Жития святых по изложению свт. Димитрия Ростовского/Октябрь/1

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Жития святых по изложению свт. Димитрия Ростовского — 1 октября
Источник: Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней св. Димитрия Ростовского (репринт). — Киев: Свято-Успенская Киево-Печерская Лавра, 2004. — Т. II. Месяц октябрь. — С. 5—36.


День первый
[править]

Слово
на
Покров Пресвятыя Богородицы
[править]

В последние тяжкие времена, когда, с умножением грехов наших, увеличились наши бедствия — во исполнение слов святого Апостола Павла: беды от разбойник, беды от сродник, беды от язык, беды во градех, беды в пустыни, беды в мори, беды во лжебратии[1]; когда во исполнение слов Самого Господа восстает народ на народ, и царство на царство, и наступают глады, моры и землетрясения по местам[2], когда теснят нас нашествия иноплеменников, междоусобные войны и смертоносные раны, — Пречистая и Преблагословенная Дева Мария, Матерь Господня, подает нам в защиту Свой Покров, чтобы освободить нас от всяких бедствий, чтобы защитить нас от глада, мора и землетрясения, спасти от войн и ран и сохранить нас невредимыми под Своим Покровом. Знамение сего явилось в царственном городе Константинополе, в правление благочестивого царя Льва Мудрого[3], в преславной церкви Пресвятой Богородицы, что во Влахернах[4]. Там во время совершения всенощного бдения, в день воскресный, первого числа октября месяца[5], в четвертом часу ночи, в присутствии многочисленного народа, святый Андрей, Христа ради юродивый[6], возвел очи свои вверх и увидел Царицу Небесную, Покровительницу всего мира, Пресвятую Деву Богородицу, стоящую на воздухе и молящуюся, сияющую солнечным светом и покрывающую людей Своим честным омофором. Видя то, святый Андрей сказал ученику своему, блаженному Епифанию[7]:

— Видишь ли, брат, Царицу и Госпожу всех, молящуюся о всем мире?

Епифаний ответил:

— Вижу, святый отче, и ужасаюсь[8].

Как некогда святый Иоанн Богослов видел на небе великое знамение — жену, облеченную в солнце, так и святый Андрей, во Влахернской церкви, подобной небу, увидел Невесту Неневестную, одетую в солнечную порфиру. Знамение, виденное Иоанном Богословом, прообразовало Премилосердную Покровительницу нашу, так как таковое же знамение явилось в то время, когда была открыта тайновидцу угрожавшая всей твари гибель: «и быша, — говорит он, — блистания и гласи, и громи, и трус и град велик, и знамение велие явися на небеси, жена, облечена в солнце»[9]. Почему же сие знамение, прообразовавшее Пречистую Деву, не являлось раньше молний, громов, голосов, землетрясения и града, когда еще все стихии были спокойны, но во время самого страшного смятения на небе и на земле? Для того, чтобы показать, что Преблагая Защитница наша поспешает к нам на помощь в самое тяжкое время, при наступлении для нас гибели, и защищает нас от блеска обольстительной, недолго сияющей, мирской суеты, от голосов житейской гордости и тщеславия, от громов внезапного нападения врагов, от бури страстей и от града свыше угрожающей нам казни за грехи. Ибо, когда все эти бедствия теснят нас, тотчас, подобно великому знамению, является скорая роду христианскому Помощница, охраняя и покрывая нас невидимым предстательством. Таковое знамение дал Господь боящимся Его еже убежати от лица лука[10]; ибо в сем мире мы поставлены как бы целью для стреляния. Стрелы летят на нас со всех сторон: одни от оружия врагов видимых, поспешно напрягающих лук свой и похваляющихся пред нами в своей гордости; другие из лука врагов невидимых, чтобы мы со скорбию сознались, что не можем выносить бесовских стрел; иные — от нашей плоти, противоборствующей духу; иные — от лука праведного гнева Божия и грозы наказания, как о сем святый Давид говорит: аще не обратитеся, оружие Свое очистит, лук Свой напряже и уготова и: и в нем уготова сосуды смертныя, стрелы Своя сгараемым содела[11]. Дабы мы не были смертельно уязвлены всеми этими стрелами и могли избежать опасности, дано нам знамение, — Покров Пречистой и Преблагословенной Девы. Покрываемые, как щитом, Ея Покровом, мы остаемся невредимыми от стрел. Ибо наша Защитница имеет тысячу щитов для нашей охраны, как о сем говорит ей Дух Святый: яко столп Давидов выя твоя: тысяща щитов висит на нем, вся стрелы сильных[12].

Некогда Давид создал свой, прекрасный и высочайший, столп между Сионом, стоящим на высокой горе, и расположенным ниже Иерусалимом, называвшимся дщерью Сиона[13]. И был тот столп между ними, как бы шея между телом и головою, ибо он своею высотою превосходил Иерусалим и достигал до Сиона. На том столпе были повешены щиты и все оружия, необходимые для войны и защиты Иерусалима. Дух Святый уподобляет Пречистую Деву сему столпу Давидову: ибо Она, будучи дщерью Давидовой, является посредницей между Христом, Главою Церкви, и верующими, кои составляют тело Церкви; Она превосходит Церковь, потому что поистине выше всех ее членов, но Она досягает и до Христа, как давшая Ему плоть. Она является посредницей и ныне, когда стала на воздухе между Небом и землею, между Богом и людьми, между Подвигоположником — Христом и воинствующею Церковью, подобно Давидову столпу между Сионом и Иерусалимом, увешанному крепкими щитами. Щиты сии означают всесильные Ея молитвы за нас к Богу, слышанные достойными во время видения Ея честного Покрова. Она молилась с умилением, как Матерь к Своему Сыну и Творцу, произнося во время молитвы следующие, исполненные Божественного милосердия и любви, слова:

— Царю Небесный! Приими всякого человека, прославляющего Тебя и призывающего Пресвятое Имя Твое на всяком месте, — и где есть память о имени Моем, то место освяти; прославь прославляющих Тебя и с любовию почитающих Меня, Твою Матерь, принимая от них всякую молитву и благочестивые обеты и избавляя их от всяких зол и бедствий.

Таковые Ея молитвы не суть ли щиты, защищающие воинствующую Церковь? Воистину они — несокрушимые щиты, при помощи коих мы можем угасить все огненные стрелы[14].

Святый Амвросий о столпе Давидовом говорит[15], что он был создан с двоякою целью: для защиты города и для украшения его. «Давид, — говорит Амвросий, — создал столп, для защиты и украшения города: защитою он был, потому что со столпа можно издали видеть врага и прогнать его от города, украшением — потому что он превосходил своею высотою все высокие здания Иерусалима». Не напрасно, посему, уподоблена столпу наша Покровительница, Которая для нас есть твердый столп пред лицем врагов: поистине Она защищает нас и украшает. Защищает, когда далеко прогоняет от нас видимых и невидимых врагов, когда освобождает пленных от уз, когда избавляет мучимых нечистыми духами, когда утешает скорбящих, является заступницею обижаемых и тихою пристанью для гонимых бурею, когда питает алчущих и посещает больных. Она украшает нас, покрывая пред Богом постыдную наготу нашей жизни Своими высочайшими заслугами, как драгоценнейшими одеждами, и премногою благодатию, как неистощимым сокровищем, восполняя нашу скудость, делает нас благоугодными пред очами Господними. Она украшает, когда покрывает нас, не имеющих брачного одеяния, Своею ризою, и делает как бы невидимою для Всевидящего Ока постыдную наготу нашу душевную, которая искони была прообразуема землею невидимою и неустроенною, покрытою водами[16]. Земля неустроенная и пустынная была прообразом грешной души, утратившей свою духовную красоту, лишенной добрых дел и чуждой благодати Божией. Воды же, покрывавшие неустроенную землю, прообразовали милосердие Богородицы, неисчерпаемое как море, и, подобно многоводным рекам, на всех изливающееся и всех покрывающее. Когда Дух Божий носился над водами, то носился и над землею, скрытой под водами и не украшенной, как бы не видя ее неблагообразия. Сие таинственно прообразовало, что и душа, покрываемая премилостивым Покровом Девы Богородицы, если и не будет украшена добродетелями, не лишится благодати Святого Духа, ибо Покров Пресвятыя Богородицы покроет ее неблагообразие, как вода покрывала неустроенную землю, а равно украсит ее благолепием своей благодати и привлечет к ней Святого Духа. Пречистая Дева украшает нас, когда грешных делает праведными, а нечистых чистыми, как о сем говорит блаженный Анастасий Синаит[17]: «чародеев Она делает апостолами и мытарей Евангелистами, а блудных — достойными большего почета, нежели дев. Так, Марию Египетскую[18], бывшую некогда блудницею, Она сделала ныне почетнейшею многих дев; та, которая прежде была омраченной и нечистой, ныне сияет, как солнце, в царстве Христовом — по заступничеству Пречистой Девы Марии, пребывающей покровом и украшением для всех, прибегающих к Ней. Украшает Она и весь духовный Иерусалим, или Христову Церковь, которая так воспевает в нынешний день: «О, чудное украшение всем верным еси, пророческое сбытие, Апостолом слава и мучеником удобрение, девству похвало и всему миру предивный покров»[19].

