Жития святых по изложению свт. Димитрия Ростовского/Июнь/29

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Ошибка Lua в Модуль:Другие_источники на строке 209: bad argument #1 to 'gsub' (string expected, got nil).

[633]
Жития Святых (1903-1911) - заставка 31.png
День двадцать девятый

Житие, подвиги и страдание
святаго славного и всехвального верховного Апостола
Петра

Брат первозванного Апостола Андрея, святый Апостол Петр, носивший до призвания Господом Иисусом Христом имя Симона, сын Иудея Ионы из колена Симеонова, происходил из Вифсаиды, незначительного и малоизвестного галилейского городка в Палестине. Он взял себе в супружество дочь Аристовула, брата святаго Апостола Варнавы, и имел от нее детей: одного сына и одну дочь. Симон был человек бесхитростный и некнижный; проникнутый страхом Божиим, он соблюдал все заповеди Господа, ходѧ̀ пред̾ ни́мъ без̾ поро́ка во всѣ́хъ дѣ́лѣхъ свои́хъ. Занятием Симона было рыболовство; этим трудом рук своих он, как человек бедный, снискивал пропитание для своего семейства, кормя жену, детей, тещу и престарелого отца своего Иону.

Брат же Симона Андрей, пренебрегая суетою мятежного мира, вступил на путь безбрачной жизни: он пошел на Иордан к святому Иоанну Крестителю, проповедовавшему о покаянии[1], и сделался его учеником. Слыша свидетельства учителя своего о Христе — Мессии и — особенно слова его с указанием перстом [634]на Господа: сѐ а҆́гнецъ бж҃їй[2], Андрей оставил Иоанна и вместе с другим Крестителевым учеником пошел вослед Господа, вопрошая Его:

— Равви, где живешь?

— Пойдите и увидите, — отвечал им Спаситель.

Они пошли и увидели, где Он живет, и пробыли у Него день тот[3].

На следующее утро Андрей пришел к брату своему Симону и сказал ему:

— Мы нашли Мессию, Христа.

И привел его к Иисусу. Иисус же, взглянув на него, сказал:

— Ты Симон, сын Ионин, ты наречешься Кифа, что значит камень (Петр)[4].

И тотчас святый Петр возгорелся любовью к Господу, уверовав в Него как истинного Христа, посланного Богом на спасение мира. Но он всё еще не покидал своего дома и не оставлял своего занятия, доставляя своим домашним необходимое для прожития; в этом ради престарелого отца помогал иногда Симону и брат его Андрей; так жили они до времени призвания Господом на апостольское служение.

Однажды, после заключения Иоанна Крестителя в темницу, Господь Иисус Христос проходил близ моря Галилейского (оно известно еще под именем моря Тивериадского или озера Геннисаретского) и, увидев Петра и Андрея, закидывающих сети в море, сказал им:

— Идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков[5].

Какими же именно ловцами Господь хотел сделать их — на это Он предуказал чудесною ловитвою рыбы. Войдя в лодку Симона — Петра, Христос повелел ему закинуть сети, на что Петр отвечал:

— Наставник! Мы трудились всю ночь и ничего не поймали; но по слову Твоему закину сеть.

Сделавши это, они поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась, что было прообразом духовной апо[635]стольской Святый Апостол Петрловитвы — Апостолам предстояло уловить мрежею Слова Божия многие народы на спасение. Увидев такое чудо, Симон Петр припал к коленам Иисуса и сказал:

— Выйди от меня, Господи! Потому что я человек грешный.

Ужас объял его и всех бывших с ним от этого лова рыб, ими пойманных. В ответ Петру, призывавшему Господа удалиться от него, Спаситель, наоборот, призывает его следовать за Собою:

— Гряди за Мною — отныне будешь уловлять людей для жизни подобно тому, как ранее ловил рыб для смерти[6].

С этого времени святый Апостол Петр следует за Христом, как и брат его Андрей и прочие только что призванные ученики. Господь любил Апостола Петра за его простосердечие: он посетил бедный дом Симона, где исцелил прикосновением руки его тещу, лежавшую в горячке. А когда утром Господь, восстав, удалился на молитву в пустынное место, то Петр и бывшие с ним, не терпя и одного часа быть без Господа, пошли за Ним, старательно отыскивая любимого Учителя; и, нашедши Его, сказали Ему:

— Все Тебя ищут, Господи[7].

И не отлучался святый Апостол Петр от Господа, но неотступно находился при Нем, наслаждаясь Его лицезрением и Его словами — «сладчайшими паче меда». Он был очевидцем многих и великих чудес Господа, ясно указывавших на Христа как Сына Божия, в Которого и веровал без всякого сомнения. А как веровал сердцем «в правду», так и устами исповедал [636]«во спасение». Когда Господь пришел в страны Кесарии Филипповой[8], то спрашивал учеников Своих:

— За кого люди почитают Меня, Сына Человеческого?

Они сказали:

— Одни — за Иоанна Крестителя, другие — за Илию, а иные — за Иеремию или за одного из пророков.

Он говорит им:

— А вы за кого почитаете Меня?

Симон Петр ответил:

— Ты — Христос, Сын Бога Живаго.

Это истинное исповедание Апостола Господь удостоил ублажения и обетования; Он сказал святому Петру:

— Блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на Небесах; и Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного; и что свяжешь на земле, то будет связано на Небесах; и что разрешишь на земле, то будет разрешено на Небесах[9].

Горевший теплою любовью к Господу, святый Апостол Петр желал, чтобы никакое зло не коснулось Его; поэтому, когда Господь предсказывал о Своих страданиях, он прекословил Ему, говоря по неведению:

— Будь милостив к Себе, Господи! Да не будет этого с Тобою!

Хотя эти слова Апостола и не были угодны Господу Иисусу, Который на то и пришел, чтобы Своим страданием искупить от погибели человеческий род, но тем не менее они внушены были усердною любовию к Господу; в них обнаружилось, кроме того, и незлобие Апостола: услышав укоризненное слово Господа «отойди от Меня, сатана![10] Ты Мне соблазн», Апостол не почувствовал гневного раздражения и не удалился от Христа Спаси[637]теля, но, с любовию выслушав порицание, еще с большим усердием следовал за Господом[11]. Однажды многие из учеников, не могшие вместить слов Господних[12], говорили о них:

— Какие странные слова! Кто может это слушать?

И затем отошли от Спасителя и уже не ходили с Ним. Тогда Господь Иисус сказал двенадцати:

— Не хотите ли и вы отойти?

Симон Петр отвечал Ему:

— Господи! К кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни, и мы уверовали и познали, что Ты — Христос, Сын Бога Живаго[13].

Имея такую веру и такое усердие к Господу, святый Апостол Петр дерзнул просить у Него дозволения придти к Нему по воде[14]. Господь не возбранил этого. Тогда святый Апостол Петр, выйдя из лодки, «пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу». Но не имея, до приятия Святаго Духа, совершенной твердости в вере, он, «видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал:

— Господи! Спаси меня».

Иисус тотчас простер руку, поддержал его и говорит ему:

— Маловерный! Зачем ты усомнился?[15].

Господь, избавивший святаго Апостола от потопления, избавил его и от маловерия, когда сказал ему[16]:

— Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя[17].

Вместе с двумя другими учениками, Иаковом и Иоанном, святый Апостол Петр удостоился видеть на Фаворе открытую им славу Преображения Господня и своими ушами слышать глас Бога Отца, свыше пришедший к Господу Иисусу. Об этом святый Апостол так упоминает в своем Послании:

«Мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но бывши очевидцами Его величия. Ибо Он принял от Бога Отца честь [638]и славу, когда от велелепной славы принесся к Нему такой Глас: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение». И этот Глас, принесшийся с Небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе».[18]

Когда Господь приблизился к вольным страданиям Своим и крестной смерти, тогда святый Апостол Петр обнаружил свою ревность по Господе не только словом, сказав: «Господи! С Тобою я готов и в темницу и на смерть идти»[19], — но и делом, извлекши меч и ударом его урезав ухо рабу архиерея Малху[20]. Хотя Бог по смотрению Своему и попустил Апостолу Петру впасть в троекратное отречение от Христа Спасителя, Господа нашего, но он восстал и исправился чрез истинное раскаяние, соединенное с горькими рыданиями[21]. Святый Петр, первый из всех Апостолов, сподобился увидеть воскресшего Господа Иисуса Христа, как говорит об этом святый Евангелист Лука: «Господь истинно воскрес и явился Симону»[22]; о том же пишет и святый Апостол Павел: Христос «воскрес в третий день по Писанию и явился Кифе, потом двенадцати»[23]. Узрев Господа, святый Петр исполнился невыразимой радости, прияв от Него и милостивое прощение своего греха. Троекратное отречение от Господа он окончательно изгладил троекратным исповеданием своей любви к Спасителю, отвечая ему на Его вопрос троекратный:

— Симон Ионин! Любишь ли ты Меня?

— Господи! Ты всё знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя.

И Христос Спаситель восстановил Петра в апостольском достоинстве, соделав его пастырем словесных овец и вручив ему ключи Царства Небесного[24].

По вознесении Господа нашего Иисуса Христа святый Петр, как верховный среди Апостолов, явился первым учителем и проповедником Слова Божия, приобретя одним часом Церкви [639]Христовой до трех тысяч верующих душ[25]. При этом он обнаружил и великую чудодейственную силу. Входя со святым Иоанном в храм для молитвы, святый Петр увидел одного хромого от рождения человека, сидевшего при дверях храма, называемых Красными. Он, увидев Петра и Иоанна просил у них милостыни. Петр с Иоанном, всмотревшись в него, сказали:

— Взгляни на нас.

И он пристально смотрел на них, надеясь получить от них что-нибудь. Но Петр сказал:

— Серебра и золота нет у меня; а что имею, то даю тебе: во Имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи.

«И взяв его за правую руку, поднял; и вдруг укрепились его ступни и колена, и вскочив встал, и начал ходить, и вошел с ними в храм, ходя и скача и хваля Бога».

Чрез это чудо и проповедь святаго Апостола Петра уверовало во Христа около пяти тысяч человек[26]. Жителей Иерусалима Ананию и жену его Сапфиру святый Петр умертвил словом за святотатство и ложь Святому Духу[27]. В Лидде[28] расслабленного Енея, восемь лет лежавшего на одре, он исцелил, сказав ему:

— Еней! Исцеляет тебя Иисус Христос![29]

В Иоппии[30] он воскресил умершую девицу Тавифу[31]. И не только руки и слова его были чудодейственны, но даже и самая тень его подавала исцеления: «так что выносили больных на улицы и полагали на постелях и кроватях, дабы хотя тень проходящего Петра осенила кого из них»[32]. — А когда «царь Ирод поднял руки на некоторых из принадлежащих к церкви (в Иерусалиме), чтобы сделать им зло», и, убив мечом Иакова, брата Иоанна[33], схватил святаго Петра и посадил в темницу, сковав двумя цепями, то Ангел Господень ночью разре[640]шил его от оков и освободил от заключения[34]. — Верховный Апостол Петр первый открыл дверь веры язычникам, крестив в Кесарии[35] римского сотника Корнилия после видения ниспущенного с неба полотна, полного четвероногими и гадами, и — го́лоса, повелевающего Петру заколоть всё это и есть и не почитать нечистым того, что Бог очистил; видение это было знамением обращения ко Христу язычников[36]. — Святый Апостол Петр обличил Симона, волхва самаритянина, лицемерно принявшего Крещение и хотевшего за деньги купить дар Святаго Духа:

— Серебро твое, — сказал Апостол волхву, — да будет в погибель с тобою, потому что ты помыслил дар Божий получить за деньги: нет тебе в сем части и жребия, ибо сердце твое не право пред Богом; итак, покайся в сем грехе твоем и молись Богу: может быть отпустится тебе помысл сердца твоего, ибо вижу тебя исполненного горькой желчи и в узах неправды[37].

Здесь помянутые и другие деяния святаго Апостола Петра более подробно изложены во святом Евангелии и Книге Деяний святых Апостолов, которые постоянно читаются в храмах в слух верующих. Поэтому не было нужды в видах краткости слова из этих книг Священного Писания брать подробно всё, касающееся святаго Апостола Петра; книги эти хорошо должны быть известны православным христианам. О дальнейших же благовестнических подвигах и трудах святаго Апостола Петра, мало кому известных, святый Симеон Метафраст[38] говорит следующее.

Из Иерусалима[39] святый Петр пришел в Кесарию Стратонийскую[40], где поставил епископа из пресвитеров, следовавших [641]с ним; исцелив многих в Сидоне[41] и поставив здесь епископа, он прибыл в Верит[42], и тут также поставив епископа; затем он пришел в Вивлы, и отсюда в — Триполь Финикийский[43], где обитал у одного разумного мужа Марсона, которого и рукоположил во епископа верным этого города. Из Триполя он пришел в Орфосию; затем в Антраду, потом на остров Арадос, далее в Валанею, Пант и Лаодикию[44]; в последней он исцелил многих больных, изгнал от одержимых нечистых духов и собрал церковь верных, дав им епископа. Из Лаодикии святый Петр пришел в Антиохию, город Сирии[45], где скрывался Симон волхв от воинов, посланных Римским императором Клавдием[46], чтобы его взять; узнав о пришествии святаго Апостола Петра, Симон убежал в города Иудеи. В Антиохии святый Петр исцелил многих недужных и после проповеди о Едином Боге в Трех Лицах поставил епископов: Маркиана — для Сиракуз в Сицилии[47] и Панкратия — для Тавромении[48]. Из Антиохии святый Петр пришел в Тиниан Каппадокийский[49], отсюда посетил Анкиру Галатийскую[50], в которой воскресил мертвеца и устроил церковь, многих огласив и крестив и поставив им епископа. Оставив Анкиру, он направился в Синоп Понтийский[51], а отсюда пришел в Амасию, занимающую средину Понтийской земли. Затем, побывав в Гангре Пафлагонском[52], Клавдиополе Гонориадийском и Вифинийской[53] Никомидии, святый Апостол остановился в Никее[54]. Намереваясь [642]идти в Иерусалим на праздник Пасхи, он из Никеи повернул назад, — пришел в Писсинунт, а потом в Каппадокию и Сирию. Снова посетив Антиохию, он, наконец, достиг Иерусалима. Во дни его пребывания здесь к нему пришел, на третий год после своего обращения ко Христу, святый Апостол Павел, как сам он сообщает об этом в послании Галатам:

«Спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать»[55].

