Жития святых по изложению свт. Димитрия Ростовского/Ноябрь/30

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Жития святых по изложению свт. Димитрия Ростовского — 30 ноября
Источник: Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней св. Димитрия Ростовского (репринт). — Киев: Свято-Успенская Киево-Печерская Лавра, 2004. — Т. III. Месяц ноябрь. — С. 807—829.


День тридцатый
[править]

Подвиги и страдания
святого Апостола
Андрея Первозванного
[править]

Святый Андрей, Первозванный Апостол Христов, сын одного еврея по имени Иона, брат святого верховного Апостола Петра, был родом из города Вифсаиды[1]. Презирая суеты сего мира и предпочитая девство супружеству, он не пожелал вступать в брак, но, услышав, что святый Предтеча Иоанн проповедует на Иордане[2] покаяние, оставил всё, пошел к нему и сделался его учеником. Когда святый Предтеча, указывая на проходившего мимо Иисуса Христа, произнес: «се Агнец Божий»[3], святый Андрей вместе с другим учеником Предтечи, которого считают за Евангелиста Иоанна, оставил Крестителя и последовал за Христом. Он нашел брата своего Симона (Петра) и сказал ему: «Мы нашли Мессию, именуемого Христа», и привел его к Иисусу[4]. После сего, когда он ловил, вместе с Петром, рыбу на берегу Галилейского моря[5], и Иисус воззвал к ним, говоря: «идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков»[6], — тогда Андрей, тотчас оставив, по зову Господню, сети, пошел, вместе с своим братом Петром, за Христом[7]. Андрей был назван Первозванным, потому что прежде всех Апостолов сделался последователем и учеником Иисуса Христа. Когда же, после вольных страданий Господа, по воскресении Его, святый Андрей принял, как и прочие Апостолы, Духа Святого, сшедшего на него в виде огненного языка[8], и когда были разделяемы страны, ему достались по жребию страны Вифинийские[9] и Пропонтидские[10], с Халкидоном[11] и Византиею[12], Фракиею[13] и Македонией[14], простирающиеся до самого Черного моря[15] и Дуная[16], а также — Фессалия[17], Еллада[18], Ахаия[19], Аминтин[20], Трапезунт[21], Ираклия[22] и Амастрида[23]. Святый Андрей прошел эти города и страны, проповедуя Христову веру, и в каждом городе принял много скорбей и страданий; подкрепляемый всесильной помощию Божией, он терпел все бедствия за Христа с услаждением. Более всего он претерпел мучений в городе, называемом Синоп[24]: здесь его бросали на землю и, взяв за руки и ноги, таскали, били поленьями, бросали в него камнями, вырывали у него пальцы и зубы; но он, благодатию своего Спасителя и Учителя, снова оказался здоровым и целым от ран. Отправившись оттуда, он проходил иные страны: Неокесарию[25], Самосаты[26], Аланы[27], страны Абасков[28], Зигов[29], Босфоринов[30]. Потом он отплыл во Фракийский город Византию[31], где он первый проповедал Христа, и, научив многих, поставил пресвитеров Церкви; во епископа Византии он рукоположил Стахия, о котором святый Апостол Павел упоминает в послании к Римлянам[32]. Сам же он, подъемля в благовествовании Христовом Апостольские болезни и труды, обходил Понт[33], побережье Черного моря, Скифию[34] и Херсонитов[35]. По Промышлению Божию, он дошел до реки Днепра[36], в Русской стране[37], и, пристав в Киевским горам[38], остановился на ночлег. Встав поутру от сна, он сказал бывшим при нем ученикам:

— Верьте мне, что на этих горах воссияет благодать Божия; великий город будет здесь, и Господь воздвигнет там много церквей и просветит Святым Крещением всю Русскую землю.

Взойдя на горы, святый благословил их и водрузил крест, предвозвещая принятие народом, обитавшим здесь, веры от своей Апостольской кафедры, основанной в Византии[39]. Пройдя и выше лежавшие русские города, — где расположен ныне великий Новгород[40], — посетив еще и Рим[41], он возвратился в греческую страну Эпир[42], и снова пришел во Фракию, утверждая христиан и поставляя им епископов и наставников. Пройдя многие страны, он достиг Пелопоннеса[43] и, войдя в Ахайский город, по имени Патры[44], остановился у одного почтенного мужа, по имени Сосия; он восставил его с одра болезни и после того обратил ко Христу весь этот город Патры. В то же время уверовала во Христа и жена местного правителя Егеата Антипата, по имени Максимилла, освободившись от тяжких оков недуга и получив скорое исцеление. И мудрый Стратоклий, брат Антипатов и многие иные, одержимые различными недугами, выздоровели чрез возложения рук Апостола. Тогда Егеат Антипат пришел в бешенство, и, схватив святого Апостола, пригвоздил его ко кресту, о чем пресвитеры и диаконы Ахайской страны написали так:

«Мы, все пресвитеры и диаконы церквей Ахаии, пишем о страдании святого Апостола Андрея, которое видели своими очами, всем церквам, — которые находятся на Востоке и на Западе, на Юге и на Севере. Мир вам и всем верующим во Единого Бога, в Троице совершенного, Истинного Отца Нерожденного, Истинного Сына Рожденного, Истинного Духа Святаго, исходящего от Отца и почивающего на Сыне; этой вере мы научились от святого Андрея, Апостола Иисуса Христа, страдание которого, непосредственно нами виденное, мы и описываем.

Егеат Антипат, придя в город Патры, начал принуждать верующих во Христа приносить жертвы идолам. Святый Андрей, зайдя ему на пути вперед, сказал:

— Тебе, судье людей, следовало бы познать своего Судию, сущего на Небесах, и, познав, поклониться Ему: поклонившись же Истинному Богу, следовало бы отвращаться от ложных богов.

Егеат сказал ему:

— Ты ли тот самый Андрей, который разрушает храмы богов и склоняет людей к той, появившейся недавно волшебной вере, которую римские цари повелели истребить?

Святый Апостол Андрей отвечал:

— Римские цари не познали того, что Сын Божий, снизойдя на землю ради спасения рода человеческого, с ясностию показал, что эти идолы не только не боги, но — нечистые бесы, враждебные человеческому роду, которые научают людей прогневлять Бога и отвращать Его от себя, чтобы Он не слышал их. Когда же Бог, прогневавшись, отвратится от людей, тогда бесы пленяют их в порабощение себе и до тех пор обольщают их, пока души их не выйдут из тела обнаженными[45], не имея с собою ничего другого, кроме грехов своих.