На столпе Давидовом вместе со щитами были стрелы защитников страны: и Пречистая Дева, сей одушевленный столп, также имеет при Себе стрелы сильных, т. е. молитвы святых, молящихся с Нею. Ибо не Одна Она явилась во храме стоящею на воздухе, но с Ангельскими Воинствами и со множеством святых, благоговейно окружавших Ее в белых одеждах. Молитвы за нас всех сих святых суть как бы стрелы сильных, могущие прогнать все полчища врага нашего — диавола. Пречистая Госпожа Богородица знает, что наша жизнь на земле есть война: воюет против нас враг со всеми своими силами; он воздвигнул против нас свои полчища и окружил нас своими легионами по слову Псалмопевца: «Обыдоша нас пси мнози, сонм лукавых одержаша нас[20]; отверзоша на нас уста своя, яко лев восхищаяй и рыкаяй»[21]. Потому-то Небесная Царица, восхотевши помочь нам, воздвигла на врага нашего все Силы Небесные, призвала Пророков и Апостолов, собрала мучеников и девственников, соединила преподобных и праведных, и явилась с ними оказать нам помощь, окружить нас сильным воинством и подать нам победу на врагов: «Тою бо воздвижутся победы, Тою ниспадают врази»[22]. Она пришла с Ангельскими Воинствами, ибо Она была предувиденной Иаковом лествицей[23], которую окружает множество Ангелов. Вспоминая здесь лествицу Иакова, кто-нибудь мог бы удивиться: почему Ангелы не оставались на ней неподвижно, но непрерывно восходили и нисходили. Уразумевши же, что та лестница была прообразом Девы Марии, по слову церковной песни: «радуйся мосте, к небесем преводяй, и лествице высокая, юже Иаков виде»[24], — он поймет, почему Ангелы не оставались на лестнице неподвижными. Ибо в молитвах неусыпающая Богородица[25] повелевает Ангелам вместе с Нею непрестанно помогать людям: восходя к Богу, возносить молитвы людей, а нисходя — приносить им от Бога помощь и благодеяния. Та же Лествица и ныне низвела с Собою множество Ангелов с Небес, принося нам свыше покровительство и защиту. Она пришла с Ангелами, чтобы заповедать им — сохранити нас на всех путех наших; Она привела с собою сонмы всех святых, чтобы, совершивши за нас совместное моление, совместно принести и наши грешные молитвы к Сыну Своему и Богу нашему. Между всеми святыми, явившимися во храме с Пречистою Девою, были два избраннейшие: святый Иоанн Предтеча, коего болий не воста в рожденных женами[26], и святый Иоанн Богослов, егоже любляше Иисус, иже и возлеже на вечери на перси Его[27]. Их обоих, как имеющих великое дерзновение пред Богом, наша Молитвенница воздвигла с Собою, чтобы вместе с ними скорее преклонить Бога на милость: много бо может молитва праведнаго поспешествуема[28]. И стала Пречистая Дева между двумя девственниками, как бы Кивотом между двумя Херувимами[29], как престол Господа Саваофа между Серафимами, как Моисей с простертыми дланями между Аароном и Ором; тогда пал адский Амалик со всем темным царством и с силою своею[30].

Итак, мы празднуем Покров Пресвятыя Богородицы Девы, воспоминая Ея преславное явление во Влахернском храме, виденное святым Андреем и Епифанием. Мы празднуем, вознося благодарение Покровительнице нашей за столь великое милосердие Ея, явленное роду христианскому, и прилежно молим Ее, дабы Она и ныне и всегда милостиво покровительствовала нам, ищущим Ея покрова. Молим потому, что без Ея покрова, нам, постоянно прогневляющим Бога, невозможно было бы жить. Многократно согрешая, мы подпадаем и многим наказаниям по слову Псалмопевца: «многи раны грешному»[31]. Мы погибли бы уже за свои беззакония, если бы за нас не предстательствовала премилостивая Владычица: аще бо не бы предстояла молящи сия Предстательница: кто бы нас избавил от толиких бед, кто же бы сохранил доныне свободны[32]. Пророк Исаия советует иудеям: «укрыйтеся мало елико елико, дондеже мимоидет гнев Господень»[33]. Но где можно укрыться от гнева Господня? Во время страданий мы нигде не нашли покрова для защиты, кроме единой Владычицы мира, Которая говорит о Себе устами Духа Святого, что Она, яко мгла покрых землю[34]. Подлинно, мы укрываемся под покровом Той, Которая, как облако, покрыла землю. Но почему же, о пречестнейшая Дева Богородице, Ты уподобляешь Себя столь недостойной вещи — облаку? Разве у Тебя нет для уподобления солнца, луны и звезд, тем более, что о Тебе сказал Премудрый с удивлением: «Кто сия, проницающая, аки утро, добра, яко луна, избранна, яко солнце»[35]! Какую же красоту имеет облако, что Ты не гнушаешься уподобляться ему? Тайна эта ясна; когда облако сгущается над землею и покрывает ее, тогда все звери невредимы от ловцов, ибо никто не может поймать их. Потому-то и Пречистая Дева называет Себя облаком: Она скрывает нас от ловцов. Мы же, грешные, согласно рассуждению Златоуста[36], по своему бесчеловечию — скоты и звери: мы угождаем чреву как медведи, — утолщаем плоть как лошаки, злопамятны как верблюды, занимаемся хищением как волки, гневаемся как змии, жалим как скорпионы, коварны как лисица, носим в себе яд злобы как ехидна. Таких зверей, как мы, преследуют различные ловцы: постигает нас праведный гнев Божий, наказывая за дурные начинания, — по слову: «Бог отмщений Господь, Бог отмщений не обинулся есть»[37]. Постигают нас и беззакония наши, так что каждый из нас может сказать: «постигоша мя беззакония моя, и не возмогох зрети»[38]. Преследует нас и невидимый враг: «бысть яко медведь ловяй, приседяй ми, яко лев в сокровенных»[39]. Угрожает нам и видимый враг. Он говорит: «гнав постигну, убию мечем моим, господствовати будет рука моя»[40]. Но мы имеем дерзновение, мы имеем мысленное облако, покрывающее нас, — Пречистую Деву Марию. На Нее мы уповаем к Ней прибегаем; под Ея Покровом и влас главы нашей не погибнет, лишь только мы с умилением воззовем: покрый нас Покровом Твоим, Покровительница наша, Пречистая Дева: «в день зол наших покрый нас!»[41]. Но все дни нашей жизни бедственны, как некогда сказал патриарх Иаков: «малы и злы быша дние лет жития моего»[42]. Особенно бедственны те наши дни, в кои мы видим зло, и сами творим много зла, собирая себе гнев в день гнева[43]. Все сии бедственные наши дни требуют Твоего милостивого покрова, о Пресвятая Дево! Покрывай же нас во все дни жизни нашей, и особенно в день лютый, когда душа будет разлучаться с телом. Предстани нам с помощию Твоею и сокрой нас от воздушных духов злобы поднебесной, а в день страшного суда сокрой нас в тайниках Твоего Покрова! Аминь.

Тропарь праздника, глас 4:

Днесь благовернии людие светло празднуем, осеняеми Твоим, Богомати, пришествием, и к Твоему взирающе пречистому образу, умильно глаголем: покрый нас честным Твоим покровом, и избави нас от всякого зла, молящи Сына Твоего, Христа Бога нашего, спасти души наша.

Кондак, глас 3:

Дева днесь предстоит в церкви, и с лики святых невидимо за ны молится Богу: Ангели со архиереи покланяются, Апостоли же со Пророки ликовствуют: нас бо ради молит Богородица превечнаго Бога.

Страдание святого апостола
Анании
[править]

Святый апостол Анания, один из семидесяти, был епископом в городе Дамаске[44]. Он известен тем, что совершил Крещение над Апостолом Павлом. Однажды ему явился в видении Господь и сказал ему:

— Встань и пойди на улицу, так называемую Прямую, и спроси в Иудином доме тарсянина[45], по имени Савла; он теперь молится.