Уставив за это время церковные законоположения, святый Павел отошел на дело, к которому был призван; святый же Апостол Петр опять посетил Антиохию, где поставил епископа Еводия; прибыв, потом, в Синад, город Фригии[56], он удалился из него в Никомидию[57]; в ней он поставил епископа Прохора[58], который и по принятии епископства следовал за святым Иоанном Богословом. Придя из Никомидии в Илион, город Геллеспонтский[59], святый Апостол поставил здесь епископом Корнилия Сотника и возвратился в Иерусалим. Тут явился святому Петру в видении Господь Иисус Христос, говоря:

— Встань Петр и иди на Запад: настало время просветиться ему твоею проповедью; Я же пребуду с тобою.

В это время Симон волхв[60] был уже взят искавшими его воинами и приведен в Рим[61], чтобы принять наказание по своим [643]делам. Но он, омрачив волшебною хитростью умы многих, так обольстил их, что не только не понес наказания, а даже многими начал почитаться как бог. Этот предтеча сатаны настолько изумил своим волшебством самого кесаря Клавдия, что была изваяна статуя волхва и поставлена между двумя мостами на Тибре с такой надписью: «Симону, святому богу». Об этом подробно пишут Иустин[62] и Ириней[63]. Мы же (говорит Симеон Метафраст) возвратимся к предстоящему нам слову. Великий Петр, возвестив братии о бывшем ему видении, простился с ними и, посещая церкви, снова прибыл в Антиохию, где застал святаго Апостола Павла. Здесь он поставил епископов: Урвана — Тарсу[64], Епафродита — Левкии Адриатийской, Апеллия, брата Поликарпа[65], — Смирне[66] и Фигелла — Ефесу[67]; о последнем говорят, что он, уклонившись с правого пути, вступил в общение с Симоном. Из Антиохии святый Петр пришел в Македонию[68], где тоже поставил епископов: Олимпа — Филипписиям[69], Иасона — Солунянам[70] и Коринфянам[71] — Силу, ко[644]торого нашел пребывающим у святаго Апостола Павла. Поставив в Патре епископом Иродиона, святый Петр отплыл в Сицилию и, придя в Тавромению, на короткое время остановился у Панкратия, красноречивейшего мужа; огласив и крестив здесь некоего Максима и поставив его епископом, он прибыл в Рим.

В Риме святый Апостол Петр на площадях и в домах ежедневно проповедовал о Едином Боге — Отце Всемогущем, и Едином Господе Иисусе Христе Сыне Божием, Боге Истинном от Бога Истинного, и Едином Духе Святом, Господе Животворящем; и многих он привлек к Христовой вере, избавив Святым Крещением от обольщения идолопоклонством. Видя всё это, Симон волхв не хотел молчать и таить своей злобы на святаго Петра, — он почитал себе за посрамление проповедь Апостола, которою ниспровергалась его слава; и начал волхв открыто препятствовать истинному учению Апостола своими лживыми словами и делами, — без всякого стыда он прекословил святому Петру среди города. Волхв обольщал народ, возбуждая в нем странные мечты; он показывал предшествующие и последующие за ним привидения, о которых говорил народу, что это души умерших; показывал он и воскресших из мертвых, кланявшихся ему как богу; исцелял хромых, возвращая им способность ходить и скакать. Но всё это было не действительность, а призрак, подобный баснословному Протею[72], видоизменявшемуся различным образом: то являвшемуся с двумя лицами, то, спустя немногое время, превращавшемуся в козу, змея, птицу, то уподоблявшемуся огню, словом, принимавшему на себя всякий вид для прельщения безумных. Но достаточно было великому Апостолу Господню взглянуть на дела Симона — и тотчас исчезали волхвования последнего.

О борьбе святаго Апостола Петра с Симоном волхвом, кроме Метафраста, следующее сообщают Пролог и Великие Минеи-Четии:

Когда святый Петр пришел в Рим и узнал, что Симон, [645]называя себя Христом, творит пред глазами народа великие чудеса, то, возгоревшись ревностию по Истинном Боге, он отправился к дому Симона, у ворот которого нашел большую толпу людей; они возбраняли Апостолу проникнуть внутрь дома. Тогда святый Петр сказал:

— Зачем препятствуете мне пройти к льстивому волхву?

— Он не волхв, — отвечали из толпы, — но сильный бог; он поставил у ворот своих сторожа, знающего помышления человеческие.

С этими словами святому Апостолу указали на черного пса, лежавшего в воротах, заметив:

— Эта собака умерщвляет всех, думающих о Симоне неправду.

— Я истину о нем говорю, — подтвердил святый Петр, — Симон от беса.

Затем, приблизившись ко псу, Апостол сказал:

— Иди и передай Симону: Петр, Апостол Христов, хочет войти к тебе.

Пес пошел и человеческою речью передал Симону то, что приказал святый Апостол Петр. Все, слышавшие, как говорил пес, ужасались. Симон, в свою очередь, послал того же пса со словами:

— Пусть войдет сюда Петр.

Когда святый Апостол вошел в дом, Симон начал свое волхвование пред народом на глазах у святаго Петра. Святый же Апостол с помощию силы Христовой явил бо́льшие чудеса. Какие же именно? Из многих этих чудес следующее великое чудо вспоминает древний церковный историк Грек Егезипп, живший около времени Апостолов[73]. В Риме у одной благородной вдовы, из царского рода, умер в молодых летах сын; и безутешно плакала о нем его матерь. Жалевшие ее вспомнили о мужах, явившихся в Риме, о Петре и Симоне волхве — что [646]они воскрешают мертвых; и вот одни призвали к умершему Петра, а другие — Симона. На погребение юноши собралось много людей знатных и народа. И сказал святый Петр Симону волхву, величавшемуся пред всем народом своей силой:

— Кто из нас воскресит сего мертвеца, того учение должно быть признано как истинное.

Народ одобрил решение Апостола. Симон же, надеясь на свою волшебную хитрость, обратился к народу:

— Если я воскрешу мертвого, — убьете ли вы Петра?

— Живого сожжем пред твоими глазами! — закричал народ.

Приступив к одру умершего, Симон начал свое волшебство и при содействии бесов достиг того, что мертвый двинул своею головою. И тотчас народ начал кричать, что юноша жив, — что он воскрес. Святаго же Петра не медля хотели вести на сожжение. Апостол же, дав знак рукой, просил помолчать и, когда наступила тишина, сказал:

— Если юноша жив действительно, то пусть он встанет, и говорит, и ходит; пока же этого не увидите, не сомневайтесь, что Симон обольщает вас своим волшебством.

Симон долго ходил кругом одра, призывая бесовскую силу, но безуспешно; тогда он хотел бежать со стыда; народ же задержал его. А святый Петр, истинный чудотворец, воскресивший Тавифу и соделавший многие иные славные чудеса, став вдали, поднял к Небу очи и руки, и начал молиться:

«Господи Иисусе Христе, повелевший нам Твоим Именем воскрешать мертвых, молю Тебя: оживотвори сего юношу, да познают предстоящие здесь, что Ты — Бог Истинный и нет иного кроме Тебя, живущего и царствующего с Отцем и Святым Духом во веки. Аминь».

После этой молитвы он воззвал к мертвецу:

— Юноша! Встань — тебя исцеляет и воскрешает Господь мой Иисус Христос.

И тотчас мертвый открыл глаза, поднялся и начал ходить и говорить.

Это повествование Егезиппа дополняет Маркелл Римлянин — сначала ученик Симона волхва, впоследствии просвещенный Апостолом Петром святою верою и Святым Крещением. В своем послании к святым мученикам Нерону и Архиллию Маркелл говорит о воскрешенном святым Апостолом юноше:

[647]Юноша, припав к ногам святаго Петра, восклицал:

— Я видел Господа Иисуса, повелевающего Ангелам возвратить меня, по твоему молению, моей вдовствующей матери.

Тогда весь народ стал взывать:

— Един Бог и нет иного, кроме исповедуемого Петром!

Симон же волхв бежал, придав бесовскою силою своей голове вид собачьей; тем не менее народ схватил его, причем одни хотели его побить камнями, а другие — сжечь. Но святый Апостол Петр воспротивился этому, сказав:

— Наш Господь и Учитель не повелел воздавать за зло злом, — пустите его; пусть идет куда хочет: с него довольно стыда, поношения и убеждения в беспомощности своего волшебства.

Освобожденный Симон, — передает Маркелл, — пришел ко мне, предполагая, что я ничего не знаю о чудесном происшествии. Симон привязал к воротам моего дома железной цепью громадного пса и говорил мне:

— Посмотрю, — придет ли к тебе Петр по своему обыкновению.

И через час подошел к дверям святый Петр, отвязал пса, сказав ему:

— Поди скажи Симону волхву: перестань прельщать бесовскою силою людей, за которых Христос пролил Свою Кровь.

Пес пошел и передал, как человек, Симону слова Апостола. Услышав это (говорит Маркелл), я поспешил встретить святаго Петра и принял его с честью в свой дом; Симона же и пса выгнал вон. Пес же, не вредя никому другому, бросился на самого Симона и, схватив его зубами, повалил на землю. Увидев это из окна, святый Петр Именем Христовым запретил псу касаться тела Симона. И пес, не трогая тела волхва, изорвал всю его одежду, так что он стал совершенно голым. При виде этого народ кричал на Симона, насмехаясь и браня его; а затем его выгнали вместе со псом из города. От такого срама и стыда Симон целый год не показывался в Риме, — пока преемник Клавдия Нерон[74], царь нечестивый, не услыхал от злых людей похвал злобному волхву; Нерон отыскал Симона, очень полюбил его и приблизил к себе как друга.

[648]Пролог же и Великие Минеи, кроме того, говорят еще следующее о Симоне волхве.

Симон волхв приказал себя усечь мечем, обещаясь на третий день воскреснуть; вместо же себя он поставил под меч овна, придав ему способность казаться человеком; так овен и был усечен вместо волхва. Святый же Петр, отогнав бесовское наваждение, обличил ложь Симона: все увидели, что в голову усечен не Симон, а овен.

Об окончательной же победе святаго Петра над волхвом, погубившей последнего, все согласно передают таким образом.

Не будучи в состоянии ни в чем победить святаго Апостола Петра и не вынося более стыда и посрамления, волхв обещался вознестись на Небо. Собрав всех служивших ему бесов, Симон с лавровым венком на голове пришел на средину города Рима к одному высокому зданию; поднявшись на последнее, он начал с высоты здания гневно говорить народу:

— Так как вы, Римляне, до сих пор пребываете в своем безумии и, оставив меня, следуете за Петром, то и я покидаю вас; уже не буду я защищать города, но повелю моим ангелам взять меня на ваших глазах на свои руки и вознесусь к отцу моему на Небо, откуда ниспошлю на вас великие казни за то, что вы не послушали слов моих и не веровали моим делам.

Так сказав, волхв всплеснул руками и бросился в воздух; поддерживаемый бесами, он начал летать по воздуху, поднимаясь вверх. Люди же в сильном изумлении говорили друг другу:

— Это дело Божие — летать с плотью по воздуху!

Великий же Апостол Петр начал громко, в услышание всех, молиться Богу:

— Господи Иисусе Христе, Боже мой! Обличи прелесть волхва сего, дабы не соблазнились верующие в Тебя!

А потом он воззвал:

— Вам, о бесы! повелеваю Именем Бога моего: не носите его более, но оставьте его там, где он сейчас находится в воздухе.

И тотчас бесы, повинуясь запрещению Апостола, покинули Симона в воздухе; и полетел окаянный волхв на землю, как некогда диавол, сверженный с Неба долу, и, упавши, разбился. Присутствовавший при этом народ долго восклицал:

[649]— Велик Бог, проповедуемый Петром, и воистину нет иного Бога, кроме Него!

Упавший же волхв, хотя и сильно разбился, но, по Божию устроению, был еще жив, чтобы познать бессилие окаянных бесов и свое собственное, исполниться посрамления и уразуметь силу всемогущего Бога. С раздробленными членами лежал он на земле, испытывая невыразимые страдания, а на утро с мучением изверг свою нечистую душу, предав ее в руки бесов, чтобы отнести в ад к сатане, отцу их. Святый же Петр после низвержения Симона стал на возвышенном месте и, дав знак рукою к молчанию, начал учить народ познанию Истинного Бога; и многих своим продолжительным словом обратил к христианской вере.

Царь Нерон, узнав о позорной кончине своего друга, чрезвычайно разгневался на святаго Петра и хотел его убить. Но, как повествует святый Метафраст, яростный царь не тотчас, а лишь спустя несколько лет, исполнил свое злобное намерение относительно святаго Апостола Петра. По смерти Симона волхва святый Петр пробыл в Риме недолго; обратив многих и крестив, утвердив Церковь и поставив епископом Лина, он пошел из Рима в Тарракину[75], где Епафродита (другого, а не вышеупомянутого) поставил епископом. Прибыв в Сирмию, город Испании, и рукоположив здесь во епископа Епенета, он удалился в Карфаген, в Африке, где посвятил во епископа Крискента. Достигнув Египта, он поставил в нем епископов: Седмовратным Фивам — Руфа, Александрии — Евангелиста Марка. Затем, по откровению, он был в Иерусалиме в день Успения Пречистой Девы Марии Богородицы, и снова возвратился в Египет. Пройдя Африку, он достиг Рима, отсюда пришел в Медиолан, и потом Фотикин[76], где поставил епископов и пресвитеров. Удалившись в Британию[77], он прожил здесь долгое время, привлекши многие народы к вере Христовой. В Британии святому Апостолу Петру было явление Ангела, сказавшего ему:

[650]— Петр! Приблизилось время твоего отшествия из этой жизни. Тебе должно идти в Рим, где, претерпевши крестную смерть, ты получишь достойное воздаяние от Христа Господа.

