретил посланного с письмом к нему от Сёмбата I. Посланный этот передал, что у царя собрана сильная армия и находится в совершенной готовности принять бой. В письме же Сёмбат I упрекал Авешина за умысел против Армении и объяснил ему, что союз Армении с Грецией может оказать только большие услуги самому халифу. Удивленный неожиданностью Авешин поторопился обменом даров, и противники разошлись. Но происки Авешина не остались бесплодными. Некоторые удельные владетели уже ранее похода перестали вносить Сёмбату I следуемую дань, некоторые другие ее уменьшили. И теперь при его приближении к Дви́ну ворота крепости затворились по приказанию братьев-эмиров Магомета и Омайя, замешанным в происки Авешина. Время усмирения недовольных продолжалось два года, причем дви́нские эмиры попались в плен и в виде почетного дара были отправлены к греческому императору Льву VI. Этим обстоятельством не преминул воспользоваться Авешин. Отправив донесение к халифу о таком оскорблении его величия, сам он немедленно выступил против армянского царя, занятого еще неоконченным подчинением волновавшихся нахараров. Слухи о нежданном враге достигли Сёмбата I, когда Авешин уже вторгнулся в его владения и вновь поднимал против него удельных владетелей. Старания Сёмбата I примириться с Авешином оказались бесполезными, и патриарх Георгий, отправленный для личных увещаний адербейджанского остикана, был закован в цепи, — только впоследствии он был отпущен за большой выкуп. Борьба шла с переменным успехом, но Сёмбат I из осторожности отправил свое семейство, равно семейства многих верных князей и все свои сокровища, в неприступную крепость Карс. Авешин, пользуясь отвлечением Сёмбата I по обстоятельствам войны в другую сторону, прибег к подкупу царского домоправителя Гассана, обещая сохранить за жителями Карса не только жизнь, но и их имущество. И когда Сёмбат I возвратился к Карсу, то он нашел крепость уже во власти адербейджанского остикана. Утрата важного укрепленного пункта, сокровищ и плен собственного семейства заставили Сёмбата I, до сих пор имевшего перевес, начать с Авешином переговоры о мире. Авешин, не находя возможности лишить Сёмбата I престола, удовлетворился сохранением награбленного, но в подкрепление мирного договора требовал заложниками Ашота, сына царя, его племянника, сына Шапуха, по имени тоже Сёмбата, и в жены себе младшую племянницу царя, дочь Шапуха.
Мир не оказался прочным. Постоянным союзником Сёмбата I был преданный ему куропалат Иверии Адернерсег, которого Авешин не мог склонить на свою сторону и потому ненавидел. Но Сёмбат I, желая вознаградить Адернерсега именно за его неподкупность, возложил на него царский венец. Эту новость Авешин принял за оскорбление, а бегство заложников довело его раздражение до крайности. Смерть Авешина 902Борьба, начатая Авешином, прервалась на этот раз только с его смертью.
Между тем Сёмбат I, отправив к халифу Мохтафи посольство с дарами и с опровержением лживых обвинений, взведенных на него Авешином, просил избавить Армению от надзора адербейджанских остиканов. Халиф согласился с мнением, что распри Адербейджана с Арменией только ослабляют чувство преданности армянских царей к халифам, и утвердил независимость Сёмбата I. Тогда крайне этим недовольный преемник Авешина, его брат Юсуф, задумал отложиться от власти халифов, но при содействии Сёмбата I был приведен к покорности.
Юсуф поклялся мстить Сёмбату I и сдержал клятву. Для этой цели, прежде чем вступить с Сёмбатом I в открытую борьбу, он предварительно опутал его тайными договорами со всеми, у кого успел возбудить против него неудовольствие и, подготовив таким образом успех своему мщению, вторгнулся в Армению. Сёмбат I защищался лет пять, но, всеми оставленный, добровольно отдался в руки заклятого врага. Юсуф не умел быть великодушным. После годового томления в тюрьме Сёмбат I был подвергнут пыткам, обезглавлен в Дви́не, а его труп поднят для поруганий на высокий столб.