Анания отказывался от сего, зная, сколько зла причинил Савл Иерусалимским христианам, и что он пришел в Дамаск с намерением заключить в узы всех, исповедующих Имя Господа Иисуса Христа. Господь же увещевал Ананию, говоря:

— Иди, ибо Савл избран Мною, чтобы возвещать Имя Мое пред народами и царями и сынами Израилевыми, и Я покажу ему, сколько он должен пострадать за Имя Мое.

Следуя Божественному повелению, Анания пошел к Савлу и, возложив на него руки, сказал:

— Брат Савл! Господь Иисус, явившийся тебе на пути, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святаго Духа!

Савл тотчас прозрел, и Анания крестил его. Спустя некоторое время, когда Иудеи согласились между собою умертвить Павла за то, что он из гонителя стал проповедником Имени Христова, Анания, вместе с прочими учениками Христовыми, спустил его по городской стене[46] в корзине. Сам же Анания, входя в иудейские сонмища[47], смело проповедовал Имя Господне. И не только Иудеям, но даже и язычникам благовествовал он веру Христову. Из Дамаска он пошел в Елевферополь[48] и там, указывая народу путь ко спасению и исцеляя больных, обратил многих к вере во Христа.

В те дни в Елевферополе был правителем Лукиан, покланявшийся твари, а не Творцу. Диавол возбудил его против христиан и внушил ему разослать по всей своей области такой указ:

«Если кто-нибудь окажется почитающим Христа и поклоняющимся Распятому, того повелеваем предать смертным мучениям; кто же, отрекшись от Христа, принесет жертву бессмертным богам, тот будет удостоен нами даров и почестей».

Когда было издано такое злое и коварное повеление, святый Анания просвещал в той области людей проповедью Евангелия и врачевал в людях всякие болезни; с ним пребывал Господь, творя чрез него многие чудеса. Идолопоклонники схватили Ананию и привели к правителю Лукиану, который различными средствами стал принуждать его к принесению жертвы идолам. Но Анания не послушал его и отвечал:

— Не поклонюсь лживым богам, я поклоняюсь Единому Истинному Господу Богу моему, Иисусу Христу: я видел Его очами своими и с Ним из уст в уста беседовал — не только тогда, когда Он жил на земле, как человек, но по вознесении Его на Небеса. Ибо, когда я находился в Дамаске, Он Сам явился мне и послал меня исцелить Савла, которого дивною Своею премудростью и силою обратил к познанию Истины. Он нас всех избавил от власти диавола и привел к Отцу Своему. Итак, я поклоняюсь Ему, а не бесам, желающим погубить весь род человеческий.

Тогда правитель стал угрожать Анании муками, если он не исполнит приказанного ему; но тот, как непоколебимый столп, был тверд в исповедании Христа. Воздев к небу руки свои, он сказал:

— Господи Иисусе Христе, Сын благословенного Отца! Внемли молитве моей и удостой меня участи блаженных Апостолов в будущей жизни. Как спас Ты Савла Своим светом, так спаси и меня от руки сего нечестивца, сопротивляющегося Истине: да не исполнится на мне его воля, да не уловит он меня сетями коварства своего; не лиши меня и Царства Небесного, уготованного всем любящим путь истины Твоей, указанный Тобою, и сохраняющим заповеди Твои!

Не вынося более речей Анании, правитель повелел положить его на землю и бить. В то время, как служители нещадно били святого, глашатай кричал:

— Послушай правителя, не противься его повелению, принеси жертву богам, которым поклоняется весь мир.

Когда же святого перестали бить, правитель сказал ему:

— По крайней мере теперь пожалей себя и, послушавшись меня, отрекись от Распятого, чтобы не подвергнуться от меня еще более тяжким мучениям.

На сие святый Анания отвечал:

— Что я сказал тебе сначала, то не перестаю повторять и теперь: не отрекусь от Бога моего и не преклонюсь пред бездушным камнем и деревом, коих вы почитаете за богов.

Видя, что святый непреклонен, правитель велел терзать его тело железными когтями и жечь свечами его раны. Но святый, претерпевая мучения, возводил на Небо очи свои и усердно молился. После сей пытки мучитель сказал:

— Доколе ты будешь упорствовать? Ужели не пожалеешь себя и не поклонишься великим богам? Ужели тебе приятнее претерпевать бесполезно сии страдания за какого-то Христа, распятого Иудеями, чем быть невредимым и здоровым? Клянусь, что не выпущу тебя живым из своих рук, если еще будешь так упорствовать!

Святый отвечал:

— Делай, что хочешь, враг Божий и друг диавола; ведь ты уже много раз слышал от меня, что я не поклонюсь богам твоим, но буду поклоняться только Единому богу, — Отцу, и Сыну, и Святому Духу — Творцу Неба и земли и всего, что в них находится. В Него я уверовал, и Он дал мне силу целый день твердо стоять пред тобою и мужественно претерпеть сии муки. Зачем тебе еще более причинять себе хлопот? Ведь ты слышал, что я не хочу повиноваться твоей воле; делай же скорее то, что ты замыслил!

Возгоревшись яростью, мучитель повелел народу взять святого Ананию, вывести его из города и побить камнями. Беззаконные слуги мучителя, взявши его, повели на место казни и побили камнями, как нового Стефана[49]. Он же громко воскликнул:

— Господи Иисусе Христе! Предаю в руки Твои дух мой.

Так он скончался, после всех мучений, и перешел в Небесные обители. Народ, увидев, что он уже умер, оставил его не погребенным и разошелся. В то время случайно проходили там некоторые христиане из Дамаска; они взяли святое тело апостола Христова, с честию перенесли его в Дамаск и похоронили в отечественном его городе[50].

Кондак апостола, глас 2:

В молитвах теплейший заступниче и просящым скорейший послушателю, приими моление, Анание, наше, и Христа моли помиловати ны, единаго во святых почивающаго.

Память преподобного
Романа Сладкопевца
[править]

Святый Роман был родом из Сирии, воспитание получил в городе Эмесе[51] и с юных лет начал угождать Богу, ведя жизнь девственную и целомудренную. Сначала он был пономарем[52] в одной из церквей города Берита[53], а потом, в царствование императора Анастасия[54], удалился в Константинополь и служил при Кировой[55] церкви в честь Пресвятой Владычицы нашей Богородицы. Здесь он проводил жизнь в посте и молитвах, утруждая тело свое многочисленными подвигами и всенощным бодрствованием. С вечера он уходил во Влахерны[56] и там всю ночь стоял на молитве, а потом возвращался обратно. Затем он был поставлен пономарем к храму святой Софии[57]. Святый Роман не знал грамоты, но был благоискусен в добрых делах, коими превосходил премудрых книжников; разумом своим он стремился к Богу, гораздо больше тех, кто ищет премудрости века сего. Ибо он был одним из тех, о коих сказал Апостол: «буяя мира избра Бог, да премудрыя посрамит»[58]. За добродетельную жизнь полюбил его патриарх Евфимий[59] и, видя, как он трудится в храме и с каким усердием проходит свое послушание, давал ему равную часть с клириками[60]. Клирики же роптали на патриарха, говоря:

— Невежду ты поставил наравне с нами!

Они возненавидели Романа и стали строить ему козни. Однажды, в навечерие праздника Рождества Христова, когда в церковь пришел царь, Роман же ставил светильники в церкви, клирики, схватив его, потащили на амвон[61], говоря:

— Ты получаешь равную с нами часть — пой же, как и мы, на амвоне хвалебную песнь Богу.

Так поступили они по зависти, желая посрамить его, ибо знали, что он не разумеет Писания и не может сего исполнить. Претерпев такое унижение от клириков при царе и при всем народе, бывшем в церкви, Роман почувствовал стыд и плакал. По окончании службы, когда все вышли из церкви, он пал ниц пред иконою Пресвятой Богородицы, горько плача и молясь. Проведши долгое время в плаче и молитве, святый Роман встал и пошел в дом свой и, не вкусив, от печали, пищи, забылся сном. И вот во сне явилась ему Пресвятая Владычица наша Богородица, утешение всех скорбящих, держа в руке небольшой книжный свиток[62] и сказала Роману тихим голосом:

— Открой уста!

Когда Роман открыл уста свои, Владычица вложила в них свиток и повелела съесть его.

Роман проглотил хартию и тотчас проснулся, но никого не увидел пред собою; ибо Явившаяся стала невидима. Сердце его исполнилось неизреченной сладости и радости духовной, и стал он размышлять о том, что увидел. В уме же своем он вдруг ощутил разумение книжное, ибо Дева Богородица, как некогда Сын Ея — Своим Апостолам, отверзла ему ум к разумению писаний[63]. Он исполнился великой премудрости и стал со слезами благодарить Наставницу свою за то, что в одно мгновение Она даровала ему такие познания, каких он не мог бы достигнуть в течение многих лет.