Возблагодарив Бога, святый Петр после явления остался на несколько дней в Британии, утверждая церкви, поставляя епископов, пресвитеров и диаконов. В двенадцатый год правления Нерона он прибыл в Рим и поставил, как помощника в церковном управлении, епископом Климента, хотя последний и отказывался, не желая возлагать на себя такое иго. Вняв увещаниям Апостола, Климент, как послушный сын, преклонил свою выю под Христов ярем и вместе с учителем своим и прочими священными мужами влек колесницу Слова Божия. И многие в Риме благородные и знатные мужи и жены просвещались верою и Святым Крещением. Были же у царя Нерона две жены, замечательной красоты, которых он любил более всех прочих своих наложниц. Приняв святую веру, они решили вести целомудренную жизнь и не хотели повиноваться похотным желаниям царя. Он же, бесстыднейший и ненасытимый блудник, разгневался за это на всю церковь верных, а особенно — на Апостола Петра, виновника обращения ко Христу помянутых жен, начавших целомудренную жизнь. Вспомнил царь и смерть любимого друга Симона волхва и начал искать святаго Петра для смертной казни. Вышеупомянутый церковный историк Егезипп сообщает, что когда святаго Петра искали для убиения, верные просили его, ради пользы многих, скрыться, — удалиться из Рима. Апостол никак не соглашался на это, желая лучше за Христа страдать и умереть; верующие же с плачем умоляли Апостола сохранить жизнь свою, столь нужную святой Церкви, обуреваемой среди неверных волнами бед. Склонившись на слезные мольбы всего словесного стада, святый Петр дал обещание скрыться из города, и в следующую ночь, простившись со всеми после соборного моления, удалился один. И когда он был у городских ворот, то увидел идущего ему навстречу в город Господа Иисуса Христа; поклонившись ему, святый Петр спросил:

— Куда идешь, Господи?

— Иду в Рим, чтобы снова распяться, — ответил ему Господь и стал невидим.

Изумленный Апостол понял, что Христос, страдающий в [651]рабах Своих, как в Своих действительных членах, хочет и в его теле пострадать в Риме. Поэтому он опять возвратился к верным и был взят воинами на смерть. Святый Метафраст говорит, что святый Петр был взят не один, а с множеством верных, среди коих находились: Климент, Иродион, Олимп; их мучитель осудил на усекновение мечом, а святаго Апостола Петра — на распятие. Взявши осужденных, воины повели их на место казни; Климента, как родственника царского, они пощадили, отпустив на свободу; Иродиона же и Олимпа, пришедших в Рим с Апостолом Петром, вместе с многими верующими убили мечом. Святый же Петр молил своих распинателей, чтобы распяли его вниз головой, почитая этим Господа своего, на кресте распявшегося волею, — он не хотел уподобляться Ему в образе распятия, желая под ноги Его преклонить свою голову. Так скончался великий Апостол Господень, святый Петр, прославив Бога крестною смертью: терпя великую муку от гвоздей в руках и ногах, он предал непорочную душу свою в руки Божии 29 июня[78]. Ученик его, святый Климент, испросив тело Апостола, снял его со креста, опрятал и, созвав оставшихся верных и святителей, похоронил с честию; также предали честному погребению тела и пострадавших с ним Иродиона, Олимпа и прочих верных, славя Христа Бога, со Отцем и Святым Духом славимого во веки. Аминь.

Жития Святых (1903-1911) - разделитель 7.png

[652]
Жития Святых (1903-1911) - заставка 25.png
Житие, подвиги и страдание
святаго славного и всехвального верховного Апостола
Павла

Святый Апостол Павел, прежде апостольства называемый Савл[79], по происхождению был еврей от племени Вениаминова; родился он в Тарсе киликийском, от родителей знатных, живших прежде в Риме, потом переселившихся в Тарс киликийский[80], с почетным званием римских граждан, посему и Павел назывался римским гражданином. Он приходился сродником святому первомученику Стефану и (вероятно вместе с ним) послан был родителями в Иерусалим для изучения Моисеева Закона; там он был в числе учеников славного в Иерусалиме учителя Гамалиила. Товарищем по учению и другом его был Варнава, ставший потом Апостолом Христовым. Савл основательно изучил Закон отцов, сделался великим приверженцем его и присоединился к партии фарисеев [653](строгих ревнителей всего отечественного и наружно благочестивых).

В то время в Иерусалиме и в окрестных городах и странах святые Апостолы распространяли благовестие Христово; причем у них часто происходили долгие споры с фарисеями и саддукеями (отвергавшими предание и не верившими в бессмертие души) и со всеми книжниками и законоучителями иудейскими, которые постоянно ненавидели и преследовали проповедников Христовых. Ненавидел святых Апостолов и Савл, и даже слушать не хотел той проповеди о Христе, издевался над Варнавою (уже ставшим Апостолом Христовым), и произносил хулу на Господа Христа. А когда святый первомученик Стефан был побиваем камнями от Иудеев, Савл не только не сожалел о родной ему крови, невинно проливаемой, но и одобрял убийство и сторожил одежды Иудеев, поражавших Стефана. После того, испросив себе полномочие от архиереев и старейшин иудейских, он еще с большею яростью терзал Церковь (собрание верных): входя в домы и схватывая мужчин и женщин, отсылал их в темницы. Не удовлетворяясь гонением верных в Иерусалиме и продолжая дышать угрозами и убийством на учеников Господа, он отправился и в Дамаск[81], с письмами первосвященника к синагогам, чтобы и там, кого найдет из верующих в Христа, и мужчин и женщин, связав, приводить в Иерусалим. Это происходило в царствование Тиверия[82].

Когда Савл приближался уже к Дамаску, вдруг осиял его свет с Неба (так внезапно, сильно и ослепительно, что он упал на землю), и в то же мгновение услышал Голос, говоривший ему:

Са́вле, Са́вле, что́ мѧ го́ниши?

[654]Он же, полный изумления, спросил:

Кто̀ є҆сѝ, гдⷭ҇и?

Господь же сказал:

А҆́зъ є҆́смь і҆и҃съ, є҆го́же ты̀ го́ниши: жестоко́ ти є҆́сть проти́вꙋ рожнꙋ̀ пра́ти[83].

Савл в трепете и ужасе спросил:

Гдⷭ҇и, что́ мѧ хо́щеши твори́ти?

И Господь сказал:

Воста́ни и҆ вни́ди во гра́дъ, и҆ рече́тсѧ тѝ, что́ ти подоба́етъ твори́ти[84].

В ужасе были и воины, шедшие с Савлом и, пораженные необыкновенным светом, стояли в оцепенении: голос, говорящий к Савлу, они слышали, а никого не видели.

По повелению Господа, Савл встал с земли и с открытыми глазами своими никого не видел: ослепли телесные его очи, но начали прозирать очи духовные.

Проводники и помощники Савла повели его за руку и привели в Дамаск; там он пробыл три дня, ничего не видя, и в чувстве раскаяния не ел и не пил, и только непрестанно молился, чтобы Господь открыл ему волю Свою.

В Дамаске же был святый Апостол Анания[85], которому Господь, явясь в видении, повелел отыскать Савла, жившего в дому некоего мужа, по имени Иуды, и просветить телесные его очи прикосновением, а душевные — Святым Крещением.

Апостол отвечал:

Гдⷭ҇и, слы́шахъ ѿ мно́гихъ ѡ҆ мꙋ́жи се́мъ, кѡли́ка зла̑ сотворѝ ст҃ы̑мъ[86] твои̑мъ во і҆ерⷭ҇ли́мѣ: и҆ здѣ̀ и҆́мать вла́сть ѿ а҆рхїерє́й, свѧза́ти всѧ̑ нарица́ющыѧ и҆́мѧ твоѐ.

Но Господь сказал ему:

И҆дѝ, ꙗ҆́кѡ сосꙋ́дъ и҆збра́нъ мѝ є҆́сть се́й, пронестѝ и҆́мѧ моѐ пред̾ ꙗ҆зы́ки и҆ царьмѝ, и҆ сынмѝ і҆и҃левыми. а҆́зъ бо скажꙋ̀ є҆мꙋ̀, є҆ли́ка подоба́етъ є҆мꙋ̀ ѡ҆ и҆́мени мое́мъ пострада́ти[87].

[655]Святый Апостол ПавелСвятый Анания, отправясь по повелению Господню и отыскав Савла, возложил на него руки: и тотчас как бы чешуя отпала от глаз его, вдруг он прозрел и, встав, принял Крещение и исполнился Духа Святаго, посвящающего его в апостольское служение, и переименован был из Савла в Павла, и немедленно начал проповедовать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий[88].

И все слышавшие удивлялись (этой перемене в мыслях гонителя Церкви Христовой) и говорили:

Не се́й ли є҆́сть гони́вый во і҆ерꙋсали́мѣ нарица́ющыѧ и҆́мѧ сїѐ: и҆ здѣ̀ на сїѐ прїи́де, да свѧ̑заны ты̑ѧ приведе́тъ ко а҆рхїере́ємъ?[89]

А Савл более и более укреплялся в вере и приводил в замешательство Иудеев, живущих в Дамаске, доказывая им, что Сей есть Христос (т. е. обетованный Мессия). Иудеи наконец воспылали на него гневом, согласились убить его и сторожили у ворот городских день и ночь, чтобы он не убежал от них. Ученики же Христовы, бывшие в Дамаске с Ананией, узнавши о совещании Иудеев, решивших убить Павла, взяли его и ночью в корзине спустили из окна дома, примыкавшего к городской стене. Он [656]же, вышедши из Дамаска, не тотчас направился к Иерусалиму, но прежде пошел в Аравию[90], как сам о том пишет в послании к Галатам:

Не приложи́хсѧ (говорит) пло́ти и҆ кро́ви, ни взыдо́хъ во і҆ерꙋсали́мъ къ пе́рвѣйшымъ менѐ а҆по́столѡмъ: но и҆до́хъ во а҆ра́вїю, и҆ па́ки возврати́хсѧ въ дама́скъ. Пото́мъ же по трїе́хъ лѣ́тѣхъ взыдо́хъ во і҆ерꙋсали́мъ соглѧ́дати петра̀[91].

Пришедши же в Иерусалим, Павел святый старался присоединиться к ученикам Господа, но те опасались сего, не веря, что и он уже ученик Господень. Святый же Апостол Варнава, увидев его и убедившись в обращении его ко Христу, обрадовался и, взяв его за руку, привел к Апостолам, и Павел рассказал им, как он на пути видел Господа, и что сказал ему Господь, и как он — Павел — в Дамаске смело проповедовал во Имя Иисуса. И святые Апостолы исполнились радости и прославили Господа Христа. Павел же святый и в Иерусалиме о Имени Господа Иисуса состязался с Иудеями и еллинистами[92] и доказывал им, что Иисус есть предсказанный пророками Христос.

Однажды, стоя в церкви и молясь, Павел неожиданно и непроизвольно пришел в исступление[93] и увидел Господа. Господь сказал ему:

Потщи́сѧ и҆ и҆зы́ди ско́рѡ и҆з̾ і҆ерꙋсали́ма, занѐ не прїи́мꙋтъ свидѣ́тельства твоегѡ̀, є҆́же ѡ҆ мнѣ̀[94].

Павел же сказал:

Гдⷭ҇и, са́ми вѣ́дятъ, ꙗ҆́кѡ а҆́зъ бѣ́хъ всажда́ѧ въ темни́цꙋ и҆ бїѧ̀ по со́нмищахъ вѣ́рꙋющыѧ въ тѧ̀. и҆ є҆гда̀ и҆злива́шесѧ кро́вь стефа́на, свидѣ́етелѧ твоегѡ̀, и҆ са́мъ бѣ́хъ стоѧ̀ и҆ соизволѧ́ѧ ᲂу҆бїе́нїю є҆гѡ̀ и҆ стрегі́й ри́зъ ᲂу҆бива́ющихъ є҆го̀[95].

[657]И сказал ему Господь:

И҆дѝ, ꙗ҆́кѡ а҆́зъ во ꙗ҆зы́ки дале́че послю́ тѧ[96].

После сего видения Павел святый, хотя и желал еще несколько дней пробыть в Иерусалиме, утешаясь свиданием и беседою с Апостолами, но не мог: иудеи, с коими он спорил о Христе, разъярились и хотели убить его. Узнав о сем, иерусалимские христиане проводили его в Кесарию[97] и оттуда морем отправили в Тарс (на его родину), где он и пробыл несколько времени, проповедуя соотечественникам слово Божие.

Сюда же потом, по внушению Святаго Духа, пришел Варнава и взял Павла с собою в Антиохию Сирийскую, зная о назначении его быть Апостолом язычников; проповедуя здесь целый год в синагогах, они многих обратили ко Христу и назвали их христианами[98]. По прошествии же года оба святые Апостолы, Варнава и Павел, возвратились в Иерусалим и рассказали святым Апостолам то, что произвела благодать Божия в Антиохии, и весьма обрадовали Христову Церковь в Иерусалиме[99]. При этом они принесли обильную милостыню от доброхотных жертвователей в Антиохии, в пользу живших в Иудее братий нищих и убогих[100], так как в то время, в царствование Клавдия[101], был великий голод, предсказанный, по особен[658]ному откровению Святаго Духа, святым Агавом, одним из 70 Апостолов[102].

Вышедши из Иерусалима, Варнава и Павел опять пришли в Антиохию. Когда они пробыли здесь несколько времени в посте и молитвах, в служении Божественной Литургии и в проповедании Слова Божия, благоугодно было Святому Духу послать их к язычникам на проповедь[103]. Дух Святый сказал к старейшинам в Антиохийском собрании:

Ѿдѣли́те мѝ варна́вꙋ и҆ са́ѵла на дѣ́ло, на не́же призва́хъ и҆̀хъ[104].

Тогда пресвитер, совершив пост и молитву и возложив на них руки, отпустил их[105].

По внушению Святаго Духа, Варнава и Павел пришли в Селевкию[106] и оттуда отплыли в остров Кипр (на родину Апостола Варнавы). Здесь, бывши в Саламине[107], проповедовали Слово Божие в синагогах иудейских и прошли весь остров даже до Пафа[108], где нашли они некоего Елима (волхва) лжепророка иудеянина, именем Вариисуса, который находился при тамошнем проконсуле Сергие Павле, муже разумном и, как видно, имел влияние на него. Проконсул, призвав Варнаву и Савла, пожелал услышать от них Слово Божие и внимал их про[659]поведи. А Елима волхв, противляясь им, старался отвратить проконсула от веры. Святый же Павел, исполнившись Духа Святаго и устремив взор на волхва, сказал:

Ѽ и҆спо́лненне всѧ́кїѧ льстѝ, и҆ всѧ́кїѧ ѕло́бы, сы́не дїа́воль, вра́же всѧ́кїѧ пра́вды, не преста́неши ли развраща́ѧ пꙋти̑ гдⷭ҇ни пра̑выѧ; и҆ ны́нѣ се рꙋка̀ гдⷭ҇нѧ на тѧ̀, и҆ бꙋ́деши слѣ́пъ, не ви́дѧ со́лнца до вре́мене[109].

