Афронтенбург (Гейне; Михайлов)/ДО

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Афронтенбургъ
авторъ Генрихъ Гейне (1797—1856), пер. М. Л. Михайловъ (1829—1865)
Пѣсни Гейне въ переводѣ М. Л. Михайлова, 1858.
Думы.
Языкъ оригинала: нѣмецкій. Названіе въ оригиналѣ: Affrontenburg («Die Zeit verfließt, jedoch des Schloß…»). — Изъ сборника «Стихотворенія 1853 и 1854 годовъ». Опубл.: 1858[1]. Источникъ: Пѣсни Гейне въ переводѣ М. Л. Михайлова. — СПб.: Типографія Якова Трея, 1858. — С. 83—86.. Афронтенбург (Гейне; Михайлов)/ДО въ новой орѳографіи


Афронтенбургъ.


[83]

Проклятый за̀мокъ! образъ твой
Еще мелькаетъ предъ очами —
Съ своими мрачными стѣнами,
Съ своей запуганной толпой.

Надъ кровлей въ воздухѣ чернѣя,
Вертѣлся флюгеръ и скрипѣлъ,
И кто лишь ротъ раскрыть хотѣлъ,
На флюгеръ взглядывалъ, блѣднѣя.

Не начиналъ никто рѣчей,
10 Не справясь съ вѣтромъ: всякъ страшился,
Чтобъ не зафыркалъ, не озлился
Старикъ придирчивый Борей.


[84]

Кто былъ умнѣй, не молвилъ слова:
Онъ зналъ, что эхо въ за̀мкѣ томъ
15 Переиначить все готово
Своимъ фальшивымъ языкомъ.

Въ саду, средь зелени убогой,
Темнѣлъ гранитный водоемъ:
Онъ вѣчно былъ съ засохшимъ дномъ,
20 Хоть слезъ въ него катилось много.

Проклятый садъ! въ немъ нѣтъ угла,
Гдѣ бъ сердца злость не отравляла,
И гдѣ бы слезъ моихъ не пало,
Которымъ не было числа.

25 Не счесть и тяжкихъ оскорбленій!
Во всѣхъ углахъ я былъ язвимъ
То рѣчью, полной ухищреній,
То словомъ грубо-площаднымъ.

Подслушать мой позоръ обидный
30 И жаба черная ползла…
И злую рѣчь потомъ вела
Съ своею тетушкой ехидной.


[85]

И — вся ихъ грязная родня —
Лягушки, крысы узнавали,
35 Какъ безпощадно оскорбляли
И какъ позорили меня.

Алѣли розы, расцвѣтая,
Но рано свяла ихъ весна —
И, чѣмъ-то вдругъ отравлена́,
40 Поблекла жизнь ихъ молодая.

Съ тѣхъ поръ зачахъ и соловей,
Чья пѣснь лилась надъ соннымъ садомъ,
Лаская розъ во мглѣ ночей:
И онъ отра̀вленъ тѣмъ же ядомъ!

45 Проклятый садъ! проклятый! да!
Повсюду клеймы отверженья!
И въ ясный день тамъ иногда
Меня пугали привидѣнья.

Порой мелькалъ мнѣ чей-то ликъ —
50 Зеленый, злобой искажоный…
И слышалъ вопли я и стоны,
Послѣдній хрипъ, предсмертный крикъ.


[86]

Террасой къ морю садъ кончался:
Там о пяты крутой скалы
55 Хлестали буйные валы —
И валъ за валомъ сокрушался.

Скорбя, что воля хороша,
Стоялъ я часто тамъ. Синѣла
Морская даль. Во мнѣ душа
60 Рвалась и билась, и кипѣла…

Кипѣла, билась и рвалась
Она, какъ этотъ валъ мятежной,
Что мчится гордъ къ скалѣ прибрежной —
И вспять отходитъ, раздробясь.

65 О! сколько я судовъ крылатыхъ
Вдали сквозь слезы различалъ!
Меня изъ стѣнъ своихъ проклятыхъ
Проклятый за̀мокъ не пускалъ.




Примѣчанія.

  1. Впервые — въ книгѣ Пѣсни Гейне въ переводѣ М. Л. Михайлова. — СПб.: Типографія Якова Трея, 1858. — С. 83—86.; затѣмъ — въ Стихотворенія М. Л. Михайлова. — Берлинъ: Georg Stilke, 1862. — С. 179—182..