Наступил час всенощного бдения, и святый Роман, радуясь благодати, дарованной ему Богоблагодатною Девою, пошел в церковь.

Когда нужно было воспеть песнопение в честь праздника, святый Роман взошел на амвон и воспел сладким гласом свой кондак, который сложил он в уме своем:

— Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит. Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча младо Превечный Бог[64].

Все, видевшие и слышавшие сие, удивлялись и услаждались пением Романа, вникая в смысл песнопения. Когда же он окончил свою песнь, патриарх спросил, — откуда у него такая премудрость. Роман не скрыл чуда Богородицы, но исповедал Ея благодать и прославлял вразумившую его Небесную Наставницу. Клирики, оскорбившие его, устыдились и, покаявшись, пали к ногам Романа, прося у него прощения. Патриарх же тотчас поставил святого Романа диаконом, и из уст его премудрость потекла как река, а тем, кто сначала упрекал его за простоту и невежество, пришлось потом самим же у него учиться. Он составил множество кондаков[65] на праздники Господские и Богородичные и на память многих святых, так что его кондаков насчитывалось более тысячи[66]. И был он всеми весьма любим и почитаем. Проведя жизнь свою богоугодно и праведно, он переселился в вечные обители и ныне с Ангельскими ликами вечно воспевает Богу Трисвятую песнь[67]. Аминь.

Кондак преподобного, глас 8:

Божественными добродетельми Духа измлада украсився Романе премудре, Церкви Христове пречестное украшение был еси, пением прекрасным украсив ю блаженне. Тем молим тя: подаждь желающым божественнаго дарования твоего, яко да вопием ти: радуйся отче преблаженне, красото церковная.

Житие преподобного
Саввы Вишерского
[править]

Преподобный Савва был родом из Тверского княжества, из города Кашина[68] и происходил из благородной, всеми уважаемой фамилии[69]; там он вырос и получил воспитание. Еще в самых юных летах он отличался добродетельною жизнию; нося мирскую одежду, он подражал иноческим подвигам, молился и постился как совершенный инок, и усердно ходил в храм Божий. Движимый любовию к Богу, Савва решился принять иноческий образ и стал проводить суровую монашескую жизнь в некоторых из тверских монастырей, безропотно исполняя различные монастырские послушания: на поварне, в хлебопекарне и в других службах. При сем он отличался необыкновенным смирением. Братия Саввинской Тверской пустыни[70], где он вскоре поселился, настолько полюбили Савву и стали уважать его за подвижническую жизнь, что имели его посреди себя как бы Ангела Божия и избрали его себе в игумена. Бояре и все жители той страны стали почитать его как святого, и молва о его смирении, воздержании и других великих добродетелях далеко разнеслась кругом. Но преподобного тяготила слава человеческая, и он, избегая ее, удалился с родины и долгое время жил в совершенной безвестности, в чужой стране. Ревнуя о высших подвигах иноческих, Савва отправился на далекий Афон, прославленный святою жизнию своих подвижников, и там совершенствовался в духовной жизни[71].

По возвращении с Афона преподобный пришел в Великий Новгород, но не открыл никому, кто он, странствуя под видом бедного, неизвестного странника. Руководимый Богом, он пришел на реку Вишеру[72], водрузил здесь крест[73] и, устроив небольшой шалаш, стал проводить отшельническую жизнь. Он имел с собою образ Пречистой Богоматери, пред которым непрестанно молился. Случилось одному из новгородцев проходить мимо того места. В то время был пост святых Апостол Петра и Павла, и стояла знойная летняя погода. Святый погрузился в глубокую молитву, как бы не чувствуя того, что лицо его все было покрыто комарами, так что его совсем не было видно. Изумленный новгородец поведал другим о том, что он видел, и отсюда все поняли, что это — истинный Божий человек. Заметив, что его узнали, преподобный Савва удалился отсюда и поселился в еще более уединенном месте близ реки Сосницы[74]. Здесь он продолжал упражняться в посте и молитве, проводя жизнь, исполненную еще больших лишений.

Но не может град укрытися верху горы стоя[75]. Молва о святой жизни преподобного Саввы распространилась по окрестностям, и соседние жители стали приходить к нему и доставлять ему свои посильные приношения, необходимые для поддержания жизни. Мало-помалу слух о святом угоднике Божием распространился по всей Новгородской области и достиг даже до самого архиепископа Иоанна, бывшего тогда на Новгородской кафедре[76]. Вследствие сего Иоанн послал разузнать о преподобном Савве, кто и каков он, и какова его жизнь. Посланному для сего доверенному лицу архиепископ велел расспросить Савву и упрекнуть его за то, что он не почтил его архиерейской власти и поселился в Новгородской земле без его благословения.

Архиерейский посланец, явившись к преподобному как бы с запрещением от архиепископа, сказал:

— Как смел ты поселиться в сей местности без позволения архиепископа?

Савва смиренно отвечал на это следующею притчею.

— Одна девица, — сказал он, — сидела у окна близ площади и бесстыдно смотрела на всех проходивших; другая же, сидя у другого окна, с благоговением хранила девственную чистоту своей души. Мимопроходящие о первой девице, обращая внимание на ее бесстыдство, говорили: «не сохранит она чистоты своей при своей суетности и рассеянности»; о второй же говорили, что девица та, при таковой ее скромности, сохранит беспорочной свою душевную чистоту. Тем более нам подобает особенно внимать себе и охранять себя на том пути, по коему мы пошли: мы живем здесь в пустыне, не тебя, архипастыря, избегая, а удаляясь от мира; молитв же твоих и благословения мы всегда желаем, чтобы они пребывали с нами.

Посланный, возвратившись, рассказал архиепископу все о блаженном Савве, о его жизни, постничестве и нищете. Услыхав о сем, архиепископ понял, что это — старец духовной жизни, и посему, побуждаемый сильным желанием самому видеть его, отправился к нему в пустыню.

Блаженный Савва, покрытый своим обычным рубищем, встретил его еще на пути. Увидев архиепископа, Савва с глубоким смирением пал пред ним и поклонился ему с подобающею святительскому сану почтительностью. Архиепископ благословил преподобного, не зная, что это — Савва, но считая его за обыкновенного странника. Он повелел ему сесть вместе с собой и ехать до жилища Саввы, и едва мог уговорить его, потому что смиренный подвижник не смел позволить себе сесть вместе со святителем. Во время пути беседа с преподобным показала архиепископу, что это — не простой человек, а муж опытный в духовной жизни, и владыка тем более полюбил Савву прежде, нежели узнал его. Уже только пред самым жилищем своим Савва, смиренно поклонившись архиепископу, поведал о себе, что он грешный Савва. Тогда святитель подивился его смирению и с любовию благословил его. Потом оба они вошли в келью Саввы и там долго беседовали.

В продолжение нескольких часов архипастырь наставлял преподобного пребывать непреткновенно в терпении и подвигах и разделил с ним пустынную трапезу. Возвратившись в Новгород, архиепископ восхвалял великое богоугодное житие преподобного старца и с того времени стал питать к блаженному Савве глубокое уважение, считая его великим, и после того всегда присылал ему все потребное для его пустынной жизни.

Между тем преподобный Савва задумал основать в своей пустые обитель и начал строить своими руками келлии для приходившей к нему иночествующей братии. Не стерпел сего лукавый враг рода человеческого и, побуждаемый завистью к нему, внушил разбойникам причинить преподобному зло. Думая, что у него есть какое-нибудь имущество, они пришли к нему со злым намерением. Савва строил в это время келлию. С ложным смирением разбойники стали просить у старца благословения. Но он прозрел их коварный замысел и то, что они — разбойники. И вот он обратился к ним со следующею просьбою:

— Детки! Окажите любовь, помогите мне поднять дерево на стену.

При этом старец велел им взяться за тонкий конец бревна, а сам взялся за толстый. Разбойники никак не могли все вместе поднять своего конца, а старец, с Божиею помощию, легко один поднял дерево на стену. Пораженные сим, разбойники переглянулись между собою со стыдом и страхом, поспешили уйти от преподобного, боясь, чтобы из-за него им самим не потерпеть какого-либо вреда[77].

По прошествии некоторого времени одни из иноков монастыря, находившегося на так называемой Лисичьей горе, стали не соглашаться, чтобы старец продолжал жить в той местности, ибо она находилась немного выше упомянутого монастыря. Тогда преподобный Савва, прослышав о поднятом за землю спор, послал в Новгород одного из учеников своих, по имени Ефрем[78], к начальникам Славянского конца[79], с просьбою отвести ему место на реке Вишере для пустынной обители. Те охотно дали ему на сие позволение. После того преподобный Савва окончательно поселился там и всячески, сколько был в силах, трудился над построением обители. Водрузив келлии для братии, он вознамерился воздвигнуть и церковь в честь преславного Вознесения Господа нашего Иисуса Христа[80]. При помощи Божией, церковь вскоре была сооружена и освящена. С этого времени к преподобному Савве стало стекаться много народа: одни — ради пользы духовной и наставления, другие — для иноческой жизни в его обители. Он же с радостию принимал всех.