И вдруг напал на волхва мрак и тьма, и он, обращаясь туда и сюда, искал вожатого.

Тогда проконсул, увидев происшедшее, вполне уверовал, дивясь учению Господню. Уверовало с ним и много народа, и увеличивалось собрание верных.

Отплыв из Пафа, Павел и бывшие при нем прибыли в Пергию, что в Памфилии, из Пергии — в Антиохию Писидийскую[110]. Здесь они проповедовали о Христе, и когда уже многих привели к вере, то завистливые Иудеи подстрекнули начальных в городе людей, приверженных к язычеству и, с помощию их, изгнали Апостолов святых из города и окрестностей его.

Апостолы, отрясши здесь прах от ног своих, пошли в Иконию[111] и пребывая там довольно времени, смело проповедовали и привели к вере великое множество Иудеев и язычников, не только проповедию, но и знамениями и чудесами, которые совершались руками их; там они обратили и святую деву Феклу[112] и уневестили ее Христу. А неверующие Иудеи возбуждали язычников и начальников их воспротивиться Апостолам и побить их камением. Узнав о сем, Апостолы удалились в Ликаонские города — Листру и Дервию — и в окрестности их[113].

Благовествуя в Листре, они исцелили некоего человека, ко[660]торый был хром от чрева матери своей и никогда не ходил; Именем Христовым они воздвигли его на ноги, и он тотчас встал и стал ходить. Народ, увидев это чудо, возвысил свой голос, говоря по-ликаонски:

Бо́зи ᲂу҆подо́бльшесѧ человѣ́кѡмъ снидо́ша къ на́мъ[114].

И называли Варнаву Зевсом, а Павла Ермием[115], и приведя волов и принеся венки, хотели принести Апостолам жертвы. Но Варнава и Павел (услышав о сем) разодрали свои одежды и, подойдя к народу, громко говорили:

Мꙋ́жїе, что̀ сїѧ̑ творитѐ: и҆ мы̀ подобостра̑стни є҆смы̀ ва́мъ человѣ́цы[116].

И предложили к ним слово о Едином Боге, Который сотворил Небо, и землю, и море, и всё, что в них, и посылает с неба дожди и времена плодоносные, и исполняет пищею и веселием сердца людей. И говоря сие, они едва убедили народ не приносить им жертвы. В то время, как они пребывали в Листре и учили, пришли некоторые Иудеи из Антиохии и Иконии и убеждали народ отстать от Апостолов, дерзко говоря, что они не говорят ничего истинного, а всё лгут, и еще на худшее возбудили легковерных, ибо Павла святаго, как главного проповедника, побили камнями и вытащили за город, считая его уже умершим.

Он же (при помощи верующих), поднявшись, вошел опять в город, а на другой день удалился с Варнавою и Дервию. Проповедав Евангелие в сем городе и приобретши довольно учеников, они обратно проходили Листру, Иконию и Антиохию, утверждая души учеников и умоляя их пребывать в вере. Рукоположив им пресвитеров к каждой церкви, они помолились, соблюдая пост, и предали их Господу, в Коего уверовали.

Потом, прошедши чрез Писидию, пришли в Памфилию[117], и проповедав слово Господне в Пергии, сошли в Атталию[118], а из нее отплыли в Антиохию Сирскую, откуда первоначально были посланы Духом Святым проповедовать язычникам Слово [661]Господне. И, прибыв в Антиохию, собрали верных, и рассказали всем, что сотворил Бог с ними, и сколько народа языческого приведено ко Христу.

Спустя некоторое время между веровавшими Иудеями и еллинистами в Антиохии возник спор относительно обрезания: одни говорили, что невозможно спастись без обрезания, другие считали обрезание тяжелым для себя делом. Посему оказалось нужным Апостолу Павлу с Варнавою идти в Иерусалим к старейшим Апостолам и пресвитерам — спросить у них мнения касательно обрезания и при этом известить их, что Бог отверз дверь веры язычникам; сею последнею вестью они весьма обрадовали всю братию Иерусалимскую.

В Иерусалиме, на соборном совещании, святые Апостолы и пресвитеры совершенно устранили ветхозаветное обрезание, как ненужное при новой благодати, и заповедали только — воздерживаться от идоложертвенной пищи, от блудных дел и чтобы ничем не обижали ближнего, и с этим решением отпустили из Иерусалима в Антиохию Павла и Варнаву, а с ними — Иуду и Силу.

Пришедши в Антиохию, Апостолы пробыли там довольно времени и опять отправились к язычникам, разлучась друг от друга: Иуда возвратился в Иерусалим; Варнава, взяв с собой Марка, сродника своего, направился в Кипр; а Павел, избрав Силу, пошел в Сирию и Киликию, и, проходя тамошние города, утверждал верных. Пришедши в Дервию и Листру, он обрезал в Листре Тимофея, ученика своего, чтобы только утолить ропот иудействующих христиан[119] и взял его с собою. Оттуда отправился во Фригию и Галатийскую страну, потом пришел в Мисию и думал было идти в Вифинию[120], но это не угодно было Духу Святому[121]. Ибо когда Павел находился с своими спутниками в Троаде[122], было ему ночью следующее ви[662]дение: какой-то муж, по виду Македонянин, стал пред ним и умолял его, говоря:

Прише́дъ въ македо́нїю, помозѝ на́мъ[123].

Из этого видения Павел понял, что Господь зовет его на проповедь в Македонию. И, отплыв из Троады, прибыл на остров Самофраки, на другой день в Неаполь[124], оттуда в Филиппы, ближайший город Македонии, бывший колониею Римлян. В Филиппах он прежде всего научил Христовой вере и крестил женщину Лидию, торговавшую багряницею (тканями и одеждами багряного или красного цвета); она упросила его поселиться с учениками своими в ее доме.

Однажды, когда Павел шел с учениками в собрание на молитву, встретила его какая-то служанка, одержимая нечистым духом прорицательным, которая прорицаниями доставляла большой доход господам своим. Идя за Павлом и его спутниками, она кричала, говоря:

Сі́и человѣ́цы рабѝ бг҃а вы́шнѧгѡ сꙋ́ть, и҆̀же возвѣща́ютъ на́мъ пꙋ́ть спасе́нїѧ[125].

Это она повторяла много дней.

Павел, вознегодовав[126], обратился к ней и, запретив духу Именем Иисуса Христа, изгнал его из нее.

Тогда господа ее, видя, что потеряна надежда дохода их, схватили Павла и Силу и повели их к начальникам города, говоря:

Сі́и человѣ́цы возмꙋща́ютъ гра́дъ на́шъ, і҆ꙋде́є сꙋ́ще, и҆ завѣщава́ютъ ѡ҆бы́чаи, ꙗ҆̀же не досто́итъ на́мъ прїима́ти, ни твори́ти, ри́млянѡмъ сꙋ́щымъ[127].

Воеводы, сорвав с Апостолов одежды, велели бить их палками и дав им много ударов, ввергли их в темницу. Здесь, около полуночи, когда Павел и Сила молились, потряслась темница, отворились все ее двери, и узы ослабели. Увидев это, сторож темницы уверовал во Христа, привел Апостолов в дом свой, там омыл раны их, немедленно крестился [663]сам со всем домом своим и предложил им трапезу. И Апостолы опять возвратились в темницу.

На другой день начальники города одумались, что они жестоко наказали невинных людей, и послали служителей в темницу с приказанием отпустить Апостолов на свободу, — пусть идут, куда хотят.

Но Павел сказал к ним:

Би́вше на́съ пред̾ людьмѝ, неѡсꙋжде́ныхъ человѣ́кѡвъ, ри́млѧнъ сꙋ́щихъ, всади́ша въ темни́цꙋ: и҆ ны́нѣ ѡ҆́тай и҆зво́дѧтъ на́съ; ни́ бо: но да прише́дше са́ми и҆зведꙋ́тъ на́съ[128].

И посланные, возвратясь, пересказали слова Павла воеводам, воеводы испугались, что узники, коих они избили, оказались римскими гражданами; и, пришедши к ним, упросили их выйти из темницы и из города. Они же, вышедши из темницы, пришли сначала в дом Лидии, у которой прежде жили, и обрадовали собравшихся там верных. Простившись с ними, отправились в Амфиполь и Аполлонию и оттуда — в Солунь[129].

В Солуне, когда они уже многих приобрели благовестием, завистливые Иудеи, собрав несколько негодных людей, устремились к дому Иасона, где пребывали Апостолы Христовы. И не найдя там Апостолов, схватили Иасона и некоторых братьев и повлекли их к начальникам города, клевеща на них, как на противников Кесаря, которые признают царем другого — именно Иисуса. И едва освободился Иасон от этой напасти.

А святые Апостолы, успев скрыться от сих враждебных людей, ночью вышли из Солуня и пришли в Берию[130]; но и там злобная зависть иудейская не дала покоя святому Павлу; когда солунские Иудеи узнали, что и в Берии проповедано Павлом Слово Божие, то пришли и туда, возбуждая и возмущая народ и подстрекая его против Павла. Вынужден был Апостол святый и оттуда уйти, не из личной боязни смерти, но по настоянию братии, да сохранит жизнь свою, ради спасения многих, и братия отпустили его к морю. Спутников же своих — Силу и [664]Тимофея — Апостол оставил в Берии, чтобы утвердили в вере новообращенных, так как он знал, что Иудеи только его одного головы ищут. Сам же он сел в корабль и отплыл в Афины[131].

В Афинах Павел возмутился духом при виде идолов, наполнявших сей город, и скорбел о погибели стольких душ. Он стал толковать в синагогах с Иудеями и ежедневно на площадях с греками и философами их. Слушатели привели его в Ареопаг (так называлось место, где при идольском храме производился общественный суд). Привели же его туда отчасти для того, чтобы выслушать от него в бывшем собрании что-то новое, а отчасти и для того (как думает Златоуст святый), чтобы предать его суду, мукам и смерти, если услышат от него что-нибудь, достойное казни.

Павел же святый, еще прежде увидев в городе какой-то жертвенник, на котором было написано: «неведомому богу», начал свою речь по этому поводу и стал проповедывать им Истинного Бога, доселе неведомого им, говоря:

Е҆гѡ́же не вѣ́дꙋще бл҃голѣ́пнѣ чтетѐ, сего̀ а҆́зъ проповѣ́дꙋю ва́мъ[132].

И начал сказывать им о Боге — Создателе всего мира, и о покаянии, и о суде, и о воскресении мертвых.

Услышав о воскресении мертвых, одни из слушателей насмехались, а другие еще более о сем хотели услышать. И вышел Павел из собрания их неосужденный — как невиновный ни в чем; а Слово Божие, проповеданное им, было не без пользы для приобретения душ: ибо некоторые мужи, пристав к нему, уверовали во Христа; между ними был Дионисий Ареопагит[133] и некая знатная женщина, по имени Дамарь, и другие многие, и крестились.

Оставив Афины, Павел пришел в Коринф[134] и жил там у некоего иудеянина, по имени Акилы; сюда пришли к нему [665]и Сила с Тимофеем из Македонии и вместе проповедовали о Христе. Был же Акила с своею женою Прискиллою ремеслом шатерник; Павлу было знакомо это ремесло, и он работал вместе с ними, и трудом своим приобретал пищу себе и спутникам, как сам от этом говорит в послании к Солунянам:

Нижѐ тꙋ́не хлѣ́бъ ꙗ҆до́хомъ ᲂу҆ когѡ̀: но въ трꙋдѣ̀ и҆ по́двизѣ, но́щь и҆ де́нь дѣ́лающе, да не ѡ҆тѧгчи́мъ никогѡ́же ѿ ва́съ[135].

И опять:

Тре́бованїю моемꙋ̀ и҆ сꙋ́щымъ со мно́ю послꙋжи́стѣ рꙋ́цѣ моѝ сі́и[136].

А во всякую субботу убеждал в синагогах Иудеев, доказывая, что Иисус есть Христос. Но так как они упорно противились и злословили, то он, отрясши одежды свои, сказал им:

Кро́вь ва́ша на глава́хъ ва́шихъ, чи́стъ а҆́зъ, ѿ ны́нѣ во ꙗ҆зы́ки и҆дꙋ̀[137].

И когда он решил уйти из Коринфа, явился ему Господь в видении, ночью, и сказал:

Не бо́йсѧ, но глаго́ли, и҆ да не ᲂу҆мо́лкнеши, занѐ а҆́зъ є҆́смь съ тобо́ю, и҆ никто́же приложи́тъ ѡ҆зло́бити тѧ̀: занѐ лю́дїе сꙋ́ть мѝ мно́зи во гра́дѣ се́мъ[138].

И оставался Павел в Коринфе год и шесть месяцев, поучая Слову Божию Иудеев и Греков, и многие уверовали и крестились, и сам начальник синагоги, Крисп, уверовал в Господа со всем домом своим и крестился. А некоторые, из неуверовавших Иудеев, напали целой толпою на Павла и привели его пред судилище к проконсулу Галлиону (который был братом философа Сенеки[139]), но он отказался судить Павла, говоря:

— Если бы от него была какая-нибудь обида или злой умысел, то я имел бы основание выслушать вас и судил бы его; а в споре вашем об учении и о законе вашем не хочу быть судьей.

И прогнал их от судилища. После сего Павел святый, пробыв там еще довольно дней, простился с братиями и от[666]плыл в Сирию с бывшими при нем. За ним последовали и Акила с Прискиллою, и на пути все остановились в Ефесе[140]. Там, проповедуя Слово Господне, много чудес сотворил святый Апостол Павел, и не только руки его являлись чудотворными, исцеляя одним прикосновением всякий недуг, но и платки его и головные повязки, напитанные потом тела его, имели ту же чудотворную силу: ибо, будучи полагаемы на больных, тотчас исцеляли их и изгоняли нечистых духов от людей. Видя это, некоторые из скитающихся иудейских заклинателей дерзали призывать Имя Господа Иисуса над имеющими злых духов, говоря:

— Заклинаем вас Иисусом, которого Павел проповедует.

Но злой дух отвечал им:

— Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто?