Егеат сказал:

— Когда ваш Иисус проповедывал эти бабьи и пустые слова, Иудеи пригвоздили Его ко кресту.

Андрей отвечал:

— О, если бы ты захотел познать Таинство Креста: как Создатель человеческого рода, по Своей любви к нам, добровольно претерпел страдания на Кресте, потому что Он и о времени Своих страданий знал, и о тридневном Своем воскресении пророчествовал и, сидя с нами на последней вечери, возвестил о Своем предателе, говоря о будущем, как о прошедшем, и добровольно пошел на то место, на котором имел быть предан в руки Иудеев.

— Удивляюсь тебе, — возразил Егеат, — что ты, будучи человеком мудрым, последуешь за Тем, Кого исповедуешь распятым на кресте — всё равно каким образом: добровольно или невольно[46].

Апостол отвечал:

— Велико Таинство Креста, — и если ты хочешь слышать, я скажу тебе.

— Это — не таинство, но казнь злодеев, — возразил Егеат.

Святый Андрей отвечал:

— Эта казнь — тайна человеческого обновления, только благоволи терпеливо выслушать меня.

— Выслушаю тебя терпеливо, — сказал судья, — но если ты не сделаешь того, что я приказываю, то понесешь на себе ту же тайну креста[47].

Апостол на это отвечал:

— Если бы я боялся крестной казни, то никогда не славил бы Креста.

Егеат сказал:

— Как ты хвалишь Крест по безумию своему, так не боишься смерти — по дерзости.

Апостол отвечал:

— Не боюсь смерти не по дерзости, но по вере, ибо честна смерть преподобных[48], для грешников же смерть люта. Я хочу, чтобы ты выслушал, что я скажу о Таинстве Креста, и, познав истину, уверовал; уверовав же, обрел свою душу[49].

Егеат сказал:

— Обретают[50] то, что погибло[51]. Неужели моя душа погибла, что ты велишь обрести ее верою, не знаю — какою?

Святый Андрей отвечал:

— Это — то, чему ты мог бы научиться от меня; я покажу тебе, в чем погибель человеческих душ, чтобы ты мог познать спасение их, совершившееся чрез Крест. Первый человек ввел смерть чрез древо преступления[52], и нужно было для человеческого рода, чтобы смерть была уничтожена чрез древо страдания[53]. И как первый человек, введший чрез древо преступления смерть, был создан из чистой земли, так надлежало, чтобы от чистой Девы родился Христос, совершенный человек, Который есть вместе и Сын Божий, создавший первого человека, дабы Он возвратил вновь вечную жизнь, потерянную всеми людьми: и как первый человек согрешил, простерши к древу познания добра и зла руки, так для спасения людей надлежало, чтобы Сын Божий простер на Кресте Свои руки за невоздержание человеческих рук и за сладкую пищу от запрещенного древа вкусил горькой желчи[54].

Егеат сказал на это:

— Говори эти речи тем, которые станут слушать тебя. Если же ты не послушаешься моего повеления, и если не захочешь принести жертвы богам, то, избив палками, я распну тебя на Кресте, который ты прославляешь.

Андрей отвечал:

— Я каждый день приношу Единому, Истинному и Всесильному Богу не дым кадила, не мясо волов, не кровь козлов, но непорочного Агнца, принесенного в жертву на алтаре крестном[55]. Все верующие люди причащаются Его Пречистого Тела и вкушают Кровь Его, однако Сей Агнец пребывает целым и живым, хотя и истинно закалается; истинно вкушают все Его Плоть и пьют Его Кровь, — однако, как говорю, Он всегда пребывает целым, непорочным и живым.

Егеат сказал:

— Как это может быть?

Андрей отвечал:

— Если хочешь узнать, будь учеником, чтобы научиться тому, о чем спрашиваешь.

Егеат сказал:

— Я выпытаю у тебя это учение муками.

Апостол отвечал:

— Удивляюсь я тому, что ты, будучи человеком мудрым, говоришь — как бессмысленный, ибо можешь ли узнать от меня тайны Божии, испытывая чрез мучения? Ты слышал о Таинстве Креста, слышал и о Таинстве Жертвы. Если уверуешь, что Христос, Сын Божий, распятый Иудеями, есть Истинный Бог, то я раскрою тебе, как Он, будучи умерщвлен, живет, и как, будучи принесен в жертву и вкушаем, пребывает целым во Царствии Своем.

Егеат сказал:

— Если Он умерщвлен и, как ты говоришь, употреблен людьми в пищу, то — как же Он может быть живым и целым?

— Если будешь веровать всем своим сердцем, — отвечал Апостол, — то можешь уразуметь сию тайну; если же не уверуешь, то никогда не постигнешь сей тайны.

Тогда Егеат, разгневавшись, повелел бросить Апостола в темницу.

Когда святый был ввергнут в темницу, к нему собралось из всей той страны много народу, который хотел убить Егеата, Андрея же освободить из темницы. Но святый Апостол удержал их, вразумляя и говоря:

— Не превращайте мира Господа нашего Иисуса Христа в диавольский мятеж; ибо Господь наш, будучи предан на смерть, показал всякое терпение, не прекословил, не вопиял, и не было слышно на улицах гласа Его; посему и вы молчите и будьте спокойны. Не только не делайте препятствий моему мученичеству, но сами, как добрые подвижники и воины Христовы, приготовляйтесь к тому, чтобы терпеливо понести на своем теле всевозможные истязания и раны. Если и нужно бояться мук, то — только таких, которые не имеют конца[56], устрашения же и угрозы человеческие — подобны дыму: явившись, они внезапно исчезают. И если бояться страданий, то надлежит бояться — тех, которые начинаются с тем, чтобы никогда не иметь конца[57]. Временные же страдания, если они незначительны, переносятся легко; если же они велики, то скоро, удалив из тела душу, сами окончатся. Но люты те страдания, которые вечны. Посему будьте готовы к тому, чтобы чрез временные скорби перейти к вечной радости, где будете веселиться, всегда процветать и всегда царствовать со Христом.

Поучая так людей, святый Андрей провел всю ночь. Поутру Егеат Антипат сел на судилище; послав, он призвал к себе святого Андрея и сказал ему:

— Решился ли ты оставить безумие и не проповедывать Христа, чтобы мог веселиться с нами в сей жизни, ибо великое безумие в том, чтобы добровольно идти на мучения и огонь?