Ужасная судьба Сёмбата I не вразумила армян и тотчас же после его смерти они принялись за ожесточенные усобицы. Удельные князья дрались между собою, дрались против Юсуфа, дрались за него. Армения быстро превращалась в пустыню, чему также посодействовало вторжение кавказских горцев и варваров, живших в северных частях провинций Уди и Гугарк.
Ашот II 914Сын Сёмбата I, Ашот II Еркат (Железо), вместе с своим братом Аббасом долго не находили для прекращения этих ужасов ни войск, ни союзников. Ашот II носился по стране с такою ничтожною кучкою людей, которая скорее имела вид шайки разбойников. Но и при этом ему удалось разбить аравитян, засевших в Тифлисе, столице Грузии, за что в признательность грузинский царь возложил на него корону и провозгласил его армянским царем.
Между тем плодом затянувшихся без перерыва неурядиц явился повсеместный голод. Слухи о бедствиях армян, принуждаемых вдобавок аравитянами к принятию магометанства, возбудили соболезнование к ним у греческого императора Константина VII Багрянородного. Моления патриарха Иоанна VI (историка) и личное появление Ашота II в Константинополе доставили в Армению многочисленную греческую армию. С этою помощью Ашот II нанес аравитянам несколько поражений, Изгнание Юсуфа 921и Юсуф был вытеснен из Армении. Но, оставляя Армению, Юсуф в Дви́не объявил армянским царем двоюродного брата Ашота II, тоже по имени Ашота, сына Шапуха. Эти семена нового раздора взошли очень скоро. Железная рука Ашота II сдерживала порывы междоусобий, но они не совсем погасли и после признания им своего двоюродного брата царем дви́нским.
Армения представляла пустыню, поросшую сорными травами, покрытую развалинами городов, сел и гниющими трупами, торговли не существовало. Но некогда было Ашоту II заняться восстановлением жизни и гражданского процветания в своих владениях. Непримиримый враг Юсуф продолжал грозить из Адербейджана, а поджигаемые им ишканы постоянно волновались, так что Ашот II, избравший своею столицею крепкий город Ани, не смел оставлять постоянной готовности к отражению врага внешнего, к обузданию врага внутреннего. И только под конец своего царствования он был успокоен со стороны Адербейджана, потому что Юсуф за желание отложиться был прогнан халифом. Сам титул Юсуфа шахиншах (царь царей) перешел к его врагу Ашоту II[4].
Ашот II не оставил детей, и престол перешел к его брату Аббас II 928Аббасу II. В это царствование Армения стала довольно быстро возникать из развалин. Непродолжительная и успешная война Аббаса с абхазцами не остановила его забот о постройке городов, причем Карс был украшен великолепным собором, впоследствии обращенным в мечеть.
В это царствование власть халифов стала падать, и некоторые эмиры успели сделаться независимыми, в том числе эмиры дви́нский, адербейджанский, диарбекирский и другие.
Ашот III 952Преемник Аббаса, его сын Ашот III Огормоц (Милосердный), продолжал деятельность своего отца по внутреннему устройству страны. Любовь к мирным занятиям не мешала Ашоту Милосердному быть и хорошим полководцем. Один из эмиров, Гамптун, отказавшийся повиноваться халифу, разграбил Месопотамию и с теми же намерениями направился к границам Армении, но при встрече с Ашотом III потерпел совершенное поражение, взят был в плен и казнен в назидание другим эмирам.
Главенство Ашота III было признано не только удельными ишканами и арабскими эмирами, но также царями Грузии, Албании и Васпуракана. Своего брата Мушега Ашот III возвел в цари и отдал ему Карс в удел. Наступившее в Армении спокойствие, хотя и относительное, дало ей возможность оправиться с такою быстротою, что она без труда выставила десять тысяч вспомогательного войска своему союзнику Иоанну Цимийскому во время его похода в Малую Азию, где халифы уже были принуждены защищать собственную независимость от власти сельджукских турок.