И бросался на них человек, в котором был злой дух, и одолев их, получал над ними такую силу, что бил их и ранил, так что они едва нагие могли убежать от руки бесноватого. Сие сделалось известным всем ефесским Иудеям и Еллинам, и страх напал на всех их, и славимо было Имя Господа Иисуса, и уверовали в Него многие. И даже из тех, которые занимались чародейством, очень многие, по принятии святой веры, собрали свои волшебные книги, и, сосчитавши цены их, нашли, что они стоили 50 тысяч драхм[141], и всенародно сожгли все книги. Так сильно возрастало и возмогало Слово Господне.

Павел же готовился идти в Иерусалим и говорил:

Бы́вшꙋ мнѣ̀ в Иерусалиме, подоба́етъ мѝ и҆ ри́мъ ви́дѣти[142].

Но в это время произошел немалый мятеж в Ефесе от серебряников, делавших модели храма Артемиды. По укрощении мятежа, Павел святый, пробыв в Ефесе 3 года, отправился в Македонию, оттуда пришел в Троаду, где пробыл семь дней.

В первый же день недели, когда верные собрались для преломления хлеба, Павел повел к ним долгую беседу, так как намеревался уйти от них в следующий день, и продолжал ее до полуночи в горнице, освещенной множеством светильников. Среди слушателей один юноша, именем Евтих, сидя на окне, [667]погрузился в глубокий сон и, пошатнувшись сонный, упал вниз, с третьего жилья (этажа), и его подняли без чувств. Святый Павел, сошедши, пал на него и обняв его, сказал:

Не мо́лвите: и҆́бо дꙋша̀ є҆гѡ̀ въ не́мъ є҆́сть[143].

И снова Павел взошел в горницу; привели юношу живого и немало утешились. Павел беседовал еще довольно, даже до рассвета, и, простившись с верующими, ушел оттуда.

Пришедши в Милит[144], Павел послал в Ефес призвать к нему пресвитеров церковных, ибо сам не хотел зайти туда, чтобы не замедлить ему в пути, так как он спешил, чтобы в день Пятидесятницы быть в Иерусалиме.

И когда пресвитеры ефесские собрались к Апостолу, он произнес к ним поучительное слово и между прочим сказал:

Внима́йте себѣ̀ и҆ всемꙋ̀ ста́дꙋ, въ не́мже ва́съ дх҃ъ ст҃ы́й поста́ви є҆пі́скопы, пастѝ це́рковь гдⷭ҇а и҆ бг҃а, ю҆́же стѧжа̀ кро́вїю свое́ю[145].

И предсказал им, что по отшествии его войдут к ним лютые волки, не щадящие стада. Сказал им о предстоящем путешествии:

Се а҆́зъ свѧ́занъ дх҃омъ, грѧдꙋ̀ во і҆ерусали́мъ, ꙗ҆̀же въ не́мъ хотѧ̑щаѧ приключи́тисѧ мнѣ̀ не вѣ́дый: то́чїю ꙗ҆́кѡ дх҃ъ ст҃ы́й по всѧ̑ гра́ды свидѣ́тельствꙋетъ, глаго́лѧ: ꙗ҆́кѡ ᲂу҆́зы менѐ и҆ скѡ́рби ждꙋ́тъ. но ни є҆ди́но же попече́нїе творю̀, нижѐ и҆́мамъ дꙋ́шꙋ мою̀ че́стнꙋ себѣ̀, ра́звѣ є҆́же сконча́ти тече́нїе моѐ съ ра́достїю, и҆ слꙋ́жбꙋ, ю҆́же прїѧ́хъ ѿ гдⷭ҇а і҆и҃са,[146] совершити.

Потом он произнес:

И҆ ны́нѣ сѐ а҆́зъ вѣ́мъ, ꙗ҆́кѡ ктомꙋ̀ не ᲂу҆́зрите лица̀ моегѡ̀ вы̀ всѝ[147].

Тогда немалый плач был у них. Падая на выю Павла, они целовали его, особенно скорбя от сказанного им слова, что они уже не увидят лица его. И провожали его до корабля. Он же, дав всем последнее целование, пустился в путь.

И пройдя многие города и страны, как у берегов моря, так и на островах, и везде посетив и утвердив верных, пристал [668]в Птолемаиде[148]; оттуда пришел в Кесарию Стратонову[149], и поселился в доме святаго Апостола Филиппа, одного из семи диаконов[150].

Сюда к святому Павлу пришел однажды пророк, именем Агав, и, взяв пояс Павла, связал свои руки и ноги, и сказал:

Та́кѡ гл҃етъ дх҃ъ ст҃ы́й: мꙋ́жа, є҆гѡ́же є҆́сть по́ѧсъ се́й, та́кѡ свѧ́жꙋтъ є҆го̀ во і҆ерⷭ҇ли́мѣ і҆ꙋде́и, и҆ предадѧ́тъ въ рꙋ́цѣ ꙗ҆зы́кѡвъ[151].

Когда братия услышали это, то стали со слезами просить Павла, чтобы он не ходил в Иерусалим; но Павел в ответ сказал им:

Что̀ творитѐ, пла́чꙋще и҆ сокрꙋша́юще мѝ се́рдце; а҆́зъ бо не то́чїю свѧ́занъ бы́ти хощꙋ̀, но и҆ ᲂу҆мре́ти во і҆ерⷭ҇ли́мѣ гото́въ є҆́смь за и҆́мя гдⷭ҇а і҆и҃са[152].

И замолчали братия, сказавши:

— Да будет воля Господня!

После сего святый Апостол Павел пошел в Иерусалим с учениками своими (в числе коих был и Трофим ефесянин, из язычников обратившийся ко Христу) и радушно был принят святым Иаковом Апостолом, братом Господним, и всем собранием верных[153].

В это время пришли из Асии[154] в Иерусалим на праздник Пятидесятницы Иудеи, которые постоянно были врагами Павла и везде возбуждали против него мятеж. Увидевши Павла в городе и с ним Трофима ефесянина, они пожаловались на Павла первосвященникам иудейским, и книжникам, и старцам, что [669]он разоряет Закон Моисеев, не велит обрезываться, везде проповедует распятого Иисуса. И друг друга подстрекали против Павла, чтобы схватить его. А когда они увидели святаго Павла в праздник в храме Соломоновом, то вдруг придумали клевету на него, возмутили весь народ и бросились возложить на него руки, крича:

— Мужи Израильские, помогите! Это тот человек, который повсюду учит против народа, Закона и места сего (храма), наконец и язычников ввел во храм и осквернил святое место сие (они думали, что Павел и Трофима ввел во храм).

При этих криках весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа; мятежники, схватив Павла, повлекли его вон из храма, и поспешно затворили двери: они хотели убить Павла, но не в храме, чтобы не осквернить святаго места.

В это время до тысяченачальника полка дошла весть, что весь Иерусалим возмутился. Он, немедленно собрав воинов и сотников, поспешил ко храму; мятежники, увидев тысяченачальника и воинов, перестали бить Павла. Тогда тысяченачальник взял его и велел сковать двумя железными цепями; потом стал допрашивать: кто он и что сделал?

Народ же кричал к тысяченачальнику, чтобы он предал смерти Павла. Но вследствие шума и разнородного говора в народе, начальник нисколько не мог дознаться, в чем именно виноват Павел, и повелел отвести его в крепость. Множество же народа последовало за начальником и воинами, крича, да будет убит Павел. Когда дошли до высшего крыльца, ведущего в крепость, Павел просил тысяченачальника, чтобы он позволил ему сказать несколько слов к народу; тот позволил. И Павел, остановясь на ступенях, обратился к народу и громко заговорил по-еврейски, говоря:

Мꙋ́жїе, бра́тїе и҆ ѻ҆тцы̀, ᲂу҆слы́шите мо́й къ ва́мъ ны́нѣ ѿвѣ́тъ[155].

И начал рассказывать им о своей прежней ревности по Закону Моисея, и как на пути в Дамаск он был осиян небесным светом, и как видел Господа, посылавшего его к язычникам.

Но народ, не желая более его слушать, стал кричать, обращаясь к тысяченачальнику:

[670]— Истреби от земли такого! Ибо ему не до̀лжно жить!

Крича таким образом, они метали одежды и бросали пыль на воздух, увлекаясь яростию, и настаивали убить Павла.

Тысяченачальник приказал ввести его в крепость и распорядился было бичевать его, чтобы выпытать от него: за какую вину так озлобился на него народ? Но когда привязали Павла к столбу ремнями, он сказал стоявшему при нем сотнику:

Человѣ́ка ри́млѧнина и҆ неѡсꙋжде́на лѣ́ть ли є҆́сть ва́мъ би́ти?[156]

Услышав сие, сотник подошел и донес тысяченачальнику, говоря:

— Смотри, что ты хочешь делать! Этот человек — римский гражданин.

Тогда тысяченачальник подошел к Павлу и спросил:

— Скажи мне, ты — римский гражданин?

Он сказал:

Е҆́й[157].

Тысяченачальник смущенно проговорил:

— Я за большие деньги приобрел это гражданство.

И тотчас освободил его от оков.

На другой день тысяченачальник повелел прийти первосвященникам и всему синедриону и поставил пред ними Павла святаго.

Павел, устремив взор на синедрион, сказал:

Мꙋ́жїе бра́тїе, а҆́зъ все́ю со́вѣстїю благо́ю жи́тельствовахъ пре́дъ бг҃омъ да́же до сегѡ̀ днѐ[158].

Первосвященник же Анания при сих словах приказал стоявшим пред ним бить Павла по устам…

Тогда Павел сказал ему:

Би́ти тѧ̀ и҆́мать бг҃ъ, стѣно̀ пова́пленаѧ: и҆ ты̀ сѣди́ши сꙋдѧ̀ мѝ по зако́нꙋ, престꙋпа́ѧ же зако́нъ вели́ши, да бїю́тъ мѧ̀[159].

[671]Заметив же, что в собрании одна часть саддукеев, а другая фарисеев, Павел возгласил, говоря:

Мꙋ́жїе бра́тїе, а҆́зъ фарисе́й є҆́смь, сы́нъ фарисе́овъ: ѡ҆ ᲂу҆пова́нїи и҆ ѡ҆ воскрⷭ҇нїи ме́ртвыхъ а҆́зъ сꙋ́дъ прїе́млю[160].

Когда он сказал это, произошла распря между фарисеями и саддукеями, и собрание разделилось: ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни Ангела, ни духа, а фарисеи признают и то и другое. Поднялся большой крик. Фарисеи говорили:

— Ничего худого мы не находим в сем человеке.

Саддукеи же утверждали противное, и великая распря продолжалась.

Тысяченачальник, опасаясь, чтобы собрание не растерзало Павла, приказал воинам взять его из среды их и отвести в крепость.

В следующую за сим ночь святому Павлу явился Господь и сказал:

Дерза́й, па́вле: ꙗ҆́коже бо̀ свидѣ́тельствовалъ є҆сѝ, ꙗ҆̀же ѡ҆ мнѣ̀, во і҆ерⷭ҇ли́мѣ, си́це тѝ подоба́етъ и҆ въ ри́мѣ свидѣ́тельствовати[161].

С наступлением дня некоторые из ожесточенных Иудеев собрались на совещание и поклялись не есть и не пить до тех пор, пока не убьют Павла. И оказалось более сорока душ, произнесших такое заклятие. Узнав об этом, тысяченачальник отослал Павла, с большим отрядом вооруженных воинов, в Кесарию, к правителю Филиппу.

Проведав о сем, первосвященник Анания со старейшими членами синедриона отправились и сами в Кесарию и клеветали правителю на Павла, хулили его пред правителем и [672]усильно домогались смерти его, но ни в чем не успели, ибо не найдено было в нем никакой вины, достойной смерти. Однако же правитель, желая доставить удовольствие Иудеям, оставил Павла в узах.

Прошло два года. На место Филиппа правителем поступил Порций Фест. Архиереи просили его, чтобы он отослал Павла в Иерусалим. А это затеяли они с злым умыслом: на дороге они надеялись убить Апостола Христова. И когда Фест спросил Павла, хочет ли он идти в Иерусалим на суд?

Павел отвечал:

На сꙋди́щи ке́саревѣ стоѧ̀ є҆́смь, и҆дѣ́же мѝ досто́итъ сꙋ́дъ прїѧ́ти. І҆ꙋдє́й ничи́мже ѡ҆би́дѣхъ, ꙗ҆́коже и҆ ты̀ до́брѣ вѣ́си. А҆́ще бо непра́вдꙋю, и҆лѝ досто́йно сме́рти сотвори́хъ что̀, не ѿме́щꙋсѧ ᲂу҆мре́ти: а҆́ще ли же ничто́же є҆́сть во мнѣ̀, є҆́же сі́и на мѧ̀ клеве́щꙋтъ, никто́же мѧ̀ мо́жетъ тѣ̑мъ вы́дати: ке́сарѧ нарица́ю[162].

Тогда Фест, поговорив с советниками, отвечал Павлу:

— Ты потребовал суда кесарева, к кесарю и отправишься.

Спустя несколько дней в Кесарию пришел царь Агриппа[163] поздравить Феста и, узнав о Павле, пожелал его видеть. И когда Павел, представ царю Агриппе и правителю Фесту, подробно рассказал им о Христе Господе и о том, как он уверовал в Него, царь Агриппа сказал ему:

— Ты немного не убеждаешь меня сделаться христианином.

Павел же отвечал:

Моли́лъ ᲂу҆́бѡ бы́хъ бг҃а, и҆ вма́лѣ и҆ во мно́зѣ, не то́кмѡ тебѐ, но и҆ всѣ́хъ слы́шащихъ мѧ̀ дне́сь, бы́ти и҆̀мъ та́цѣмъ, ꙗ҆́ковъ и҆ а҆́зъ є҆́смь, кромѣ̀ ᲂу҆́зъ си́хъ[164].

После сих слов царь, правитель и бывшие с ними встали; отшедши в сторону, совещались между собою и решили:

«Этот человек не сделал ничего достойного смерти или уз».

Агриппа же сказал Фесту:

— Можно было бы освободить его, если бы он не потребовал суда у кесаря.

[673]Таким образом решили отправить Павла в Рим к кесарю и отдали его и некоторых других узников сотнику царского полка, именем Юлию; а сей, приняв узников и Павла, посадил их на корабль, и все пустились в плавание.