Святый отвечал:

— Веселиться с тобой я буду в состоянии, когда ты уверуешь во Христа и отвергнешь идолов, ибо Христос послал меня в эту страну, в которой я немало приобрел Ему людей.

Егеат сказал:

— Я принуждаю тебя к жертвам для того, чтобы обольщенные тобою оставили суету твоего учения и принесли угодные богам жертвы, ибо нет города в Ахаии, в котором бы не опустели храмы богов; посему теперь нужно, чтобы чрез тебя честь их была восстановлена, — чтобы те, которые тобою прогневаны, тобою же были умолены, чтобы и самому тебе пребыть с нами в дружеской любви. Если же — нет, то за бесчестие их ты примешь различные мучения и будешь повешен на Кресте, который ты прославляешь.

Святый Андрей отвечал на это:

— Слушай, сын смерти, обреченный на вечные муки, послушай меня, слугу Господня и Апостола Иисуса Христа! До сих пор я беседовал с тобой кротко, желая научить тебя святой вере, чтобы ты, как имеющий разум, познал истину и, отвергши идолов, поклонился живущему на Небесах Богу. Но так как ты пребываешь в своем бесстыдстве и думаешь, что я боюсь твоих мучений, то изобрети против меня мучения самые тяжкие, какие знаешь, ибо тем угоднее я буду Царю моему, чем более тяжкие претерплю за Него мучения.

Тогда Егеат повелел растянуть его и бить. И когда бьющие его сменились, по трое, семь раз, святый был поднят и приведен к судье.

Судья сказал ему:

— Послушай меня, Андрей, и не проливай понапрасну своей крови, ибо, если не послушаешь меня, то распну тебя на кресте.

Святый Андрей отвечал:

— Я — раб Креста Христова и желаю крестной смерти. Ты же можешь избежать вечного мучения, если, испытав мое терпение, уверуешь во Христа, ибо я печалюсь о твоей погибели более, чем о своих страданиях: страдания мои окончатся в один, много — в два дня, твои же мучения и после тысячи лет не будут иметь конца; посему, не приумножай себе мучений и не распаляй для себя вечного огня.

Разгневанный Егеат повелел распять святого Андрея на Кресте, привязав ему руки и ноги: ибо он не хотел прибить его гвоздями, чтобы он не умер в скором времени и, вися привязанным, принял больше мучений.

Когда слуги мучителя вели его на распятие, собрался народ, восклицая:

— В чем согрешил человек праведный и друг Божий, за что его ведут на распятие?

Андрей же умолял народ, чтобы он не делал препятствий страданию его, и шел на мучения с веселием, не переставая учить. Когда он пришел на место, где имел быть распятым, то, издалека увидев приготовленный для него крест, воскликнул громким голосом:

— Радуйся, Крест, освященный Христовою плотию и украшенный членами Его, как маргаритами[58]! Пока не был распят на тебе Господь, страшен ты был для людей, теперь же тебя любят и с желанием принимают, ибо верующие знают, какое ты заключаешь в себе веселие, и какое уготовано за тебя воздаяние. С дерзновением и радостию я иду к тебе, ты же прими меня с веселием, ибо я — ученик Того, Который был повешен на тебе. Прими меня, так как я всегда любил и желал обнять тебя, о Честны́й Крест, получивший от членов Господних красоту и славное украшение, издавна желанный, горячо любимый, которого я непрестанно искал. Возьми меня из среды людей и отдай меня моему Учителю, чтобы чрез тебя принял меня Тот, Который искупил меня тобою.

Говоря это, он снимал с себя одежды и отдавал их мучителям. Они подняли его на крест, привязав руки и ноги веревками, распяли и повесили. Вокруг него стояло множество народа, около двадцати тысяч; между ними был и брат Егеата, по имени Стратоклий, который восклицал вместе с народом:

— Несправедливо страдает так святый муж!

Святый же Андрей укреплял веровавших во Христа и убеждал их терпеть временные мучения, уча, что никакое мучение ничего не стоит в сравнении с имеющим быть за него воздаянием.

Потом весь народ пошел к дому Егеата, восклицая и говоря:

— Не до́лжно так страдать человеку святому, честному, учителю доброму, благонравному, кроткому и премудрому, но до́лжно снять его со Креста, ибо он, вися второй день на Кресте, не перестает учить правде.

Тогда Егеат, убоявшись народа, тотчас пошел с ними, чтобы снять Андрея со Креста. Андрей, увидев Егеата, сказал:

— Зачем пришел ты, Егеат? Если хочешь уверовать во Христа, то откроется тебе, как я обещал, дверь благодати. Если же ты пришел только для того, чтобы снять меня со Креста, то я не желаю, пока жив, быть снятым со Креста, ибо я уже вижу моего Царя, уже поклоняюсь Ему, уже стою перед Ним, но страдаю за тебя, потому что тебя ожидает уготованная тебе вечная погибель. Позаботься о себе, пока можешь, чтобы не захотелось тебе начинать[59] тогда, когда будешь уже не в силах.

Когда слуги хотели отвязать его от Креста, то не могли прикоснуться к нему; множество и других людей, одни за другими, старались отвязать его, однако не могли, потому что руки их приходили в омертвение. После сего святый Андрей воскликнул громким голосом:

— Господи Иисусе Христе! Не попусти мне быть снятым со Креста, на котором я повешен за Имя Твое, но приими меня, Учитель мой, Которого я возлюбил, Которого познал, Которого исповедую, Которого желаю видеть, чрез Которого я стал тем, что есмь! Господи Иисусе Христе, приими дух мой с миром, ибо время уже мне придти к Тебе и зреть Тебя, так сильно желаемого мною! Приими меня, Учитель Благий, и не ранее повели мне быть сняту со Креста, как приимешь дух мой!

Когда он говорил это, его осиял свет с неба, как молния, на виду у всех, и блистал вокруг его, — так что для тленного человеческого ока невозможно было смотреть на него. Этот небесный свет сиял вокруг него с полчаса, и когда свет отступил, святый Апостол испустил дух и отошел в блистаниях света, чтобы предстать Господу. Веровавшая во Христа Максимилла, женщина знатного происхождения, целомудренной и святой жизни, узнав, что святый Андрей отошел к Господу, сняла с великою честию тело его и, помазав драгоценными ароматами, положила его в своем гробе, в котором имела быть похоронена сама. Егеат, разгневавшись на народ, замышлял отмстить ему и открыто казнить восставших на него, Максимиллу же он хотел оклеветать пред царем. Когда он помышлял об этом, внезапно напал на него бес и, мучимый им, Егеат умер посреди города. Когда сообщили об этом его брату Стратоклию, веровавшему во Христа, тот повелел предать его погребению, сам же не искал ничего из имений его, говоря:

— Не дай мне, Господи мой Иисусе Христе, чтобы я прикоснулся к чему-либо из сокровищ моего брата, чтобы не оскверниться грехом его, ибо он, любя суетное имущество, осмелился умертвить Апостола Господня.