Ашот III оставил трех сыновей. Сёмбат II 977Из них Сёмбат II и Какика I занимали последовательно один за другим армянский престол, а третий Гургин (Гариджан) сделался родоначальником династии, основавшей отдельную область, Армянскую Албанию.
Сёмбат II вступил на престол без всякого спора с кем-либо из родных или удельных владетелей. Вместе с престолом он унаследовал от двух своих предшественников любовь к постройке городов. Город Ани, огибаемый с двух сторон рекой Ахурианом (Арпа-чай), избран был столицею. Сёмбат II обвел этот город двойными стенами и украсил великолепными зданиями, среди которых особенно выделялись собор и царский дворец. Такие занятия хотя от времени до времени были прерываемы, но не были остановлены походами против оказавшего непокорность родного дяди, Мушега, царя карского, против эмира дви́нского и абхазцев.
Отдавая справедливость заслугам Сёмбата II, армянские историки укоряют его за женитьбу вопреки церковным постановлениям на дочери своей сестры.
По бездетности Сёмбата II престол перешел к его брату Какика I 989.Какике I, оставившему по себе память истинного покровителя просвещения, земледелия и торговли. Города Ани, Нахичевань, Багш (Битлис по-турецки) сделались богатыми складами товаров. Как сам Какика I, так и его жена Катратима, оба очень набожные, особенно покровительствовали духовенству и много жертвовали на постройку монастырей и устройство монастырских школ. Но, несмотря на миролюбие, Какика I принимал деятельное участие в войнах своего племянника Давида, царя лорийского[5], против эмиров, владевших уделами в Армении.
Со смертью Какики I кратковременное благополучие Армении опять подверглось колебаниям и упало. Вступление на престол Иоаннеса 1020Сын Какики I Иоаннес-Сёмбат не был одарен ни одним из достоинств своего отца, носившего титул шахиншаха. При его бесхарактерном правлении влияние царской власти на удельных владетелей стало заметно слабеть. Брат Иоаннеса, энергичный и храбрый Ашот Кадч (храбрый), не мог спокойно смотреть, в какие неумелые руки попала Армения. Он отказался признавать право первородства и, Раздел власти между Иоаннесом и Ашотом IV Кадч 102[?][6]пользуясь своими личными преимуществами, отнял у старшего брата всю южную Армению. Ссора же Иоаннеса с грузинским царем Георгием Багратуни окончилась пленом самого Иоаннеса, от которого он хотя избавился уступкою некоторых крепостей, но, возвратившись в Армению, уже окончательно утратил всю власть и принужден был искать помощи у греков.
В такое тяжелое время для Армении к ней приближался новый опасный враг: сельджукские турки.
Примечания
[править]- ↑ Имена остиканов до Ашота Багратуни, сделавшегося армянским царем: Абд-Аллах, Иезид, Кашем, Валид, Мохаммет, Абд-Аласиз, Мерван, армянин Сахак Багратуни, Сулейман, Бекир, Хасан, другой Иезид, Обайдулла, Хузима, Хул, Абу-Саад, Юсуф, Шекхи.
- ↑ Халифат впоследствии распался на несколько отдельных. В Европе образовался Испанский, в Африке — Египетский с династией Фатимидов, из которого образовались государства: Фец, Марокко, Тунис; в Азии тоже образовался особый халифат — Персидский или Газневадский, который при султане Махмуде (999—1031) распространился до реки Ганга.
- ↑ В это время род Багратуни владел несколькими армянскими областями и при помощи брачных союзов даже воцарился в Грузии.
- ↑ Иоанн VI (историк) был свидетелем царствований Сёмбата I и его сына Ашота II.
- ↑ Главным городом армянской Албании был город Лори или Гори. Давид лорийский прозван был Анхоган (Безземельный), потому что его владения беспрерывно были занимаемы неприятелями.
- ↑ Опечатка. Последняя цифра неразборчива. — Примечание редактора Викитеки.