Плавание их было весьма небезопасно, вследствие противных ветров; когда же они подплыли к острову Криту и вошли в место, называемое «хорошие пристани», Павел святый, провидя будущее, советовал перезимовать там с кораблем; но сотник более доверял кормчему и начальнику корабля, нежели словам Павла. Когда они отплыли на средину моря, поднялся против их ветер бурный, сделалось великое волнение и пал такой туман, что целых 14 дней они не видели ни солнца днем, ни звезд ночью, и даже не знали, в каком они месте, потому что их носило волнами, и они в отчаянии не ели во все эти дни и уже ожидали смерти. На корабле же было 276 человек. Павел, став посреди их, утешал их, говоря:

Подоба́ше ᲂу҆́бѡ, ѡ҆ мꙋ́жїе, послꙋ́шавше менѐ, не ѿвести́сѧ ѿ кри́та, и҆ и҆збы́ти досажде́нїѧ сегѡ̀ и҆ тщеты̀. И҆ сѐ ны́нѣ молю̀ вы̀ бл҃годꙋ́шствовати: поги́бель бо ни є҆ди́ной дꙋшѝ ѿ ва́съ бꙋ́детъ, ра́звѣ кораблѧ̀. Предста̀ бо мѝ въ сїю̀ но́щь а҆гг҃лъ бг҃а, є҆гѡ́же а҆́зъ є҆́смь, є҆мꙋ́же и҆ слꙋжꙋ̀, глаго́лѧ: не бо́йсѧ, па́ѵле, ке́сарю тѝ подоба́етъ предста́ти: и҆ сѐ дарова̀ тебѣ̀ бг҃ъ всѧ̑ пла̑вающыѧ съ тобо́ю. Тѣ́мже дерза́йте, мꙋ́жїе: вѣ́рꙋю бо бг҃ови, ꙗ҆́кѡ та́кѡ бꙋ́детъ, и҆́мже ѡ҆́бразомъ рече́но мѝ бы́сть[165].

И уговаривал Павел всех принять пищу, говоря:

Се́ бо къ ва́шемꙋ сп҃се́нїю є҆́сть: ни є҆ди́номꙋ бо ѿ ва́съ вла́съ главы̀ ѿпаде́тъ[166].

Сказав это и взяв хлеб, он возблагодарил Бога пред всеми и, разломив, начал есть. Тогда все ободрились и также приняли пищу.

Когда же настал день, увидели землю, но не узнавали, что это за сторона, и направили корабль к берегу. Приближаясь к нему, корабль попал на косу и сел на мель; нос увяз и остался недвижим, а корма разбивалась силою волн. Воины совещались между собою перебить всех узников, чтобы кто-нибудь, выплыв, не убежал; но сотник, желая спасти Павла, удержал их от сего намерения и велел умеющим плавать — [674]первым броситься и выйти на берег; а на них смотря, и другие стали плавать: одни — на досках, другие — на чем пришлось из корабельных вещей, и все вышли на землю здоровыми и спаслись из моря.

Тогда узнали, что остров сей называется Мелит[167]. Жители его, иноплеменники, оказали им немалое человеколюбие, ибо, по причине бывшего дождя и холода, они разложили огонь, чтобы обогрелись промокшие на море.

Между тем Павел набрал множество хвороста и клал на огонь; в это время ехидна, вышедши от жара, повисла на руке его. Когда иноплеменники увидели висящую на руке его змею, они говорили друг другу:

— Верно, этот человек — убийца, когда его, спасшегося от моря, суд Божий не оставляет жить.

Но Павел, стряхнув змею в огонь, не потерпел никакого вреда. Они было ожидали, что у него будет воспаление, или он внезапно упадет мертвым, но ожидая долго и видя, что с ним не случилось никакой беды, переменили мысли и говорили, что он — Бог.

Начальник того острова, именем Публий, принял спасенных от моря в дом свой и три дня дружелюбно угощал их. Отец его в это время лежал, страдая горячкою и болью в животе. Павел вошел к нему, помолился ко Господу и, возложив руки свои на больного, исцелил его. После сего события и прочие на острове больные приходили к святому Апостолу и были исцеляемы.

Через три месяца все спасшиеся от моря с Апостолом отплыли отсюда, уже на другом корабле, и приплыли в Сиракузы[168], оттуда в Ригию[169], потом в Путеолы[170] и наконец достигли Рима. И когда братия, бывшие в Риме, узнали о приходе Павла, то вышли навстречу ему даже до Аппиевой площади и Трех гостиниц[171]. Увидев их, Павел утешился духом и возблагодарил Бога.

[675]В Риме же сотник, сопровождавший узников из Иерусалима, передал их военачальнику, а Павлу позволил жить особо с воином, стерегущим его.

И жил Павел в Риме целых два года, и принимал всех приходящих к нему, проповедуя Царствие Божие и уча о Господе нашем Иисусе Христе со всяким дерзновением невозбранно.

Доселе о житии и трудах Павловых из книги Деяний Апостольских, написанной святым Лукою; о прочих же трудах и страданиях его сам он рассказывает во 2 послании к Коринфянам следующим образом (в сравнении с другими, он был): въ трꙋдѣ́хъ мно́жае, въ ра́нахъ пребо́ле, въ темни́цахъ и҆зли́ха, въ сме́ртех мно́гащи. Ѿ і҆ꙋдє́й пятькра́ты четы́редесѧть ра́звѣ є҆ди́ныѧ прїѧ́хъ. Три́щи па́лицами бїе́нъ бы́хъ, є҆ди́ною ка́менми наме́танъ бы́хъ, трикра́ты кора́бль ѡ҆прове́ржесѧ со мно́ю: но́щь и҆ де́нь во глꙋбинѣ̀ сотвори́хъ. Въ пꙋ́тныхъ ше́ствїихъ мно́жицею[172].

Измерив широту и долготу земли хождением, а моря плаванием, Апостол Павел изведал и высоту небесную, будучи восхищен до Третьего Неба. Ибо Господь, утешая Своего Апостола в многоболезненных трудах, подъемлемых ради Его святаго Имени, показал ему небесное блаженство, которого око никогда не видело, и слышал он там неизреченные глаголы, которых человеку нельзя пересказать.

Как же совершил Апостол святый прочие подвиги своего жития и деятельности, повествует Евсевий Памфил, епископ Кесарии Палестинской, историк церковных событий[173].

После двух лет узничества в Риме святый Павел был отпущен на свободу — как ни в чем не повинный, и проповедовал Слово Божие то в Риме, то в других западных странах.

А святый Симеон Метафраст[174] пишет, что после римских уз еще несколько лет трудился Апостол в благовестии Христовом: вышедши из Рима, он прошел Испанию, Галлию и всю Италию, просвещая язычников светом веры и от прелести идольской обращая ко Христу. Когда он был в Испании, одна благородная и богатая женщина, услышавши о проповеди Апо[676]стольской о Христе, пожелала видеть самого Апостола Павла и уговорила своего мужа Проба, да умолит Апостола святаго прийти в дом их, чтобы они могли радушно угостить его. И когда Павел святый вошел в дом их, она взглянула на лицо его и увидела на челе написанные золотом слова: «Павел Христов Апостол» И увидев сие (чего никто другой не мог видеть), она пала к ногам Апостола с радостию и страхом, исповедуя Христа Истинным Богом и прося Святаго Крещения. И первая она принесла Крещение (имя ей Ксантиппа), потом и муж ее Проб, и весь дом их, и начальник города Филофей, и многие другие там крестились.

Пройдя все сии страны на Западе, озарив их светом святой веры и провидев приближающуюся страдальческую свою кончину, святый Апостол опять возвратился в Рим, откуда писал к ученику своему Тимофею святому, говоря:

«А҆́зъ бо ᲂу҆жѐ жре́нъ быва́ю, и҆ вре́мѧ моегѡ̀ ѿше́ствїѧ наста̀. По́двигомъ до́брымъ подвиза́хсѧ, тече́нїе сконча́хъ, вѣ́рꙋ соблюдо́хъ. Про́чее ᲂу҆̀бо соблюда́етсѧ мнѣ̀ вѣне́цъ пра́вды, є҆го́же возда́стъ мѝ гдⷭ҇ь въ де́нь ѻ҆́нъ»[175].

О времени страдания святаго Апостола Павла неодинаковы известия у церковных историографов. Никифор Каллист[176] во 2-й книге своей истории, в 36 главе, пишет, что святый Павел пострадал в один год и в один день со святым Апостолом Петром, за волхва Симона, которого одолеть он помогал Петру. Другие же сказывают, что спустя целый год по смерти Петра пострадал Павел в тот же 29 день месяца июня, в который за год пред сим был распят святый Петр. Причиной смерти Павла приводят то, что он проповедию Христовой увещевал девиц и женщин к целомудренной чистой жизни. Впрочем, в сих известиях нет большого разногласия: ибо в житии Петра святаго (по Симеону Метафрасту) говорится, что Петр святый пострадал не тотчас после погибели Симона волхва, а по прошествии нескольких лет, из-за двух любимых Нероном наложниц, которых Апостол Петр обратил ко Христу и научил жить целомудренно. А так как и [677]Павел святый жил в Риме и окрестных странах в то же время, когда и Петр, что легко могло быть и то и другое, т. е. что Павел святый помогал Петру святому и на Симона волхва во время первого своего пребывания в Риме и, пришедши в Рим во второй раз, опять с Петром святым единодушно служил спасению людей, наставляя мужчин и женщин целомудренной чистой жизни. И таким образом святые Апостолы возбудили ярость нечестивого и развратной жизнию жившего царя Нерона[177], который, осудив их обоих на смерть, казнил Петра как иностранца распятием, а Павла как римского гражданина (которого нельзя было предать бесчестной смерти) — усечением главы, если не в один и тот же год, то в один и тот же день. Когда усечена была честна́я глава Павлова, от раны истекла кровь с молоком. Верные же, взявши святое тело его, положили в одном месте с святым Петром.

Так скончался избранный сосуд Христов, учитель народов, всемирный проповедник, самовидец небесных высот и райских доброт, предмет удивления Ангелов и человеков, великий подвижник и страдалец, претерпевший и на своем теле язвы Господа своего, святый верховный Апостол Павел, и вторично, уже кроме тела, вознесен до Третьего Неба и предстал Троичному Свету, вместе с другом и сотрудником своим, святым верховным Апостолом Петром[178], перейдя из Церкви [678]Воинствующей в Церковь Торжествующую, при радостном благодарении, гласе и восклицании празднующих, и ныне они славят Отца, и Сына, и Святаго Духа — Единого в Троице Бога, Которому и от нас, грешных, воссылается честь, слава, поклонение и благодарение, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Тропа́рь, гла́съ д҃:

А҆пⷭ҇лѡвъ первопресто́льницы, и҆ вселе́нныѧ ᲂу҆чи́телїе, влⷣкꙋ всѣ́хъ моли́те ми́ръ вселе́ннѣй дарова́ти и҆ дꙋша́мъ на́шымъ ве́лїю млⷭ҇ть.

Конда́къ, гла́съ в҃:

Твє́рдыѧ и҆ бг҃овѣща̑нныѧ проповѣ́датели, ве́рхъ а҆пⷭ҇лѡвъ твои́хъ гдⷭ҇и, прїѧ́лъ є҆сѝ въ наслажде́нїе бл҃ги́хъ твои́хъ и҆ поко́й; болѣ̑зни бо ѻ҆́нѣхъ и҆ сме́рть прїѧ́лъ є҆сѝ па́че всѧ́кагѡ всепло́дїѧ, є҆ди́не свѣ́дый сердє́чнаѧ.