В то же время преподобный продолжал более всех трудиться над благоустройством новой обители, всем подавая пример своим неутомимым трудолюбием. В обители преподобного, между прочим, работал тогда один мирянин, весьма ленивый в исполнении монастырских послушаний. Он нередко вступал со старцем в пререкания по поводу того, что он предпринимает слишком много дел. Савва же, утешая его, говорил:

— Не скорби, чадо, потерпи лишь эти дни, назначенные для исполнения тобою монастырских работ, и тогда мы после вознаградим тебя гораздо более, чем обещались.

Мирянин, тронутый кроткими словами старца, понял, что то было с ним вражеское искушение, и после того стал работать и трудиться гораздо более других.

В то время в обитель пришел один инок — для того, чтобы увидеть блаженного Савву; ибо он от многих слышал о его великой подвижнической жизни. Старец сам встретил его. У него было обыкновение, когда кто приходил к нему из других монастырей, выходить к нему, встречая его еще далеко от своей обители, там, где водружен был крест; сотворив там краткую молитву, он затем шел с гостем в церковь, здесь снова совершал молитву и потом уже вел его в свою келлию и вступал с ним в беседу.

Когда упомянутый инок был встречен таким образом преподобным Саввою, то старец, после долгой беседы с иноком, при наступлении позднего вечера, оставил пришедшего брата отдохнуть: сам же, взявшись за жернов, молол рожь. И вот вновь пришедший брат слышит, что старец недалеко от келлии всю ночь до самой утрени мелет рожь, а устами своими читает Псалмы. Инок был изумлен и начал говорить себе, что он гораздо более увидел, чем слышал прежде о старце от других. Рано утром, приняв от старца благословение, он отправился обратно в свой монастырь, повествуя всем о величайшем подвижническом житии святого и укоряя себя в лености и нерадении.

По устроении обители преподобный Савва поставил себе столп и, входя на него, всю седмицу до субботы проводил на нем в посте и молитве; в субботу же сходил со столпа к братии, причащался с ними Святых Таин, слушал службу воскресного дня, разделял вместе с прочими трапезу и, после душеполезного поучения братии, снова входил на столп и таким же образом снова подвизался на нем до следующей субботы[81].

Во время сего великого столпнического подвига в обитель к преподобному Савве пришел из Твери повидаться с ним родной брат его по плоти, давно не видевший его. Но старец совсем не хотел видеть его и беседовать о ним. И когда брат долгое время оставался при столпе, умоляя старца хотя бы только повидаться с ним, то старец, наконец, сошел со столпа и благословил брата, но, ничего не сказав ему, тотчас же снова взошел на столп. Брат же преподобного, увидев его, с радостию возвратился в Тверь, прославляя Бога за дивные знамения Его благодати, коих очевидцем он удостоился быть.

Живя на столпе, по-видимому удаленный от обители и забот о ней, преподобный Савва продолжал, однако, хранить ее своими молитвами. Однажды разбойники подошли к монастырю, чтобы разграбить его. Преподобный, стоя на столпе на молитве, еще издали увидал их и, поняв злое намерение, с коим они пришли, стал стучать жезлом по стене. Разбойники, услыхав стук, объятые страхом, убежали: ибо их отгоняла от обители молитва преподобного[82]. С того времени разбойники перестали подходить к монастырю.

Между тем, к преподобному Савве продолжали отовсюду стекаться и иноки, и миряне — ради пользы духовной, которую от него получали; ибо он, по Апостолу, всем был вся[83], всех наставляя, обо всех соболезнуя и заботясь как бы о своих собственных членах, к старцам относясь как к своим братиям и сверстникам, к более юным — как к своим детям. И не было никого в обители преподобного Саввы ни оскорбляемого, ни оскорбляющего, ибо все были утешаемы и примиряемы святым Саввою.

Пребывая в сих подвигах и перенося столь суровые лишения и всякого рода скорби, преподобный Савва, на семидесятом году от рождения впал в телесный недуг. Готовясь разрешиться от тела и отдать последний долг природе, преподобный призвал к себе всю братию и обратился к ней с предсмертными душеполезными наставлениями, в особенности о том, чтобы они твердо и неизменно пребывали в Православии и в соблюдении иноческих обетов, более же всего — преуспевали в смирении.

В заключение старец сказал им:

— В чем вы видели меня подвизающимся, — то и сами творите.

После сего, поручив монастырь и братию заботам и попечениям архиепископа Новгородского, а ближайшее заведывание обителью и руководство иноками — старейшим из братии, своим ближайшим ученикам Ефрему и Андрею[84], наиболее показавшим свои труды и подвиги в том монастыре, преподобный Савва, все более укрепляясь духом, стал изнемогать телом. Причастившись Святых Христовых Таин, он мирно предал душу свою Господу 1-го октября 1460 г. Перед самою кончиною своею преподобный заповедал своим ученикам:

— Когда душа моя разлучится с телом, не совершайте над ним никаких торжественных погребальных обрядов, но просто, без всяких приготовлений, отнесите тело до могилы и предайте земле.

Ученики преподобного, увидев своего отца и наставника умершим, много скорбели о разлучении с ним. Потом, почтив его память, как своего отца и наставника ко спасению, псалмопением и надгробными песнопениями, они погребли в земле его трудолюбное и многострадальное тело между церковью и столпом, на котором он подвизался в последнее время своей жизни.

По отшествии своего наставника к Богу, ученики преподобного Саввы стали еще более заботиться об устройстве монастыря, о том, чтобы ничего не забывалось из монастырских правил и заветов их отца духовного — преподобного Саввы. Особенно же они заботились о внутренней духовной жизни своей, подражая в ней тому, что они видели в своем наставнике и учителе, и стараясь тщательно исправлять свои недостатки. И они показали в сем отношении такие подвиги, что стали добрым образцом для многих.

По прошествии довольно продолжительного времени, когда, с помощию Божиею и по молитвам преподобного Саввы, обитель его с успехом процветала, в ней произошел большой пожар, так что сгорел весь монастырь. При сем сгорели вместе с келлиями и церковь, и столп, на котором подвизался преподобный во время своей жизни; но гроб преподобного Саввы, находившийся между церковию и столпом, и часовня над гробом не потерпели от огня никакого вреда, так что пламень не мог даже прикоснуться к ним, хотя окружал их со всех сторон. Это было первое чудо по преставлении святого. С того времени при гробе преподобного Саввы стали совершаться многоразличные чудотворения, коими Господь явил в нем верующим истинного Своего угодника и благодатного чудотворца. Следующее чудо особенно уверило всех в этом. Некто Захария, готовившийся принять иноческий постриг в обители преподобного, много слышал от тамошних иноков о святом житии и посмертных чудесах преподобного. Благоговейно изумляясь слышанному, Захария в продолжение многих дней размышлял о том и молил Бога, чтобы и ему сподобиться самому быть свидетелем какого-либо из таковых чудес. И вот, когда он однажды стоял на молитве и, присев для отдыха, задремал и уснул, вдруг увидел пред собою какого-то незнакомого старца, который сказал ему: «Если хочешь видеть Савву, иди за мною, — и тогда увидишь его». Захария, как казалось ему, пошел за тем старцем, дошел до гроба святого Саввы, увидал там нескольких святителей и среди них преподобного Савву, стоявшего на возвышенном месте. Он поклонился преподобному, и тот сказал ему несколько слов в назидание и утвердил его в его вере.

Между тем, болящие и все с верою притекающие ко гробу преподобного продолжали получать духовные утешения в своих скорбях и чудодейственные исцеления от своих тяжких недугов. Слух о сих чудотворениях распространился по всей Новгородской области, особенно с того времени, когда настоятель Саввинской обители игумен Геласий, по молитвам к угоднику Божию, исцелел от приключившейся с ним отравы, причем при исцелении увидел во сне преподобного Савву, стоявшего на молитве в светлых ризах со взором, обращенным к храму. Проснувшись и почувствовав себя исцеленным, Геласий прославил Бога, творящего чрез святых Своих угодников дивные чудеса, и поспешил отправиться к Новгородскому архиепископу, которому и поведал о бывшем ему видении и о своем чудесном исцелении. Тогда Новгородский святитель Иона прибыл в Саввин Вишерский монастырь[85] и, поспешив ко гробу преподобного, совершил пред ним молебное пение. Потом он приказал написать икону преподобного Саввы[86], составить в честь его службу и описать его житие[87] во славу Господу Богу и Спасу нашему Иисусу Христу, дивно прославляющему святых Своих и по их преставлении.