Это было в последний день ноября, в Ахаии, в городе Патры, — где до сих пор, по молитвам Апостола, подаются людям многие благодеяния. Страх был на всех, и не было никого, кто не веровал бы в Спасителя нашего Бога, хотящего всех спасти и привести в познание Истины[60], Которому слава во веки веков, аминь».

По прошествии многих лет мощи сего святого Апостола Андрея были принесены мучеником Артемием в Константинополь, по повелению великого царя Константина[61], и положены вместе со святым Евангелистом Лукою и со святым Тимофеем, учеником святого Апостола Павла, в пресветлом апостольском храме, внутри Священного Жертвенника.

Молитвами Апостола Твоего, Христе Боже, верных Своих в Православии утверди, и спаси нас. Аминь.


Похвальное слово святому Апостолу Андрею Первозванному
святого Иоанна Златоустого

Крепка сеть Апостольского ловления[62], дивна память Андрея и дивно воспоминание сети, которую он употребил для ловления и для привлечения народов ко Христовой вере. Ибо невод, каким пользовались сии бессмертные мертвецы, никогда не может быть прорван забвением. Не придут со временем в ветхость те орудия ловли, которые соделаны не человеческим искусством, но Божиею благодатию. Хотя сами рыбари и ушли от нас, однако орудия, какими они пользовались, или невод, которым охватили самый мир, никогда не приходили в ветхость. Когда они забрасывают и вытаскивают сеть, то бывают невидимыми, однако сети их оказываются полны. Не трость они взяли[63], которая тлеет от времени, не льняные нитки, сгнивающие от ветхости, погрузили они в воду. Не крючок сделали они, который съедает ржавчина, не пищу[64] они положили на крючок, которою могли бы уловлять рыб. Не на камне они сидели[65], к которому прикасаются воды, не в лодке, которую разбивает волнение, они плыли. Не рыб, естество неразумное, они уловили; но как дивно то искусство, которое они употребили, так и орудия их были новы и необыкновенны. Ибо вместо трости они употребляют проповедь, вместо лесы — память, вместо крючка — силу[66], вместо приманки — чудеса, вместо камня — Небеса, с которых они производят такую ловлю; вместо лодки у них — алтарь, вместо рыб они уловляют и самих царей, вместо невода распространяют Евангелие; вместо искусства они прилагают Божественную благодать; вместо моря они управляют человеческой жизнию, вместо сети они привыкли пользоваться Крестом, как каким-либо неводом.

И кто видел когда-либо, чтобы мертвые рыбари уловляли живых людей, как рыб? О великая сила Распятого! О высочайшая красота Божественного достоинства! Ничего не может быть в жизни такого, как высота Апостольской благодати. Человеческая жизнь видела много поистине дивного и превышающего разум; ибо видела пролитую кровь вопиющую, и убийство, говорящее без языка, и естество, разделившееся, по зависти, с собою[67], видела брата, причиняющего смерть единоутробному брату, и дверь смерти, открытую чрез язву зависти. Видела этот ковчег Ноя непогруженным во время потопа мира и погибель человеческого рода. Видела старца, вооружившегося, по вере, против своей утробы, т. е. сына, и того, который не был умерщвлен, — приносимого как бы в жертву[68]. Видела благословение, полученное чрез кражу[69], и борьбу Создателя Бога с рабом[70]. Видела зависть, возникшую между братьями[71], и рабство, исходатайствовавшее царство[72]. Видела приготовленный чрез сновидения престол[73] и предателей брата, привлеченных голодом[74]. Видела жезл, творящий чудеса[75], и купину, покрытую огнем, как росой[76]. Видела законодателя Моисея, повелевающего стихиями[77]. Видела воды, сделанные твердыми подобно камню, глубокое море — обнаженным, путь — внезапно приготовленным[78] и столп облачный днем, огненный ночью, дарованный в вожди для множества людей[79]. Видела жезл, прозябший без земли[80]. Видела манну, вместо хлеба ниспосылаемую с Неба[81]. Видела солнце, остановленное человеческою молитвою, как бы некоторою уздою[82], и зачатие пророка, испрошенное молитвами неплодной[83]. Видела горсть муки, которая была больше житниц, и кувшин елея, который был обильнее источников[84]. Видела колесницу, носимую на воздухе, и пророка, восхищаемого (на ней)[85]. Видела потом, что кости мертвого были врачевством для жизни[86]. — Жизнь человеческая видела много такого великого и удивительного; но то миновало, как трава, и угасло, как светильник при восходе солнца. Никогда не было ничего такого, каковы были Апостолы. Они, будучи служителями Божия Слова[87], имели общение с воплощенным Тем, Кто, как Бог, не имеет образа[88]. Они последовали за ходящим Тем, Кто вездесущ[89]. Возлежали вместе с Тем, Кто не вмещается никаким местом. Слышали голос Того, Кто сотворил словом всё[90]. Они обняли языком, как бы некоторым неводом, самый мир. Они обошли во время своих путешествий концы земного круга. Они искоренили заблуждения — как куколь[91], порубили капища[92] — как какое-нибудь терние, истребили идолов — как диких зверей, прогнали демонов — как волков. Они соединили Церковь — как некоторое стадо, собрали православных — как пшеницу. Они исторгли ереси — как плевелы, иссушили жидовство — как траву, греческие изваяния пожгли огнем — как какие-либо растения. Они возделали человеческую природу Крестом — как плугом, и посеяли слово Божие — как некоторое семя. Наконец, все их действия просияли как некоторые звезды. Посему Господь ясно сказал им: вы есте свет миру[93]. Ибо восток для человека христианина — Тот, Кто родился от Девы. Утро для него — Тот, Кто положил начало Крещению. Сияние — благодать распятого Христа. Лучи — сии предивные языки[94]. День — сей будущий век. Полуденное время — то, в которое Господь был на самом Кресте. Запад — пребывание во гробе. Вечер — сия кратковременная смерть. Сияние солнца — Воскресение из мертвых. вы есте, сказал, свет миру. Смотри на сии звезды, и ужаснись сиянию их. Посему воспоминаемый ныне Андрей, когда нашел Господа всех, как некоторое сокровище света, восклицал, обращаясь к своему брату Петру:

— Мы нашли Мессию.