  1. Еванг. от Матф., гл. 3.
  2. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 29—36.
  3. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 38—39.
  4. Еванг. от Иоан., гл. 1, ст. 41—42. Кифа — слово сирское и значит камень; то же самое значит и греческое слово Петр (πέτρα — скала, камень).
  5. Еванг. от Матф., гл. 4, ст. 18—20.
  6. Сравн.: Еванг. от Луки, гл. 5, ст. 1—11.
  7. Еванг. от Марка, гл. 1, ст. 29—37.
  8. Город этот был расположен близ истоков Иордана; он обстроен сыном Ирода Филиппом в честь кесаря Тиверия — отсюда его и наименование.
  9. Здесь под камнем разумеется не ап. Петр, а вера, исповеданная им, или Сам Господь; обетование о даровании ключей Царства Небесного Господь затем, по Своем воскресении, повторил и всем Апостолам (Еванг. от Иоан., гл. 20, ст. 21—23).
  10. Сатана — слово сирское, значит противник; в тесном смысле так в Священном Писании именуется начальник злых духов (1 Сол., гл. 2, ст. 18); в более же широком значении слово сатана означает вообще противника воли Божией, хотя бы от некоторой простоты и неразумия, как это видим в настоящем случае со св. ап. Петром.
  11. Еванг. от Матф., гл. 16, ст. 13—23.
  12. О Таинстве приобщения Плоти и Крови Христовых. Еванг. от Иоан., гл. 6, ст. 53—58.
  13. Еванг. от Иоан., гл. 6, ст. 60—69.
  14. Подобно тому как Сам Господь приближался к Своим ученикам по бушующим волнам Геннисаретского озера (Еванг. от Матф., гл. 14, ст. 22—27).
  15. Еванг. от Матф., гл. 14, ст. 28—31.
  16. За Тайной Вечерей с учениками пред страданиями Своими.
  17. Еванг. от Луки, гл. 22, ст. 31—32.
  18. 2 Соб. посл. Петр., гл. 1, ст. 16—18; сравн. Еванг. от Матф., гл. 17, Еванг. от Марка, гл. 9, ст. 2 и дал., Еванг. от Луки, гл. 9, ст. 28 и дал.
  19. Еванг. от Луки, гл. 22, ст. 33.
  20. Еванг. от Иоан., гл. 18, ст. 10.
  21. Еванг. от Матф., гл. 26, ст. 69—75.
  22. Еванг. от Луки, гл. 24, ст. 34.
  23. 1 Посл. к Коринф., гл. 15, ст. 4—5.
  24. Еванг. от Иоан., гл. 21, ст. 15—17.
  25. Деян., гл. 2, ст. 14—41.
  26. Деян., гл. 3, ст. 1—26; гл. 4, ст. 4.
  27. Деян., гл. 5, ст. 1—10.
  28. Лидда — город в Палестине, близ нынешней Рамлы, бывшей Аримафеи.
  29. Деян., гл. 9, ст. 32—34.
  30. Иоппия — один из древнейших городов Азии на сев.-зап. берегу Средиземного моря между Кесарией и Газой.
  31. Деян., гл. 9, ст. 36—42.
  32. Деян., гл. 5, ст. 15.
  33. Иакова Зеведеева, одного из двенадцати Апостолов, родного брата Евангелиста Иоанна. Св. Иаков первый из Апостолов принял мученическую смерть в гонение Ирода Агриппы, царя Иудейского, в 44 году по Рождестве Христове. Память его — 30 апреля.
  34. Деян., гл. 12, ст. 1—10.
  35. Разумеется Кесария Палестинская, находившаяся на берегу Средиземного моря; город этот был восстановлен Иродом Великим, который назвал его Кесариею в честь кесаря Августа. Апостол Павел во время своих проповеднических путешествий несколько раз бывал здесь (Деян., 9, 29—30; 18, 28; 21, 8); два года пробыл здесь узником (Деян., 23, 33; 24, 27;25, 4); здесь жил Апостол Филипп (Деян., 21, 8); здесь умер Ирод Агриппа, пораженный Ангелом и изъеденный червями (Деян., 12, 19—33).
  36. Деян., гл. 10.
  37. Деян., гл. 8, ст. 18—23.
  38. Симеон Метафраст — церковный писатель X-го в.
  39. Иерусалим — главный город Палестины, ныне областной город Дамасского вилайета (генерал-губернаторства) в Сирии (в Турецкой империи) у ручья Кедрона на склонах трех отрогов иудейских гор — Акра, Сион и Мориа. Иерусалим дорог всякому христианину как центр великих событий ветхозаветной и новозаветной истории, — как матерь Церквей христианских, откуда слово благовестия пронеслось по всей вселенной.
  40. Кесария Стратонийская — одно и то же с Кесариею Палестинскою.
  41. Сидон — город финикийский на берегу Средиземного моря, вдоль которого расположена и Финикия.
  42. Верит, или Берит, — финикийский город, славившийся в древности как рассадник просвещения и образованности; ныне Берит с именем Бейрут составляет главный город азиатско-турецкого вилайета (генерал-губернаторства) Сирии, являясь важным торговым центром.
  43. Библос, Триполь — города Финикии.
  44. Лаодикия — главный город Малоазийской области Фригии.
  45. Сирия — область азиатской Турции на восточном берегу Средиземного моря.
  46. Клавдий — император в 41 г. — 54 г.
  47. Сицилия — один из больших островов Средиземного моря, составляющий ныне часть Итальянского королевства.
  48. Тавромения — значительный город на восточном берегу Сицилии у горы Тавра — откуда его и название.
  49. Каппадокия — область Малой Азии на границе Армении и Киликии.
  50. Галатия — особая страна в Малой Азии, которая граничила на з. с Фригией, на ю. — с Ликаонией и Каппадокией, на в. — с Понтом, на с. — с Вифинией и Пафлагонией.
  51. Понт — северо-восточная область Малой Азии.
  52. Пафлагония — суровая горная область в северной части Малой Азии.
  53. Вифиния — область Малой Азии, прилегающая с севера к Черному морю.
  54. Никея расположена в Вифинии (см. предыдущ. примеч.) на восточной конечности озера Аскании; одно время цветущий торговый город и даже резиденция царей. В истории христианской Церкви замечательна тем, что в ней происходили Первый (в 325 г.) и Седьмой (в 787 г.) Вселенские Соборы.
  55. Посл. к Галат., гл. 1, ст. 18.
  56. Фригия — область Малой Азии между Галатией к северу, Писидией и Памфилией к югу. Просвещена св. Ап. Павлом.
  57. Никомидия — город в Вифинии.
  58. Св. Прохор — ученик Иоанна Богослова со дня Успения Божией Матери. Память его — 28 июля.
  59. Геллеспонтом назывался пролив, отделявший Фракийский Херсонес от Азии (Троада, Малая Фригия).
  60. По свидетельству св. Иустина мученика Симон волхв, происходивший из самарянского селения Гитты, или Гиттона, учился философии в Александрии, а потом прославился как маг, выдавая себя за великую силу Божию. «В то время, по римским и греческим свидетельствам, в разных странах греко-римского мира являлось множество людей под названием магов, халдеев, математиков, заклинателей, которые, обладая некоторым знанием таинственных сил тогда еще мало объясненной природы, выдавали себя за необыкновенных людей и исцелением некоторых болезней, заговором, гаданьями, прорицательством, чародеяниями, шарлатанской таинственностью и разными ухищрениями так действовали на невежественные народные массы, что во множестве увлекали их за собою и слыли за нечто необыкновенное». К разряду подобных людей относится и Симон волхв.
  61. Рим — главный город Римского государства лежит в средней части Италии, в области Лациума, по обеим сторонам реки Тибра, при впадении ее в море.
  62. Память его — 1 числа настоящего месяца.
  63. Св. Ириней, по его собственным словам, в юности слушал в Малой Азии св. Поликарпа, еп. Смирнского и других учеников апостольских. С Востока он был послан св. Поликарпом в Галлию для вспомоществования св. Пофину, еп. Лионскому, в проповедовании Христовой веры. Поставленный св. Пофином во пресвитера св. Ириней во время гонения на христиан в Галлии в 177 году показал ревность свою по Христе; в следующем 178 году он был избран преемником мученически скончавшегося св. Пофина. В сане епископа он многих обратил ко Христу. Когда последователи гностика (еретика) Валентина стали распространять ересь своего учителя в Галлии, св. Ириней боролся с ними и устно и письменно. К этому времени до́лжно отнести появление знаменитых книг его в «обличение лжеименному разуму». Около 196 года еп. Римский Виктор произнес отлучение на Восточные Церкви за то, что последние не согласились с ним в вопросе о времени празднования Пасхи. Св. Ириней кроткими, но твердыми обличениями довел Виктора до примирения с Востоком. В 202 г. в гонение Септимия Севера св. Ириней с многими из своей паствы отошел ко Господу. Из многочисленных сочинений св. Иринея одни известны только по названиям, от других же уцелели незначительные отрывки. В полном виде сохранилось обширное и более важное сочинение «Обличение и опровержение лжеименного знания», более известное под именем «Пять книг против ересей». Память св. Иринея — 23 августа.
  64. См. стр. 652, примеч. 2-ое.
  65. Поликарпа, еп. Смирнского, ученика св. Иоанна Богослова. Память его — 23 февраля.
  66. Смирна — город Малоазийский в Лидии, на речке Мелесе.
  67. См. стр. 666, примеч. 1-ое.
  68. См. стр. 661, примеч. 4-ое.
  69. Город Филиппы, к христианам которого св. Ап. Павел написал Послание, находился в Македонии, при реке Стримоне, невдалеке от Эгейского моря; был одним из знаменитейших городов этой области, почему писатель книги Деяний и называет его первым (πρώτη, гл. 16, ст. 12); церковь в Филиппах была основана св. Ап. Павлом во время второго его апостольского путешествия.
  70. Солунь, или Фессалоники, — город Македонии, ныне Салоники.
  71. См. стр. 664, примеч. 4-ое.
  72. Протей — вещий морской старец, один из баснословных греческих богов, подвластных Посейдону, богу моря, пасший тюленьи стада богини Амфитриды. Местопребыванием его считался остров Форос, или Корпафос, куда он выходил отдыхать из воды в тени прибрежных скал. Чтобы получить от него предсказание, его надо было поймать и удержать силою или хитростию, так как он принимал различные виды, часто ускользая таким образом от ожидавших от него предвестий.
  73. Егезипп — автор «Достопамятностей» (ὑπομνήματα), сочинения в 5 книгах, не дошедшего до нас. Сведения о его жизни и сочинении, очень отрывочные, дает отец церковной истории Евсевий, еп. Кесарийский. Он сообщает, что Егезипп был христианин из Евреев, живший во втором веке; совершал путешествие в Коринф и Рим, где прожил очень долго, встречаясь здесь со многими епископами и ведя с ними беседы по догматическим вопросам. Умер Егезипп в царствование Коммода (180—192). О содержании и характере сочинения Егезиппа трудно сказать что-либо определенное; можно только заметить, что по всей вероятности, оно носило характер историко-обличительный, будучи направленным против гностических ересей.
  74. Император Нерон — правил в 54—68 гг.
  75. Тарракина, или Тарракон, — древнее иберийское поселение на восточном берегу Испании между Пиренеями и Ибером, у реки Тульциса.
  76. Вероятно, находившийся в Галлии.
  77. Под именем Британии древние первоначально разумели все острова, лежавшие к северу от Галлии между Немецким морем и Атлантическим океаном. Британией назывался преимущественно самый большой из них, носивший туземное наименование Альбиона.
  78. Св. Ап. Петр скончался в 67 г. по Рождестве Христове в одно время со св. Ап. Павлом. Св. Ап. Петр был погребен на Ватиканском холме, а св. Ап. Павел — близ Остийской дороги недалеко от Рима. По преданию Римской Церкви главы обоих Апостолов хранятся в Латеранском соборе в Риме; тело же св. Петра почивает в Ватиканском соборе, а св. Павла — в загородной церкви его по Остийской дороге. — От св. Ап. Петра св. Церковь имеет, как драгоценное наследие, два его Соборные послания; из них первое написано около 65 г. в Вавилоне, а второе — незадолго до кончины в Риме. В этих посланиях св. Ап. Петр убеждает христиан проводить жизнь строгую, святую и воздержную, достойную их высокого звания, предостерегая от увлечения соблазнами язычества и от проповеди грядущих лжеучителей.
  79. Савл — еврейское имя, значит «желанный»; «вымоленный»; Павел — имя римское, значит «малый». Некоторые ученые думают, что он был долгожданный, перворожденный сын и получил оба имени при самом рождении, как римский гражданин, по отцу. А святитель Димитрий Ростовский, следуя мнению св. Златоуста, Амвросия и др., думает что Савл при самом Крещении переименован был в Павла. В книге же Деяний Апостольских нет никакого сведения, когда и по какой причине совершилась эта перемена имени.
  80. Тарс — некогда большой и населенный город на юго-востоке Малой Азии, главный в провинции Киликии, при р. Кидне, недалеко от Средиземного моря. И ныне он значительный и торговый город с 40 тысячами жителей.
  81. Дамаск — один из древнейших городов мира. Уже во времена царя Давида он был главным городом самостоятельного государства; еще до Рождества Христова подпал под власть Римлян. Вера Христова утверждена была здесь рассеявшимися после убиения Стефана учениками Господа. Синагоги Дамасские были подвластны иерусалимскому первосвященнику; в религиозные дела Евреев гражданская власть не вмешивалась. В Дамаске и доселе указывают дом, где Апостолу Павлу преподано было Крещение, и место, откуда он был спущен по стене. В 1516 г. Дамаск присоединен к Турецкой империи, и ныне весьма торговый и богатый город, с 200 тысячами жителей. От Иерусалима он расположен к северо-востоку, в расстоянии около 200 верст, в Сирии, при подошве Антиливана.
  82. Тиверий — Римский император, с 14 г. по 37 г. по Р. Хр. При нем был распят Иисус Христос.
  83. Противу рожну прати — народная пословица, выражающая тщету усилий противодействовать силе неодолимой, а тем более — всемогущей, божественной.
  84. Деян., гл. 9, ст. 4—6.
  85. Анания — был христианином из Иудеев, потом поставлен епископом в Дамаске и скончался мученически — побит камнями в Елевферополе (между Иерусалимом и Газою). — Память его — 1 октября.
  86. Святым твоим — так назывались в первое время христиане — по освящении их во Христа, по их непорочной жизни и любви взаимной.
  87. Деян., гл. 9, ст. 13—16. — «Пред языки» (т. е. язычниками) — они поставлены на первом плане в знак того, что Павел будет проповедником преимущественно между ними. «Скажу ему» — слова Господа успокоительные для Анании; смысл их: иди, не опасайся: теперь никто из христиан не пострадает от Савла, напротив, он сам постраждет за Имя Мое.
  88. «Возложил руки» — в знак сообщения ему благодати Господней еще до Крещения: всё, касающееся Павла, хотя совершалось чрез человека, но Сам Бог был совершителем всего. — «Чешуя отпала»: это было лишь внутреннее ощущение Павла; ему показалось, что как бы чешуя отпала от глаз его. Немедленная после того проповедь его в Дамаске показывает пламенный дух его и всецелое принятие веры во Христа.
  89. Деян., гл. 9, ст. 21.
  90. Подробности пребывания его в Аравии совершенно неизвестны. Вероятно, он предавался изучению Писания и готовился к новой деятельности, указанной ему Господом.
  91. Посл. к Гал., гл. 1, ст. 16—18.
  92. Еллинистами назывались Иудеи, жившие в разных странах языческого мира и говорившие на распространенном тогда греческом языке.
  93. Исступление (иначе — экстаз) — необычайное состояние человека, не по воле его бывающее, когда в бодрственном его положении внешний мир как бы закрывается для его телесных чувств, а внутреннему чувству его открываются явления невидимого, духовного мира, какие Богу угодно даровать ему в видении; в таком состоянии был и Апостол Петр во время молитвы на кровле дома в Иоппии.