Впоследствии мощи преподобного Саввы были перенесены во вновь построенную церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы[88], и в Православной Русской Церкви установлен в честь его праздник[89]. И ныне у честноа́го гроба его подаются неоскудные исцеления всем, с верою притекающим к предстательству преподобного, не престающего молиться пред престолом Всевышнего о всех, верою почитающих пречестную память его.

Тропарь преподобного, глас 4:

От юности твоея весь Богу поработился еси блаженнее, и Того ради любве, отечество и род оставил еси, в пустыню вселився, и в ней жестокое житие показав: чудес дарования от Господа приял еси Савво преподобне, моли Христа Бога спастися душам нашым.

Кондак, глас 8:

Отечества преподобне удалився, и вселився в пустыню, и тамо на столп вшед, идеже жестокое житие показал еси: и многих житием удивив, отнюдуже дарование чудес от Христа приял еси. Поминай нас чествующих память твою, да зовем ти: радуйся Савво отче наш.

Память святого мученика
Домнина
[править]

Святый Домнин был родом из Солуня. Когда царь Максимиан[90] строил себе дворец в Солуни[91], святый Домнин схвачен был как христианин и приведен к царю на суд. Царь с гневом сказал ему:

— Зачем во время пребывания моего в городе, ты открыто исповедуешь иного Бога? Принеси жертву богам, если хочешь быть жив.

Так как святый не повиновался, то царь приказал терзать тело его; а потом, видя в терпении святого порицание и укор себе, велел вывести его за город и отсечь ему ноги по колена. С отсеченными ногами святый мученик прожил в страданиях семь дней, не вкушая пищи, а потом, вознося благодарение Богу, Коего он так возлюбил, предал Ему свою блаженную душу.

Память преподобного
Михаила Зовийского
и пострадавших с ним
[править]

Преподобный Михаил вместе с другими иноками подвизался, в царствование Константина и Ирины[92] в монастыре, называемом Зовия близ Севастии[93]. Агарянский эмир Алим[94] напал на ту страну и захватил их. Укрепляемые силою Христовою, преподобные отцы не склонились на увещания неверных отречься от Христа. Став посреди иноков, преподобный игумен Михаил возвысил голос, убеждая их умереть за Христа. Сначала они, преклонив главы, были усечены мечом, а затем и преподобный Михаил.

Примечания[править]