О, превосходство братней любви! О, противообращение порядка! — Андрей после Петра родился в жизнь, и первый привел Петра к Евангелию, и — как уловил его: «мы нашли, сказал, Мессию». От радости это было сказано, это было соединенное с веселием благовестие о найденном предмете. «Мы нашли, сказал, сие сокровище: избегай, Петр, нищеты обрезания[95], освободись от раздранных рубищ Закона[96], свергни с себя иго письмени[97], сочти это за нечто незначительное, пренебреги настоящим — как сновидением, и возгнушайся Вифсаиды — как некоторого дурного и отверженного места. Оставь сеть — как орудие нищеты, лодку — как обиталище во время потопа, рыбную ловлю — как ремесло, подлежащее морскому волнению, рыб — как товар для чревоугодия, народ иудейский — как превозношение пред Богом, Каиафу — как отца лукавого сборища. Мы нашли Мессию, Которого предвозвестили Пророки, Которого Закон провозгласил нам своим учением, как некоторою трубою. Мы нашли сокровище Закона. Избегай, Петр, глада письмен: мы нашли Мессию, Которого из древности предъизобразили знамения[98], Которого Михей видел на престоле славы[99], Которого Исаия зрел на серафимах[100], Которого Иезекииль видел на херувимах[101], Которого Даниил зрел на облаках[102], Которого Навуходоносор видел в той печи[103], Которого Авраам принял в шатер[104], Которого Иаков не отпустил, прежде чем не получил от Него благословения[105], Задняя Которого Моисей видел на камне[106] — Сего мы нашли, безначально рожденного и явившегося в последние дни»[107]. О великое сокровище, полнота которого не может быть исчерпана! Это — богатства, не подлежащие законам вещества, существо которых не знает начала и самое нахождение которых — ново. «Мы нашли Мессию, что значит: Христос». Много христов[108], но все они — смертные. Авраам был христос, но истлел во гробе; Исаак был также христос, но кости его лежат во гробе. Иаков был христос, но — смертный. И Моисей был христос, но был погребен, — в каком месте, не знаем. Подобно этому и Давид был христос, но все они были добычею смерти, все — пленниками смерти. Один Христос — истинно по природе Бог, но Который, по Своему милосердию к людям, запечатлел Своим исхождением девическое чрево, как некоторою печатию, и сих рыбарей источниками Своих исцелений. Его есть держава, Царство, слава и поклонение, с Непорочным и Единосущным, того же существа, Отцем, и Святым Духом, ныне и всегда, и во веки веков, аминь.

Тропарь Апостола, глас 4:

Яко Апостолов первозванный, и верховнаго сущий брат, Владыце всех, Андрее, молися, мир вселенней даровати, и душам нашым велию милость.

Кондак, глас 2:

Мужества тезоименитаго боголагольника, и церкве возследователя верховнаго, Петрова сродника восхвалим, зане якоже древле сему, и ныне нам воззва: приидите: обретохом желаемаго.

Память святого
Фрументия,
архиепископа Индийского
[править]

В конце царствования Константина Великого один любознательный тирский купец — христианин, по имени Меропий, отправился путешествовать в Индию[109] и другие страны по берегам Чермного моря. У Меропия были два племянника: Фрументий и Едессий, которых он взял с собою, желая познакомить и сих юношей с неизвестными им странами, иной природой, нравами и обычаями других народов.

Когда они плыли по морю, то неблагоприятным ветром и сильным волнением корабль их прибило к Ефиопии, населенной дикими варварами, которые и захватили в плен путешественников. Одних они убили, других потопили в море. Сам Меропий был убит, а его племянники Фрументий и Едессий оставлены были в живых и отправлены в город Авксум, в дар царю Ефиопскому. Царю понравились оба юноши, и он пожелал оставить их при дворе своем. По приказанию царскому, для обучения юношей, были приставлены особые надзиратели и учители, с тем, чтобы, после обучения, юношам можно было дать должности при дворе.

Будучи с детских лет просвещены Христовой верой, Фрументий и Едессий быстро возвысились по уму и образованию пред всеми, окружавшими царя, и вскоре сделались лицами сильными и влиятельными при дворе его.

Еще большей чести они удостоились по смерти царя, когда на престол Ефиопии вступил его малолетний сын Айзан. В воспитатели Айзана был избран Фрументий. Тогда Фрументий вместе с братом Едессием, имея большое влияние на всю страну, могли свободно исповедывать свою веру. В то время завязали торговые сношения с Ефиопией некоторые римские и греческие купцы, по большей части — христиане. Едессий и Фрументий знакомились с приезжавшими по торговым делам купцами и устраивали с ними богослужебные собрания, для которых они построили небольшую церковь. Вместе с тем и Ефиопляне мало-помалу знакомились от Фрументия и Едессия с христианскою верою и усвояли понемногу истины христианской веры и нравственности.

Между тем Айзан вырос. Тогда Едессий и Фрументий стали просить царя отпустить их на родину. Айзан, после некоторого колебания, позволил им оставить Ефиопию. Получив позволение, Фрументий и Едессий с первым же кораблем отплыли в Грецию. Едессий, прибыв в Грецию, отправился к себе на родину, в Тир, разыскивая своих родителей, чтобы с ними уже более не разлучаться до конца дней. Но не с тем же намерением оставлял Ефиопию Фрументий. Он успел привязаться к этой стране, которая, по устроению Божию, стала его второю родиною. Он желал пламенно, чтобы страна эта сделалась родственною ему и по вере. Поэтому Фрументий предпочел радостям родственного свидания высшую духовную радость, уневестив Христу новую Церковь Абиссинскую.

Вдохновляемый такими святыми мыслями, Фрументий направился вместо Тира в Александрию, где тогда был епископом святый Афанасий Великий, ревностный поборник Церкви Христовой. Придя к святому Афанасию, Фрументий подробно рассказал ему всё, что пришлось испытать ему с Едессием в Абиссинской стране, начиная с чудесного промышления о них в плену у варваров, жестоко истребивших Меропия и остальных с ними христиан. Он объяснил великому святителю, что эти варвары после уже не чуждались христиан и даже вникали в их жизнь и учение, и теперь легко могли бы быть просвещены светом Христовой Истины. Для сего почва уже подготовлена и страна сия жаждет, чтобы явился сеятель. Поэтому Фрументий горячо просил святителя теперь же послать в Ефиопию епископа и клир.