  94. Деян., гл. 22, ст. 18.
  95. Деян., гл. 22, ст. 19—20.
  96. Деян., гл. 22, ст. 19.
  97. Кесария — в древности название многих городов Римской империи. Здесь разумеется Кесария в Палестине, построенная Стратоном в честь кесаря Октавия Августа, при Средиземном море, верст около 100 от Иерусалима, к северо-западу, бывшая местопребыванием римских правителей Иудеи; она была укреплена и украшена Иродом, некогда с превосходною гаванью; ныне — груда развалин. В Палестине была и другая Кесария, при подошве горы Ливана, построенная тетрархом Галилейским Филиппом в честь кесаря Тиверия, и называвшаяся Кесарией Филипповой (в древности она называлась Вансей).
  98. Название христиан произошло не в среде последователей Господа, которые обыкновенно называли друг друга братиями, учениками, верующими; оно употреблялось сначала вне Церкви и вероятнее всего дано последователям Господа язычниками антиохийскими, которые, встречая очень значительное число верующих, перестали считать их за секту иудейскую и придали христианству самостоятельное значение.
  99. «Церковь в Иерусалиме», то есть: общее богослужебное собрание христиан; церкви же, как здания, явились позднее. Святые Апостолы Иасон и Сосипатр едва ли не первые воздвигли в Керкирейском острове (ныне Корфу, один из Ионических островов, близ Албании) прекрасную церковь во имя св. первомученика Стефана.
  100. Это было первое единение Церкви Христовой из язычников с Церковию из Иудеев, в коем торжественно выразилась братская любовь; вместе с тем это было свидетельством великой благодати Божией, действующей в церкви из язычников.
  101. Клавдий кесарь, преемник Калигулы, занимал римский престол с 41 г. по 54 г. по Р. Хр.; в продолжение этого времени голод не раз свирепствовал в разных областях Римской империи.
  102. Память св. Агава совершается 8 апреля и 4 января (собор 70 Апостолов).
  103. «Благоугодно было Духу Святому», т. е. в общем собрании Антиохийской Церкви, когда происходило богослужение, с совершением Евхаристии, один или несколько пророков, участвовавших в богослужении, выразили внушение Св. Духа — отделить Варнаву и Савла на проповедь к язычникам. А может быть, и сами Апостолы Варнава и Павел объяснили собранию призвание их, и собрание отпустило их. Таким образом здесь начинается первое апостольское путешествие св. Павла. Он приготовлен был к нему чрезвычайным откровением — восхищением до третияго небесе (2 Кор., гл. 12, ст. 1—5). Для всемогущества Божия, конечно, ничего не значило на время совершенно восхитить душу Павлову из тела; но трудно (замечает св. Златоуст) усмотреть необходимость в таковом беспримерном для самых святых людей отлучении в живом человеке души от тела. «Мир духовный, куда восхищен был Павел, как не подлежащий пространству, существует везде; а посему требуется только, чтобы в духе человека раскрылась способность к сообщению с ним, и он, оставаясь в теле без всякой перемены места, может быть на Небе — в обществе Ангелов и блаженных душ» (Иннок. Херс.).
  104. Деян., гл. 13, ст. 2.
  105. Совершение при сем особого поста и молитвы показывало, что Церковь Иерусалимская признавала делом особой важности посольство Павла и Варнавы на проповедь язычникам.
  106. Селевкия — небольшой портовый город при реке Оронте, при впадении реки в море.
  107. Саламин — приморский город, где Апостолы высадились.
  108. Паф — главный город острова Кипра, местопребывание правителя, находился на берегу, противоположном Саламину: очевидно, Апостолы прошли чрез весь остров и, конечно, проповедовали о Христе.
  109. Деян., гл. 13, ст. 10—11.
  110. Антиохия Писидийская — римская колония; в ней Павел и Варнава впервые проповедовали Евангелие язычникам. Ее необходимо отличать от сирийской Антиохии, или селевкийской. Последняя основана за 300 лет до Р. Хр. при реке Оронте, в 30 верстах от моря, Селевком Никатором, основателем царства Селевкидов, как одна из многочисленных греческих колоний; она быстро стала одним из обширных и знаменитых городов Сирии и столицею ее. В Церкви христианской она занимала второе место поле Иерусалима; предстоятели ее получили титул патриарха, теперь их резиденция в Дамаске. А сама Антиохия ныне бедный город турецкий — Антакия.
  111. Икония — на юго-восток от Антиохии Писидийской, в Малой Азии, при подошве горы Тавра; город, бывший некогда главным в Ликаонской епархии.
  112. Память ее — 24 сентября.
  113. Ликаония — область Малой Азии, соседняя с Писидией; Листра и Дервия — небольшие города в ней, на юго-востоке от Иконии.
  114. Деян., гл. 14, ст. 11.
  115. Зевс и Ермий (иначе Юпитер и Меркурий) — имена языческих богов — главного и вестника воли его, иногда его сопровождавшего, покровителя торговли, посредника между людьми и богами.
  116. Деян., гл. 14, ст. 15.
  117. Писидия и Памфилия — области Малой Азии, к юго-западу от Ликаонии.
  118. Ныне Адалия, прибрежный город в Памфилии, к юго-востоку от Пергии.
  119. Тимофей был сыном иудеянки (принявшей христианство) и язычника, и сам искренний христианин, одобряемый братиями; с его согласия Павел обрезал его, «ради иудеев», так как они ни за что бы не решились слушать слово Божие от необрезанного, которого отец притом был язычником.
  120. Фригия и Галатия — внутренние области Малой Азии; Мисия и Вифиния — северо-западные области в ней.
  121. Действия Духа не указаны дееписателем, были ли они внешние или внутренние, но Апостолы ясно сознавали их, как непосредственные действия Духа Святаго.
  122. Троада — приморский город, откуда недалеко было переправиться морем в Европу. — Македония — приморская область, прилегавшая к Архипелагу с северо-запада.
  123. Деян., гл. 16, ст. 9.
  124. Неаполь — приморский город Фракии, первый европейский город, ныне Кавана.
  125. Деян., гл. 16, ст. 17.
  126. Павел вознегодовал на это исповедание нечистого духа, не желая иметь опору своей проповеди со стороны врага Бога и человеков, как и сам Господь не принимал исповедания демонов (Еванг. от Марка, гл. 1, ст. 24—25, 34; 3, ст. 11—12 и др.).
  127. Деян., гл. 16, ст. 20—21.
  128. Деян., гл. 16, ст. 37.
  129. Амфиполь — главный город в 1-м округе Македонии, к юго-западу от Филипп; Аполлония — (ныне городок Ериссо) к юго-западу от Амфиполя, в северной части Афонского полуострова; Солунь (или Фессалоника) — главный город во 2-м округе Македонии, при заливе Эгейского моря, ныне важный торговый город Турции, складочное место Македонской торговли.
  130. Берия — город к юго-западу от Солуня.
  131. Афины — главный город Греции, средоточие тогдашней греческой науки, искусства и торговли. По преданию основан около 1550 г. до Р. Хр., в долгой жизни своей был столицею царства, республики, герцогства, в XV в. завоеван Турками, в XIX в. освободился от них и стал столицею Греческого королевства.
  132. Деян., гл. 17, ст. 23.
  133. Память его — 3 октября.
  134. Коринф — к западу от Афин, на перешейке, известнейший в древности по своей обширной торговле, резиденция тогда римского правителя.
  135. 2 Посл. к Сол., гл. 3, ст. 8.
  136. Деян., гл. 20, ст. 34.
  137. Деян., гл. 18, ст. 6.
  138. Деян., гл. 18, ст. 9—10.
  139. Сенека родился в Испании, вскоре по Р. Хр., прибыл в Рим, где приобрел известность как философ, сделался учителем императора Нерона, который потом приговорил его к смерти; Сенека открыл себе кровь и тем исполнил смертный приговор.
  140. Ефес — приморский торговый и главный город малоазийской провинции Ионии, он потом был центром деятельности ап. Иоанна Богослова; здесь был III Вселенский Собор в 431 г.; ныне Ефес — бедная турецкая деревня Аясалук.
  141. Драхма — около 20 коп., следовательно книг сожжено было на сумму до 10 тыс. руб. серебром.
  142. Деян., гл. 19, ст. 21.
  143. Деян., гл. 20, ст. 10.
  144. Милит — приморский город, к югу от Ефеса, некогда цветущий, основавший множество колоний, ныне простая деревня.
  145. Деян., гл. 20, ст. 28.
  146. Деян., гл. 20, ст. 22—24.
  147. Деян., гл. 20, ст. 25.
  148. Птолемаида — древний приморский город, на юге Финикии, в пределах Палестины, ныне Сен-жан-д’Акр, в 1799 успешно выдержавший осаду Бонапарта.
  149. Кесария — см. стр. 657-ую, прим. 2-ое.
  150. Апостол Филипп, один из семи диаконов (избранный вместе с первомучеником Стефаном), проповедовал в Самарии, крестил на пути вельможу царицы Ефиопской, имел в Кесарии свой дом и семейство. — Память его — 11 октября.
  151. Деян., гл. 21, ст. 11.
  152. Деян., гл. 21, ст. 13.
  153. Иаков, брат Господень, старший сын Иосифа Обрученника, от первой его жены; он сопутствовал Иосифу и Пресвятой Деве Марии с младенцем Иисусом в бегстве их во Египет; по воскресении Своем, Господь удостоил его особенного личного явления Своего (1 Кор., 15, 7); по вознесении Христовом он поставлен был от верховных Апостолов первым епископом Иерусалимской Церкви, быв предназначен к тому Самим Господом, и по духовной жизни своей пользовался высоким уважением самих Апостолов, председательствовал на Апостольском Соборе и, всю жизнь проведя в Иерусалиме, приобрел даже от неверующих название «Праведного». — Память его — 23 октября.
  154. Асия — так назывались западные провинции Малой Азии — Мисия, Лидия, Кария, т. е. всё западное побережье Средиземного моря, состоявшее под управлением проконсула.
  155. Деян., гл. 22, ст. 1.
  156. Деян., гл. 22, ст. 25.
  157. Деян., гл. 22, ст. 27.
  158. Деян., гл. 23, ст. 1.
  159. Деян., гл. 23, ст. 3. — Суровый упрек Апостола Павла объясняется тем, что он или не узнал первосвященника, по слабости своего зрения, или тем, что пред ним был не прежний первосвященник, известный ему когда-то. Обличив явную и неосновательную дерзость, Павел поступил по примеру Иисуса Христа, Который так же обличил несправедливость ударившего Его прежде осуждения. Сейчас нами сказано было о слабости зрения Ап. Павла, — действительно, это был недуг, на который он часто жаловался, это было именно то «жало в плоть» (2 Кор., 12, 7), от которого он страдал. Воспалительное состояние глаз Господь оставил на Апостоле, как неизгладимый знак Своего чудесного явления ему на пути в Дамаск; Павел сам говорил, что лишился зрения от внезапной славы света того, так что с открытыми глазами он никого не видел, и если потом зрение ему было даровано, всё же слабость в нем могла остаться: полуденное путешествие под жгучим сирийским солнцем, блеск света, превзошедшего даже этот полуденный свет, и слепота, постигшая Апостола — могли произвести воспаление и ослабление его глаз; его пребывание в пустыне и Дамаске, где многие страдают глазами, могло поддерживать эту слабость зрения, а порою и усиливало ее. Слова Павла в послании к Галатам: «вы не презрели искушения моего во плоти моей и не возгнушались им… Свидетельствую о вас, что если бы возможно было, вы исторгли бы очи свои и отдали мне» (Гал., 4, 14—15) достаточно ясно намекают на повреждение зрения, которое имело по временам свои припадки и сопровождалось головною болью. Вот почему, высказав упрек обидевшему его первосвященнику, Павел имел основание оправдываться, что он не мог рассмотреть, что его обидчик — первосвященник.
  160. Деян., гл. 23, ст. 6.
  161. Деян., гл. 23, ст. 11.
  162. Деян., гл. 25, ст. 10—11.
  163. Царь Агриппа — это был Агриппа II-ой, сын Ирода Агриппы I-го, последний царь из фамилии Иродов, владетель некоторых областей в Сирии.
  164. Деян., гл. 26, ст. 29.
  165. Деян., гл. 27, ст. 21—25.
  166. Деян., гл. 27, ст. 36.
  167. Мелит — нынешняя Мальта, остров на юг от Сицилии; на Мальте и доселе существует предание о пребывании там Апостола Павла.
  168. Сиракузы — приморский город на юго-восточном берегу Сицилии, в 18 милях от Мальты.
  169. Ригия — ныне Реджио, в южной Италии, против Мессины, на северо-восточном берегу Сицилии.
  170. Путеолы — ныне Пуццоло, приморский город близ Неаполя.
  171. Аппиева площадь — небольшой городок, около 60 верст от Рима. Три гостиницы — местечко в 15 верстах от Рима.
  172. 2 Посл. к Коринф., гл. 11, ст. 23—26.
  173. Евсевий Памфил — епископ Кесарии Палестинской (268—340 гг.), церковный историк, близко стоявший ко многим великим событиям своего времени.
  174. Симеон Метафраст — собиратель и составитель житий святых, секретарь императора Константина VII; скончался ок. 940 г.
  175. 2 Посл. к Тимоф., гл. 9, ст. 6—8.
  176. Никифор Каллист — греческий церковный историк; особенно замечательна его «Церковная История» в 23 книгах, из коих до нас дошли первые 18, а из остальных — только отрывки; скончался в 1350 г.
  177. Нерон — Римский император (54—68 гг.) запятнал себя своею жестокостию даже в отношении к самым близким своим родным и в особенности — по отношению к христианам. Вместе с тем он был покровителем ученых, поэтов, певцов и сам участвовал в Олимпийских играх. Тщеславный, развратный, необузданный, он возбудил против себя заговор и принужден был умертвить себя.
  178. Св. Апостол Павел оставил нам в своих Посланиях имена и других сотрудников своих. Они с такой любовию помогали ему, и сам он так был доволен ими, что в очерке жизни его следует упомянуть хотя о некоторых из них, о которых он сам с благодарностию вспоминает. Так, например, он называет Луку, по всем церквам похваляемого за Евангелие и притом избранного от церквей сопутствовать Павлу для благотворения (2 Кор., 8, 18—19), Тимофея, который подобно Апостолу трудился для дела Господня, и Павел не имел никого равно усердного. Тимофей служит ему в благовествовании как сын отцу (1 Кор., 16, 10; Филипп., 2, 19—22); называет Тихика как возлюбленного брата и верного в Господе служителя, способного доставить сердечное утешение (Ефес., 6, 21—22); Прискиллу и Акиллу, сотрудников своих во Христе Иисусе (Римл., 16, 3); Епафраса, возлюбленного сотрудника своего и верного служителя Христова (Колос., 1, 7); Аристарха, Марка, Иуста — сотрудников для Царствия Божия и как свою отраду (Колос., 4, 10, 11); Тита, истинного сына по общей вере, которому Павел поручал довершить в Крите неоконченное, который утешал его и своим прибытием, и радостию, и расположенностию к верующим: «это мой товарищ и сотрудник» (Тит., 1, 4—5; 2 Кор., 7, 6, 13, 15; 8, 23); Сосфена, бывшего потом епископом в Колофоне (1 Коринф., 1, 1). Вспомним, наконец, Силу, который вместе с Тимофеем остался в Берии среди всех опасностей, лишь бы утвердить братию в вере, согласно желанию Ап. Павла (Деян., 17, 13—15). И много их было даже по имени не названных, и только по делам любви своей памятных.