  1. 2 Посл. к Кор., гл. 11, ст. 26.
  2. Еванг. от Матф., гл. 24, ст. 7.
  3. Лев VI Мудрый — византийский император с 886 по 912 год.
  4. Влахерны — местность в Константинополе на западном углу города. Во времена процветания Византийской империи славилась по всему Востоку своими святынями. Особенно известны были Влахерны по Богородичной церкви, построенной императором Львом I Великим (457—474 гг.), при котором в эту церковь в 474 году положены были честныя ризы Пресвятой Богородицы, перенесенные из Палестины. Здесь же вместе с одеждою Богородицы хранились в златокованном ковчеге омофор Ея и часть пояса. Под омофором Богородицы, или, правильнее, мафорием (греч. μαφόριον), разумеется Ея головной покров — большое покрывало, которое носила Она на главе Своей.
  5. Знамение сие было в первой половине X века, в конце жизни св. Андрея Юродивого (ум. ок. 936 г.). Самый праздник Покрову Богоматери установлен в Церкви Русской не позднее половины XII века. Замечательно, что видение было святому Андрею — славянину родом и праздник установлен и совершается в славянских землях. В самом же Константинополе хотя не было сего праздника, но помнили видение св. Андрея. Во Влахернской церкви была икона Божией Матери в том виде, как Она явилась св. Андрею.
  6. Память его совершается Церковию 2-го октября.
  7. Епифаний — знатный юноша, ученик св. Андрея, по мнению некоторых, — впоследствии принявший иночество с именем Полиевкта и бывший Константинопольским Патриархом († 956 г. Память его — 5-го февраля).
  8. Сказание о Покрове Пресвятыя Богородицы заканчивается следующими подробностями. Когда св. Андрей с Епифанием созерцали сие дивное видение, Богоматерь молилась на долгий час, обливая слезами Свое Боговидное и Пречистое лицо. Окончив здесь молитву, подошла к престолу, молилась и здесь за предстоящий народ. По окончании молитвы, сняла с Себя блиставшее наподобие молнии великое и страшное покрывало, которое носили на Пречистой главе Своей и, держа его с великою торжественностью Своими Пречистыми руками, распростерла над всем стоящим народом. Чудные сии мужи довольно время смотрели на сие распростертое над народом покрывало и блиставшую наподобие молнии славу Господню; и доколе была там Пресвятая Богородица, видимо было и покрывало. По отшествии же Ея, сделалось и оно невидимо. Но, взяв его с собою, Она оставила благодать бывшим там.
  9. Апок., гл. 11, ст. 19; гл. 12, ст. 1. Под образом апокалипсической жены, облеченной в солнце, большинство разумеет Церковь, а под солнцем — Иисуса Христа. В то же время сия жена могла изображать собою облеченную в Божественную, Небесную славу Пресвятую Богородицу.
  10. Псал. 59, ст. 6.
  11. Псал. 7, ст. 13—14. В русском переводе: «Если кто не обращается, Он (Бог) изощряет меч Свой, напрягает лук Свой и направляет его, приготовляет для него сосуды (т. е. орудия) смерти, стрелы Свои (т. е. наказания) делает палящими» (смертоносными).
  12. Кн. Песн. песней, гл. 4, ст. 4. Столп Давидов, увешанный победоносными военными орудиями и щитами, прообразовал собою Пресвятую Богородицу, о чем речь далее. О сем знаменитом столпе Давидовом ничего более неизвестно из Св. Писания, кроме того, что он был воздвигнут на какой-то горе и что он создан в Фалпиофе, каковое наименование обозначает собою также укрепления.
  13. Сион — юго-западная, самая обширная и высокая из четырех возвышенностей, на коих построен Иерусалим — почиталась у евреев священною и первоначально служила религиозным центром и твердынею Иерусалима. Посему Писание часто именует Иерусалим дщерью Сионовой, напр. см. Псал. 9, ст. 15. Кн. Прор. Исаии, гл. 1, ст. 8. гл. 67, ст. 11. Кн. Прор. Иерем., гл. 6, ст. 23. Еванг. от Матф., гл. 21, ст. 5.
  14. Т. е. различные земные обстояния и искушения: в особенности же огненныя стрелы лукаваго, нападения со стороны диавола — сего исконного, страшного врага рода человеческого, попаляющие нас как бы смертоносным огнем.
  15. В беседе на Псал. 119. — Амвросий Медиоланский (Миланский, в Италии), — знаменитейший отец Западной церкви и христианский писатель IV в. († 397 г.). Память его совершается 7-го декабря.
  16. Кн. Быт., гл. 1, ст. 1—2.
  17. Преподобный Анастасий, игумен Синайской горы (ум. 685 г.; память его 20-го апреля), в своих «Анагогических созерцаниях» шестоднева, кн. 8.
  18. Память ее совершается 1-го апреля.
  19. Служба Покрову Богородицы, 3 стихира на «Господи воззвах».
  20. Псал. 21, ст. 17.
  21. Псал. 21, ст. 14.
  22. Акафист, икос 2.
  23. Кн. Быт., гл. 28, ст. 12—15. Господь, — говорит по поводу сего прообраза св. Иоанн Дамаскин, — «соорудил Себе одушевленную лествицу, которой основание утверждено на земле, а верх касается самого Неба, и на которой утверждается Бог. Лествица духовная, т. е. Дева, утверждена на земле: потому что Она родилась на земле; глава Ея касалась Неба, — потому что глава Ея был Бог и Отец».
  24. Служба Благовещению, стихира 1 на «Господи воззвах».
  25. Выражение кондака Успению Пресв. Богородицы.
  26. Еванг. от Матф., гл. 11, ст. 11.
  27. Еванг. от Иоанн., гл. 21, ст. 20.
  28. Посл. Иак., гл. 5, ст. 16.
  29. Богоматерь справедливо уподобляется кивоту. В Ветхом Завете в Скинии, а после в храме Иерусалимском находилось внутреннее святилище, «Святое Святых», доступное одному лишь первосвященнику, и то лишь один раз в год. В сем святилище хранился Кивот Завета — ящик, покрытый золотом внутри и снаружи, вмещавший в себе самые священные для богоизбранного народа предметы. По бокам его осеняли «херувимы славы», золотые изображения сих высших и ближайших к Богу Небесных Сил. Сей кивот и прообразовал Божию Матерь, вместившую в Себе Самого Бога, почему и воспевается Церковью одушевленным Божиим Кивотом (канон Благовещению, песнь 9). Как неотступная молитвенница за род человеческий пред престолом славы, Она является для нас кивотом, окруженным сонмом Херувимских Сил, охраняющих нас своими молитвами от всяких бед и обстояний
  30. Кн. Исх., гл. 17, ст. 11—14. Во время странствования своего по пустыне Аравийской израильтянам пришлось вступить при Рефидиме в сражение с хищническим кочевым народом — амаликитянами. Моисей, Аарон и Ор взошли на вершину холма. И когда Моисей поднимал руки свои, одолевал Израиль, а когда опускал их, одолевал Амалик. Когда же руки Моисеевы отяжелели, тогда посадили его на камень, а Аарон и Ор поддерживали руки его, кои и были подняты до захождения солнца. Тогда израильтяне, во главе с Иисусом Навином, низложили Амалика и народ его погубили острием меча. — Поднятие при сем рук Моисея изображало образно для Израиля силу молитвы. Смысл сравнения понятен: в молитвах неусыпающая Богородица, силою их, как бы поддерживаемая свв. Иоанном Предтечей и Иоанном Богословом, низлагает, подобно Моисею, невидимого врага христиан — диавола со всеми его силами, нападающего на нас в сем мире, уподобляющемся пустыне.
  31. Псал. 31, ст. 10.
  32. Из тропаря на Малом освящении воды.
  33. Кн. Прор. Исаии, гл. 26, ст. 20. Выражение: мало елико елико — значит: на некоторое непродолжительное время.
  34. Кн. Прем. Сирах., гл. 24, ст. 3. Богородица вообще и в Писании, и в церковных песнопениях именуется облаком (мглою): из Нее возсия нам солнце праведное; во-вторых, потому что она источает жаждущым воду живу оставления (грехов) и одождила нам тучу нетления Христа, в-третьих, потому что Она Своим Божественным покровом и теплым предстательством покрывает и ограждает нас от всяких зол и напастей.
  35. Кн. Песн. песн., гл. 6, ст. 10. Этот пророческий прообраз не ограничивается лишь сим смыслом. Как утренняя заря, рассеивающая ночной мрак, предшествует лучезарному солнцу, заимствуя от него свой свет; так и Пресвятая Дева непосредственно предварила «Солнце правды» — Христа и от Него получила Свою славу Богоматери. С рождением же Христа исчезла тьма идолопоклонства и многобожия и настал невечерний день Боговедения и благочестия.
  36. Бес. 3 к Антиох. народу.
  37. Псал. 93, ст. 1. Вместо не обинулся правильнее: «явился».
  38. Псал. 39, ст. 13.
  39. Кн Плач Иерем., гл. 3, ст. 10.
  40. Кн. Исх., гл. 15, ст. 9.
  41. Псал. 26, ст. 5.
  42. Кн. Быт., гл. 47, ст. 9.
  43. Посл. к Римл., гл. 2, ст. 5. В день гнева, т. е. Второго Пришествия Христова и последнего Страшного Суда.
  44. Дамаск — главный, богатейший торговый город Сирии, один из древнейших во всем мире; лежит к северо-востоку от Палестины, при р. Бараде, протекающей чрез него, в прекрасной и плодоносной равнине, при восточной подошве Анти-Ливана. И в настоящее время Дамаск, входящий в состав Турецкой империи, — один из богатейших городов Азии и имеет до 150 000 жителей.
  45. Тарс — большой населенный город Киликии (юго-восточная провинция Малой Азии), в южной части ее, в плодоносной равнине при р. Кидне, недалеко от него впадающей в Средиземное море. И ныне это — еще довольно значительный торговый город.
  46. Кн. Деян. Ап., гл. 9, ст. 10—25. — Среди других памятников древности, Дамаск доселе сохраняет в себе место обращения св. Апостола Павла к вере Христовой, так называемую прямую улицу, дом Иудин, где ему возвращено было зрение и преподано Крещение, и дом Апостола Анании, а также — место, откуда он спущен был по стене и, таким образом, избежал своих гонителей.
  47. Сонмища, или Синагоги (с греч. — собрания) — места религиозных собраний иудеев, представлявшие собою открытые здания для совершения общественного богослужения и поучений, для решения спорных церковных вопросов, ведения судебных дел; эти здания служили также местами собраний для прений, школами для детей и библиотеками. Учреждение синагог восходит ко временам Вавилонского плена.
  48. Елевферополь — город в южной Палестине, на дороге между Иерусалимом и Газою. В настоящее время здесь расположено селение, лежащее при выходе из равнины Сефельской в нагорную землю Иудину. Недалеко от него лежат развалины древнего Елевферополя.
  49. Т. е. подобно тому, как незадолго пред сим Евреи за исповедание Христа побили камнями первомученика христианского, св. архидиакона Стефана. Кн. Деян. Ап., гл. 7, ст. 59.
  50. Впоследствии мощи св. Апостола Анании были перенесены в Константинополь, где покоились еще в начале XIII в.; около 1200 года их видел Русский паломник инок Антоний.
  51. Эмеса — город в Сирии на восток от реки Оронта, впадающей на северо-западе Сирии в Средиземное море.
  52. Пономарь, или правильнее: парамонарь — приставник для охранения храма и священных мест и наблюдения за их чистотою; на его же должности, по уставу церковному, полагалось: звонить к Богослужению, зажигать и гасить богослужебные светильники, приготовлять и подавать кадильницу.
  53. Берит — нынешний Бейрут — древний город Финикии на берегу Средиземного моря, в V в. процветал и славился своей высшей школой риторики, поэтики и права; ныне — главный административный город Азиатско-Турецкой Сирии и важнейший торговый пункт Сирийского побережья, с населением 80 000 жителей.
  54. Анастасий I — византийский император с 491 по 518 г.