Выслушав это повествование Фрументия, святый Афанасий уразумел в судьбе сих братьев дивное промышление Божие, ради обращения ко Христу Ефиоплян. При этом его озарила мысль, что лучше всего поставить епископом в Ефиопию самого Фрументия, успевшего близко изучить нравы, обычаи и язык жителей той страны и заслужившего там почтение и любовь.

Тогда блаженный Афанасий сказал Фрументию:

— Кто же среди нас лучше тебя может разогнать мглу язычества и принести туда зарю божественного благовестия?

После этого Фрументий был рукоположен святым Афанасием во епископа и с Апостольскою ревностию отправился вновь в Ефиопию просвещать язычников. Прежде всего он стал убеждать самого царя Айзана принять Святое Крещение. Молодой царь, привыкший пользоваться советами Фрументия и в глубине души склонный принять веру своего учителя, с сердечной верой внимал проповеди его о Воскресшем и крестился во Имя Христово. За ним крестились и многие из приближенных царя. Господь удостоил сего равноапостольного угодника Своего дара чудотворений; святый Фрументий силою Имени Христова исцелял бесноватых и одержимых различными недугами. А тех, которые своими мудрованиями отрицали Христово учение и не хотели верить благовестию святого Фрументия, он предавал власти сатаны, да дух спасется, по Апостолу[110]; иных же из упорствующих поражал сухотою всего тела, а на других наводил ослепление очей. При таких внезапных грозных знамениях, происходивших по слову угодника Божия, даже упорные из язычников преклонялись пред ним и, исповедуя Христа Сына Божия, получали от Фрументия исцеление и были крещены.

Народ удивлялся силе благовестия проповедника, и сам царь невольно воскликнул:

— Столько лет ты с нами жил и мы не видали от тебя никакого чуда! Откуда же теперь дана такая благодать и притом в короткое время!?

Блаженный же Фрументий отвечал на это царю и всем окружавшим и близко знавшим его:

— Не мой это дар, честны́е други Христовы, но дар священства от Самого Господа Христа. Уже давно я видел ваше доброе намерение и расположение к принятию Христа. Поэтому, оставив свое отечество и пренебрегая родством, я, повинуясь гласу Господню, отправился в Александрию и поведал о вашей жажде духовной самому Великому Афанасию, священноначальнику церкви Александрийской. Он удостоил меня святого рукоположения и, просветив апостольскою благодатию, с молитвою и благословением послал к вам. Сей-то священный дар Божий, чрез меня, совершает среди вас, принявших с верою слово благовестия, те знамения, кои вы видите.

Положив, таким образом, начало Церкви Христовой в Ефиопии, святый Фрументий стал ревностно заботиться о внешнем и внутреннем ее благоустройстве. Он созидал по всей стране храмы для новообращенных и повсюду устроял Богослужение.

Вместе с тем он озаботился переводом Священного Писания на язык ефиопский.

После этого проповедь Евангелия распространялась в Ефиопии еще успешнее.

И так немалые годы пожил богоугодно святый Фрументий, утверждая верующих своим примером и словом в соблюдении заповедей Божиих, после чего мирно отошел ко Господу, около 360 года, оставив церковь Ефиопскую прочно устроенною[111]. От честных мощей святителя неоскудеваемо подавались различные исцеления всем с верою и мольбою прибегавшим к нему, во славу Истинного Христа Бога нашего. Аминь.

Примечания[править]