  55. Кир — знаменитый поэт и префект столицы при императоре Феодосии Младшем, потом епископ Смирнский и песнопевец православной восточной церкви († 470 г.) — подарил столице памятник вкуса и благочестия своего — великолепный храм Богоматери, который от него и получил свое наименование и после него назывался Кировым. Впоследствии при храме сем возникла обитель. Был ли монастырь при Кировом храме во время Романа — неизвестно; но греческий подлинник жития его дает понять, что Роман не только служил при Кировом храме, но и жил в зданиях, принадлежавших сему храму.
  56. О Влахернах см. прим. 4 на стр. 5.
  57. Главный великолепный собор Константинополя во имя Софии — Премудрости Божией, первоначально создан Константином Великим. Впоследствии этот собор был великолепно возобновлен и расширен императором Юстинианом Великим в 537 г.; в 1453 г., по взятии Константинополя Турками, обращен в мечеть. Юстиниановский храм Св. Софии представляет и поныне замечательнейший, величественнейший памятник христианской архитектуры византийского стиля, самой цветущей эпохи его развития.
  58. Посл. к Кор., 1 гл., 27 ст. (Сл. 1 Кор., 3 гл., ст. 18—19). Это потому, что премудрость человеческая, предоставленная только себе, не привыкши прислушиваться к голосу откровения и разума Божия, впадает в заблуждения, отвергает высокие, спасительные истины, о всем судит кичливо и разрушительно. Напротив, буйство о Христе ничего не испытывает, а все смиренно принимает верою, оно кажется безумием в глазах мира сего, но оно-то и есть истинная премудрость, которая, по Апостолу, первее чиста есть, потом же мирна, кротка, благопокорлива, исполнь милости и плодов благих, несумненна и нелицемерна (Посл. Иак., гл. 3, ст. 17). Эта премудрость некнижных делает премудрее ученых мира сего.
  59. Св. Евфимий — Патриарх Константинопольский с 490 по 496 г.
  60. Под клириками здесь разумеются церковнослужители, посвященные на то чрез особое архиерейское благословение, чрез т. н. церковный обряд «хиротесии» — чтецы и певцы. Очевидно, что Св. Роман до того времени не принадлежал к их числу.
  61. Амвон (с греческого: возвышение) начинается от средины другого предалтарного возвышения — солеи и выступом выдвигается вперед в храм. В древних церквах амвоны значительно выдвигались над солеёй, и на них вели даже иногда лестницы. Амвоны предназначались прежде не только для проповеди и молитв священнослужителей, но и для певцов и чтецов, принявших священное пострижение, чтобы они удобнее были видимы и слышимы молящимися, впоследствии для сего устроены клиросы. Но низшие непосвященные церковнослужители не имели даже права входить на амвон.
  62. По гречески — κοντάκιον, т. е. тонкий сверток исписанного с обеих сторон пергамента; этим именем назывались в частности свертки с церковными песнями или службами.
  63. Ев. от Лук., гл. 24, ст. 27.
  64. Кондак на праздник Рождества Христова.
  65. Таким образом Роман Сладкопевец первый начал писать кондаки и справедливо признается Отцами Церкви творцом кондаков. Самое название кондаков носит на себе воспоминание о творце их и получило свое начало от греческого наименования того пергаментного свитка, который Богородица повелела Роману в сновидении проглотить. Под сим именем с тех пор стали разуметься в церкви краткие церковно-богослужебные песнопения в честь Господних и Богородичных праздников, а также в честь святых и в память усопших, излагающие сущность праздников и составляющие как бы тему для всего богослужебного их чинопоследования.
  66. Св. Роман остался в истории христианского песнотворчества с именем Сладкопевца и песнописцем, как по богатству мыслей, содержащихся в его песнопениях, так по их поэтической вдохновенности, одушевлению, глубине чувства и возвышенности языка. Церковь в своих песнопениях воспевает его гуслей сладковещанной, сладкогласной цитрой Божественного Духа, свирелью церковною, соловьем божественных песней, струной преславных слов Духа и т. д. (Стихиры). Кроме кондаков, Св. Роман Сладкопевец считается творцом и икосов, которые, по свидетельству Марка Ефесского, «вместе с кондаками петы были в одних прекрасных тех покоях (по греч. οικος — дом, покой), где священный муж имел обыкновение проводить ночи в бдении; отсюда-то они и получили такое название». Икосами называются в Церкви пространнейшие песнопения в честь и память праздника или в память усопших. По своему содержанию они сходны с кондаками, пишутся одним размером и поются на один глас. Икос всегда следует за кондаком, так как представляет развитие последнего.
  67. Жизнь и деятельность Св. Романа Сладкопевца относятся ко 2-й половине V века. Кончина его последовала в конце сего века.
  68. Кашин — ныне уездный город Тверской губернии, в 188 верстах от Твери, на реке Волге — входил в состав Тверского княжества, некоторое время был самостоятельным, самым сильным уделом в нем и очень значительным городом, но потом потерял свое прежнее значение.
  69. Преп. Савва был второй из восьми сыновей кашинского боярина Ивана Васильевича Борозды, из рода славного, отличавшегося в боях воинскими доблестями (откуда произошло и фамильное имя этого рода: борозда — древневоенное название окопа, траншеи).
  70. Тверская Саввина (Сретенская) пустынь была основана преподобными Саввою и Варсонофием Тверскими, современниками Саввы Вишерского (память их — 2-го марта), в 1397 г. и находилась в 20 верстах от Твери, там, где ныне село Саввино.
  71. О жизни преп. Саввы на Афоне ничего неизвестно, равно как нельзя с точностию определить, долго ли он там пребывал, но, по некоторым историческим указаниям из раннейших и позднейших событий жизни преподобного, можно думать, что он ушел на Афон около 1411 г. и что пребывание его там продолжалось не более трех лет. Из дальнейшей жизни преподобного видно, что впечатления Афона надолго остались в его душе. Известно также, что он принес с собою с Афона в Россию список Кормчей книги, которым пользовался потом Вассиан, архиепископ Ростовский.
  72. Вишера — река Новгородской губернии, левый приток Волхова. — Как видно из настоящего местоположения Савво-Вишерского монастыря, преп. Савва поселился на левом берегу Вишеры, в 10 верстах к северо-востоку от Новгорода. Поселение Саввы на Вишере было не позже 1414 или 1415 г.
  73. Крест этот и теперь стоит в часовне при монастыре. В настоящее время крест лишь обложен досками и с лицевой стороны литыми из алебастра изображениями святых.
  74. Небольшая речка, рядом с Вишерой, протекавшая среди соснового бора, от которого получила свое название.
  75. Еванг. от Матф., 5 гл., 14 ст.
  76. Архиепископ Иоанн управлял Новгородскою святительскою кафедрою с 1387 по 1415 г.
  77. О сем чуде воспоминается и в службе преподобному. Канон, песнь 6, тропарь 3.
  78. Ефрем — любимый ученик преподобного Саввы; по кончине его удалился на берега озера Ильмень, где основал Перекомский монастырь († 1492 г. Память преп. Ефрема совершается 16 мая и 26 сентября).
  79. Новгород Великий делился на две стороны: Торговую и Софийскую, которые в свою очередь делились на так называемые концы. Славянский конец находился на юге Торговой стороны. Стороны и концы имели свое управление и заведовали ближайшими к Новгороду округами Новгородской области. Округа, где протекала в том месте Вишера и расположен был Лисичий монастырь, находилась в ведении Славянского конца. Известна печать с крестом в средине и с надписью вокруг: «печать Славянского конца», а на обороте с изображением святого в венце и с надписью: «Павел исповедник», откуда видно, что в Славянском конце было свое управление.
  80. Церковь с келлиями была построена в обители преп. Саввы в 1418 г. по благословению св. архиепископа Новгородского Симеона († 1421 г. Память его — 10 февраля и 15 июня).
  81. Воспевая столпнические подвиги преп. Саввы, Церковь уподобляет его «Симеону Великому», т. е. св. Симеону Столпнику. Канон, песнь 4, тропарь 2. — Столп как бы заменил преподобному пустынный великий Афон.
  82. О сем чуде церковь воспевает в службе преподобному. Стих. 3 на «Господи воззвах».
  83. 1 Посл. к Коринф., 9 гл., 22 ст.
  84. О преп. Ефреме см. выше, прим. 2 на с. 29. О другом ученике преп. Саввы, Андрее, известно, что он до того изнурил тело свое постом в бдением, что у него остались только кожа и кости. Вскоре, однако, по смерти преп. Саввы настоятелем Саввиной обители был уже игумен Геласий.
  85. Св. архиепископ Новгородский Иона управлял Новгородской церковью с 1458 г. до самой кончины своей, последовавшей в 1470 г. Память его совершается 5 ноября. Приезд святителя в Саввино-Вишерскую обитель должно относить к 1461 г.
  86. Сия древняя икона преп. Саввы хранится в обители его доселе. Ранее она лежала на раке святых его мощей; ныне же находится в монастырском Вознесенском соборе, в приделе во имя преп. Саввы.
  87. Составление жития преп. Саввы приписывают известному агиографу 2-й половины XV века Пахомию Логофету, современнику святителя Ионы. Но некоторые списки жития, называющие автором его Пахомия, оканчиваются припиской, по которой «списано бысть и изобретено блаженного Саввы житие священноиноком Геласием, бывшим тогда игуменом тоя обители, в лето 6972-е», — из чего можно заключать, что житие первоначально написано в 1464 г. игуменом Геласием и после уже исправлено Пахомием Логофетом.
  88. Это было в 1523 году.
  89. Праздник в честь преп. Саввы установлен в Русской Церкви Соборным определением 1549 г. С того времени преп. Савва стал известен с именем Новгородского чудотворца. В 1570 г., в царствование Иоанна Грозного, во время Новгородского погрома, «государевы ратные люди разрушили гроб чудотворца»; на следующий год мощи преп. Саввы были положены в новую раку и помещены в новом каменном Покровском храме обители. В настоящее время мощи преподобного почивают под спудом в Покровском приделе Вознесенского собора монастыря. Во имя его в обители — два храма.
  90. Максимиан Галерий, Римский император — с 305 по 311 г.
  91. Солунь, или Фессалоника, — весьма значительный древний город Македонии, лежал в глубине большого Солунского, или Фермейского, залива при Эгейском море (Архипелаге). В настоящее время город этот известен под именем Салоники, после Константинополя, первый торговый и мануфактурный город в Европейской Турции, с весьма многочисленным населением.
  92. Константин VI Порфирородный — Римский император с 780 по 797 г. Царица Ирина — мать его и супруга императора Льва VI, ревностная защитница иконопочитания — в продолжение 10 лет управляла государством вместо сына и после него царствовала по 802 г.
  93. Здесь разумеется Севастия Армянская, на северо-востоке Малой Азии.
  94. Агаряне, или иначе Сарацины, — аравийские бедуины. Наименование Агарян, означавшее первоначально это кочующее разбойничье племя, впоследствии распространено было христианскими писателями на всех арабов, а затем стало означать вообще мусульман. Агарянами аравийские бедуины назывались от того, что, по еврейскому преданию, они были потомками Измаила, сына Агари, рабыни Авраамовой. Эмирами (с арабского значит «князь») назывались все независимые, мнимые наследники Магомета по происхождению от его дочери, предводительствовавшие отдельными племенами и отдельными разбойничьими шайками арабов.