  1. Вифсаида — город на сев.-западном берегу Тивериадского озера, родина святых Апостолов: Петра, Андрея и Филиппа; его нужно отличать от Вифсаиды Юлии, на сев.-вост. берегу, близ которой было совершено чудо насыщения 5 тысяч 5-ью хлебами (Еванг. от Лук., гл. 9, ст. 10).
  2. Иордан — главная река в Св. Земле, протекающая вдоль ее, с севера на юг; она берет свое начало в отрогах Ливанских и Антиливанских гор и впадает в Мертвое море.
  3. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 36. Наименование Иисуса Христа Агнцем Божиим указывало на то, что Он воплотился для принесения Себя в жертву за род человеческий.
  4. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 41—42.
  5. Галилейское море, или озеро, называлось иначе Геннисаретским, или Тивериадским; оно находится в северной части Палестины (в Галилее), имеет в длину около 30 в., в ширину около 8 в., чрез него протекает р. Иордан.
  6. Еванг. от Матф., гл. 4, ст. 19.
  7. Еванг. от Матф., гл. 4, ст. 20.
  8. Кн. Деян. Ап., гл. 2, ст. 3.
  9. Вифиния — страна, лежавшая по берегам Черного моря, Босфора и Константинопольского пролива. С 75 г. до Р. Хр. она вошла в состав Римской империи и разделилась на две провинции, с главными городами: Бруссой (в древ. Прузиада) и Никомидией.
  10. Т. е. — страны, лежавшие по берегам Мраморного моря.
  11. Халкидон — город на Азиатском берегу Константинопольского пролива, ближе к Мраморному морю.
  12. Византия — близ входа в Костантинопольский пролив, на Европейском берегу. С 330 г. император святый Константин Великий сделал этот город столицей своего царства и дал ему свое имя (Константинополь). Ныне — столица Турции.
  13. Фракией называлась часть Балканского полуострова к северу от Македонии, Эгейского моря (Архипелаг) и Мраморного, где ныне следующие земли: восточная часть Венгрии, Трансильвания, Бессарабия, Молдавия, Валахия, Болгария, Сербия и восточные части Румелии.
  14. Страна к юго-западу от Фракии, по северо-западному берегу Эгейского моря.
  15. Часть Средиземного моря — между Балканским полуостровом и Кавказскими перешейком, южным краем России и северным берегом Малоазийского полуострова.
  16. Одна из величайших рек в Европе, берет начало в Средней части Европы, затем протекает чрез Австрию и по северной границе Балканского полуострова, с запада на восток, и впадает в Черное море.
  17. Фессалия — страна на западном берегу Эгейского моря, отделявшаяся на север от Македонии цепью Олимпийских гор.
  18. Еллада находилась в южной части Балканского полуострова, соединяющейся с ним Коринфским перешейком (ныне — Морея); на западе граничила с Ионическим морем, на востоке — с Ахаией и Аркадией.
  19. Ахаия — страна по южному берегу Коринфского залива.
  20. Имея в виду местоположение называемых далее городов, нужно думать, что здесь разумеется Аминс или Амия, на южном берегу Черного моря, в провянции Понт, между устьями рек Галиса и Ириса; ныне он называется Самсун.
  21. Город в провинции Понт, лежавшей по южному берегу Черного моря, между Пафлагонией и Арменией. Трапезунт находился при море, значительно восточнее Амиса.
  22. Было несколько городов с этим именем в разных местах. Здесь нужно разуметь Ираклию на южном берегу Черного моря, несколько западнее упоминаемой далее Амастриды.
  23. Город в Пафлагонии, лежавшей по южному берегу Черного моря, между Понтом и Вифинией, Амастрида — иначе Амастрис.
  24. Город, входивший первоначально в состав Пафлагонии, потом Понта; он лежал на южном берегу Черного моря, на узком перешейке, который соединяет с берегом образуемый здесь морем небольшой полуостров
  25. Город в Понте, где родился и около 240 г. был первым епископом св. Григорий Чудотворец.
  26. Самосаты, иначе: Семисат, Симасат — сирийский город при р. Евфрате, в верхней части ее.
  27. Аланы — страна, населенная Сарматским народом того же имени, находившаяся в нынешнем северном Кавказе, между Черным и Каспийским морем, ближе к последнему.
  28. Абаски — племя, жившее на запад от Аланов, ближе к Черному морю, и сообщившее название нынешней Абхазии.
  29. Зиги жили по берегу Черного моря, в непосредственном соседстве с Абасками, к северу от них.
  30. Здесь нужно разуметь Босфорское царство, на нынешнем Таврическом полуострове, близ Босфора Кимерийского (ныне Керченский пролив)
  31. Т. е. — переплыл чрез Черное море к Фракийскому Босфору, где находилась Византия (см. стр. 808, прим. 9-е).
  32. Посл. к Римл., гл. 16, ст. 9.
  33. См. прим. 1-е на на стр. 809. При Нероне (в I в.) Понт был обращен в римскую провинцию и разделен на три части: Галатийский, Полемонийский и Каппадокийский.
  34. Скифией назывались земли, лежавшие частию на Юге теперешней России, частию вокруг Каспийского моря. Точные границы Скифии на севере и востоке были неизвестны древним.
  35. Наименование Херсонес прилагалось в древности ко многим местам. Здесь нужно разуметь народы, населявшие Таврический Херсонес (нынешний Крым).
  36. Протекает по югу теперешней России и впадает в Черное море.
  37. Это наименование, происшедшее от славянского племени Русь.
  38. Т. е. — поднялся вверх по Днепру до некоторого гористого места, на котором потом возник город Киев.
  39. Пророчество это исполнилось: Русские приняли Крещение от Греков и просвещены были церковными учителями, присланными из Константинополя.
  40. Один из древнейших русских городов, на р. Волхове. Указывается предел движения Апостола на север от Киева.
  41. Столица древнего Римского царства и нынешнего Итальянского королевства, при р. Тибре.
  42. Эпир — греческая область по берегу Ионического моря, простиравшаяся на восток от горной цепи Пинда.
  43. Нынешняя Морея, соединяющаяся с Балканским полуостровом Коринфским перешейком.
  44. Иначе Патрас — город при входе в Коринфский залив.
  45. Т. е. — не имеющими за собой добрых дел.
  46. Казнь чрез распятие считалась самою позорною; ей подвергались только рабы и вообще самые презренные и преступные люди.
  47. Т. е. — будешь распят.
  48. Т. е. — людей праведных, угодивших Богу.
  49. Т. е. — спасение душевное. Образ речи заимствован из Еванг. от Матф., гл. 16, ст. 25—26.
  50. Иначе: находят.
  51. Иначе: потеряно, пропало.
  52. Разумеется древо познания добра и зла (Кн. Быт., гл. 2, ст. 16—17); называется оно так потому, что, вкусив от запрещенных Богом плодов этого дерева, человек совершил преступление.
  53. Разумеется древо крестное, на котором Христос пострадал и умер, смертию (Своею) смерть поправ.
  54. Сок одного растения, чрезвычайно горький на вкус и производящий одуряющее действие. Желчь, смешанную с уксусом, во исполнение пророчества (Пс. 68, ст. 22), давали пить распятому на Кресте Господу (Еванг. от Матф., гл. 27, ст. 34—48).
  55. Т. е. — на Жертвеннике, основанном на силе искупительных крестных страданий Господа.
  56. Т. е. — осуждения на Страшном Суде.
  57. Т. е. — вечных мучений грешников в аду.
  58. Смысл сравнения в том, что маргариты — очень красивые цветы.
  59. Т. е. — обращение ко Христу; когда будешь не в силах — пред самою смертию, при наступления смерти.
  60. Выражение заимствовано из 1 Посл. к Тимоф., гл. 2, ст. 4.
  61. Разумеется св. Константин Великий (324—337 гг.), впервые сделавший христианство господствующей верой в Римской империи.
  62. Под ловлением разумеется привлечение свв. Апостолами людей к вере во Христа.
  63. Под тростию здесь нужно разуметь удилище.
  64. Пища — приманка, надеваемая на крючок при ужении рыбы (червь, насекомое, кусочек хлеба и т. п.).
  65. Рыболов с удочкой садится обыкновенно на каком-нибудь камне, на берегу реки, близ воды.
  66. Т. е. — благодатную.
  67. Т. е. — восставшее против самого себя (образ речи заимствован из Еванг. от Матф., гл. 12, ст. 25—26). Здесь разумеется убиение Каином своего брата Авеля по зависти (Кн. Быт., гл. 4); в братоубийстве человеческая природа совершила преступление против самой себя.
  68. Разумеется подвиг веры Авраама — принесение им, по слову Божию, в жертву своего сына Исаака (Кн. Быт., гл. 22).
  69. Разумеется благословение первенства, принадлежавшее по рождению Исаву, но полученное, при посредстве обмана, Иаковом (Кн. Быт., гл. 27).
  70. Разумеется явление Бога патриарху Иакову в виде Таинственного Борца, для ободрения его в виду предстоявшей встречи с братом Исавом (Кн. Быт., гл. 32, ст. 24—32).
  71. Разумеется зависть к Иосифу старших братьев его из-за преимущественной любви к нему отца (Кн. Быт., гл. 37, ст. 4 и дал.).
  72. Разумеется пребывание Иосифа в Египетском рабстве, в конце которого он возвысился до звания высшего царедворца — первого, после фараона, лица в царстве (Кн. Быт., гл. 39—41).
  73. Иосиф возвысился в Египте чрез истолкование, по особому откровению Божию, снов фараона (Кн. Быт., гл. 41).
  74. Братья Иосифа приходили в Египет из земли Ханаанской, для покупки хлеба (Кн. Быт., гл. 42 и 43).
  75. Жезл Моисея, который, особою силою Божиею, то обращался в змия, то возвращался к прежнему виду (Кн. Исх., гл. 4, ст. 1—5).
  76. Купина — терновый куст.
  77. Разумеются казни Египетские (Кн. Исх., гл. 7—12).
  78. Разумеется чудесный переход евреев чрез Чермное море (Кн. Исх., гл. 14).
  79. Столп огненный и облачный, шедший впереди Евреев во время их странствования, указывал им путь (Кн. Исх., гл. 13, ст. 21—22).
  80. Жезл Аарона, чудесно прозябший в скинии в одну ночь, в знак Богоучрежденности священства Аарона (Кн. Числ., гл. 17).
  81. Кн. Исх., гл. 16.
  82. Молитвою Иисуса Навина, желавшего удлинить день для окончательного поражения Хананеев (Кн. Иис. Нав., гл. 10).
  83. Зачатие прор. Самуила (Самуил означ. «испрошенный у Бога») по молитвам бесплодной ранее его матери Анны (1 Кн. Царств, гл. 1).
  84. У Сарептской вдовицы, по слову прор. Илии (3 Кн. Царств, гл. 17, ст. 10—16).
  85. Разумеется взятие пр. Илии в огненной колеснице живым на Небо (4 Кн. Царств, гл. 2).
  86. Разумеется воскресение мертвеца чрез прикосновение к костям умершего ранее прор. Елисея (4 Кн. Царств, гл. 13, ст. 20—21).
  87. Так называется в Св. Писании Иисус Христос (Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 1—14; Апок., гл. 19, ст. 13; Еванг. от Иоан., гл. 5, ст. 7). Основание такого наименования главным образом в том, что Иисус Христос сказал людям волю Божию (Еванг. от Иоан., гл. 15, ст. 16).
  88. Т. е. — с Иисусом Христом, Божественная природа Которого непостижима и неизобразима.
  89. По Божеству.
  90. См. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 3. Псал. 32, ст. 6.
  91. Сорная трава, встречающаяся на окраинах полей и между хлебными растениями (Кн. Иов., гл. 31, ст. 40).
  92. Капищами назывались собственно языческие храмы, где стояли идолы. Но так как язычники любили строить их в тенистых рощах и лесах, то здесь ближайшим образом разумеются эти священные рощи.
  93. Еванг. от Матф., гл. 5, ст. 14.
  94. Т. е. — воссиявшие над Апостолами в день св. Пятидесятницы (Кн. Деян. св. Апост., гл. 2).
  95. Т. е. — помни, что ветхозаветное обрезание само по себе не может дать спасения человеку.
  96. Рубища Закона — ветхозаветный Закон, изветшавший с пришествием Христа, т. е. утративший прежнее значение.
  97. Иго письмени — т. е. постановления и предписания Закона Моисеева, представлявшие из себя тяжелое иго для человека, в особенности потому, что Закон не давал ему никаких благодатных сил для исполнения их, подобно тому как, напр., такие силы подаются в христианстве (2 Посл. Петр., гл. 1, ст. 3), называемому посему, игом благим и бременем легким (Еванг. от Матф., гл. 11, ст. 30). При такой тяжести ига писанного Закона, он, однако, не давал человеку радостного сознания спасения чрез него, не удовлетворял духовного глада человека (почему далее и говорится о гладе письмени).
  98. Разумеются ветхозаветные прообразы, с большею или меньшею ясностию указывавшие на Христа, наприм., принесение Авраамом Исаака в жертву, явление Моисею неопалимой Купины, пасхальный Агнец, столп облачный и огненный, манна, прозябший жезл Аарона, медный змий, трехдневное пребывание прор. Ионы во чреве китовом и т. п.
  99. Кн. Прор. Мих., гл. 4, ст. 1—3.
  100. Кн. Прор. Исаии, гл. 6, ст. 1—3.
  101. Кн. Прор. Иезек., гл. 1.
  102. Кн. Прор. Дан., гл. 7, ст. 13—14.
  103. Кн. Прор. Дан., гл. 3, ст. 92.
  104. Кн. Быт., гл. 18.
  105. Кн. Быт., гл. 32, ст. 24—32.
  106. Моисей пожелал видеть славу Божию. Но Господь сказал ему, что он не может видеть Лица Божия; затем поставил его в расселине скалы, покрыв Пророка десницей Своею, и, когда прошел мимо, отнял ее; и Моисей увидел задняя Божия, т. е. — увидел Бога под каким-либо внешним образом или символом (Кн. Исх., гл. 33, ст. 18—23 и дал.).
  107. Обычное в Ветхом Завете обозначение времени пришествия Иисуса Христа (Кн. Числ., гл. 24, ст. 14; Кн. Исх., гл. 2, ст. 2; Кн. Прор. Мих., гл. 4, ст. 1 и мн. др.).
  108. Слово христос употреблено здесь в общем смысле лица помазанного, т. е. призванного Богом к особому служению.
  109. Под Индией здесь разумеются вообще страны, лежащие по берегам Чермного моря и Индийского океана. Под этим общим названием разумелись: Ефиопская, Арабская и Браминская Индия. Поэтому в Прологе святый Фрументий назван архиепископом Индийским, будучи просветителем Индии собственно Ефиопской, раположенной на юг от Египта. Точнее это теперь Нубия и Абиссиния.
  110. Т. е. церковному отлучению (1 Посл. к Коринф., гл. 5, ст. 5).
  111. Нынешняя Абиссиния, составляя часть древней Ефиопии, является таким образом преемницей веры Христианской, принесенной туда святым Фрументием. Абиссинская церковь находилась в тесной связи с Церковию Александрийскою, Патриарху которой подчинен был Абиссинский епископ. Поэтому во время арианских смут и споров, она, верная преданиям святого Афанасия Великого, оставалась Православною, несмотря на то, что, приверженный к арианскому учению, император Констанций употреблял различные средства для распространения арианства среди абиссинцев. Но вследствие той же связи с Церковию Александрийскою Абиссинская Церковь, в V веке, вместе с нею уклонилась в монофизитскую ересь, во всем остальном вероучении и богослужении оставаясь верною православному учению.